Второй способ был до жути банальный. Можно было свинтить все важные финтифлюшки и вооружившись из открытого арсенала Ястреба, дать деру в направлении королевства, где и засесть до спада ужасной угрозы. Этот вариант тоже отпадал, так как, я сильно подозреваю, что охранение Подольских или безопасники сильно бы удивились, если бы мы решили с невозмутимым видом проследовать мимо их рядов, сгибаясь под туками забитыми космическими диковинками.
Второй способ был до жути банальный. Можно было свинтить все важные финтифлюшки и вооружившись из открытого арсенала Ястреба, дать деру в направлении королевства, где и засесть до спада ужасной угрозы. Этот вариант тоже отпадал, так как, я сильно подозреваю, что охранение Подольских или безопасники сильно бы удивились, если бы мы решили с невозмутимым видом проследовать мимо их рядов, сгибаясь под туками забитыми космическими диковинками.
Куда это вы господин Сбирский так спешите, и что это в вашем рюкзачке?
Ах нет господа, право, сущие пустяки. Мы до королевства и сразу назад, а тот синтезатор пищи из навоза и земли, это не более чем брелок из папье-маше, ценности не представляющий.
Так куда же вы его поволокли милейший негоциант?
Ах господа, я такой сентиментальный! Нас с ним много связывает, и он дорог мне как память!
Полковник предложил по сути простой и незатейливый выход из ситуации. В обмен на информацию с корабля он готов был организовать нашу эвакуацию, однако дальше Белогорья уйти я не мог, да и там, под защитами стен баронства, или в другом укромном уголке, меня почти наверняка настигла был отравленная стрела или банальная пуля в голову с горячим приветом от Подольских.
Нашел! Нашел черт меня раздери!
Никогда я еще не видел советника настолько взволнованным. Глаза его горели, руки тряслись от возбуждения.
Амир, успокойся. Я отставил в сторону кружку с кофе и повернул кресло к Барусу. Что ты так разволновался.
Нашел! Вновь повторил он и упав в объятия дивана, припечатал журнальный столик толстой кипой бумаг. Капсула! Запасной вариант! Судный день, его дери!
Поясни.
Да с легкость. Пока ты цедил кофе и с праздным видом шатался по палубам, а Грецки вынашивал планы мести, готовя в своих мыслях эшафот для старика, я прилежно, день за днем читал судовой журнал и расшифровывал записи самописцев Ястреба. Благо, последнее было чисто технической подробностью. И я нашел! Ублюдки в нашей системе, враждебная форма жизни на углеродистой основе, сунувшая свой нос на орбиту Марлана. Ты вообще понимаешь, что будет если их поисковик разнюхает что сама планета пригодна для жизни, а народ тут настолько дремуч, что его проще вырезать как скот? Тут даже воевать не надо. Плюхнут на планету пару бомб, а после этого начнут колонизировать.
Я понимаю, что присутствие в системе чужих ни к чему хорошему привести не может. Охотно согласился я. Однако я решительно не понимаю, как мы тут можем помочь. Даже если бы мы были способны поднять Ястреб на орбиту, то спешу заметить, что мы находимся на борту спасательного челнока, а не боевого судна. Наша артиллерия только по земным да марлановским меркам может представлять опасность, а на деле почти наверняка использовалась для истребления особо докучливых метеоритов. А у врага броня, почти наверняка серьезное вооружение, и как финал, наплевательское отношение к чужой жизни.
Слова. Ликовал Амир, поглядывая на меня так, будто уже давно решил эту непосильную моему уму задачу. Сплошная демагогия. А ты знаешь Сергей, что раньше ястреб был судном ближней разведки, и оснащен турелью для запуска боеголовок воздух-воздух, управляемых с центрального пульта. Данная технология нашими далекими потомками была названа пульсационный дистабилизатор. Ракета, управляемая с корабля, подходила вплотную к корпусу вражеского судна и детонировала, разрушая обшивку до основания. С суда класса постарше она не справлялась. Зато с маленькими разведывательными кораблями вела себя по всем законам жанра. Нам достаточно погрузить одну такую колотушку на турель и активировать управление. Кстати, один пульсационный стабилизатор имеется у нас на складе. Я проверял.
Чудно. Моя очередь грустно улыбнуться наконец настала, и я не преминул воспользоваться случаем. Однако, мой дорогой Амир, ты очевидно забыл, что своим появлением мы к чертям вырубили систему, захлопнули врата и даже отключили боевые станции на орбите планеты? Не хватает пустячка, самой малости, идентификатора, которого у меня нет. ДНК есть, рожа моя есть, желание есть, а вот с имобилайзером напряженка.
С чем?
Не бери в голову.
Да пес с ним, с этим, как ты сказал, има имо. Тьфу, напасть. Я же говорю нашел!
Что?
Слушай. Амир, сияя как новенький пятак, взял из пачки листов первую страницу. Согласно уложению корабельного устава, статье двенадцатой, формы безопасности четыре, командир корабля, вступая на борт, обязан пройти идентификацию по ДНК-коду, информация о котором заведомо внесена в реестр легитимных командиров космосудов. Регулирующий орган в этом вопросе есть адмиралтейство.
Что?
Слушай. Амир, сияя как новенький пятак, взял из пачки листов первую страницу. Согласно уложению корабельного устава, статье двенадцатой, формы безопасности четыре, командир корабля, вступая на борт, обязан пройти идентификацию по ДНК-коду, информация о котором заведомо внесена в реестр легитимных командиров космосудов. Регулирующий орган в этом вопросе есть адмиралтейство.