–Прыжок через десять секунд. Всем приготовиться.
Довольно хмыкнув, Корбин Габлона развалился в кресле, чтобы меньше трясло в процессе нуль-перехода. Ровно через десять секунд чернота гиперпространственной дыры на экране иллюминатора сменилась сиянием мириадов звезд, образующих величественное скопление Большого Магелланова Облака.
– Вижу цель. Отклонение пять градусов относительно оси вращения. Причина: опоздание с выходом на орбиту. Расстояние от объекта до эпицентра - четыреста пятьдесят два километра.
Корбин выругался про себя и нетерпеливо ткнул кнопку имитационного дисплея. На экране возникло голографическое изображение плавающей во мраке планеты Кулимир, затем картинка приблизилась, и стал виден континент, окруженный бирюзовыми водами океана. Компьютер между тем начал выдавать предполагаемые результаты взрыва. Корбин смотрел на экран с нескрываемым удовольствием, наблюдая за распространением ударной волны и сопутствующих ей катастрофических последствий.
– Даже на таком расстоянии от эпицентра объект подвергнется пятидесятикратной перегрузке,- прошелестел сухой голос компьютера.- Полное уничтожение гарантировано.
Корбин радостно потер пухлые ладошки и плотоядно ухмыльнулся. Оттолкнувшись от консоли, он направил свое кресло к переднему иллюминатору и присоединился к группе облаченных в черное зрителей, с нетерпением ожидающих начала реального представления. Пока что изображение на экране было лишь качественной имитацией - сама планета Кулимир находилась в шестидесяти миллионах километров от корабля,- но мощные телескопические системы наблюдения могли сократить это расстояние до нескольких тысяч километров.
Входы и выходы в гиперпространственные туннели редко располагались ближе, поскольку любая попытка передвигаться со сверхсветовой скоростью в околопланетном пространстве, насыщенном астероидами, космической пылью и пронизанном повышенной гравитацией, была бы чистой воды самоубийством.
–А теперь следите хорошенько, ребята,- со смехом произнес Корбин. - Об одном я только жалею - что не додумался до этого раньше.
–Вот он,- с дрожью в голосе прошептал один из одетых в черные халаты наблюдателей.
Транспортный корабль, следовавший за яхтой, вынырнул из туннеля и пронесся мимо. Скорость его резко снизилась, но торможение не было доведено до конца, и древний транспорт продолжал мчаться с субсветовой скоростью по направлению к планете. Самоубийственная тактика, но так и было задумано.
В отсеке послышался голос Хаги, пилота обреченного корабля. Из динамиков связи доносился его истерический хохот, перемежающий предсмертную молитву Пророку Эме. Пилот-смертник напоминал божеству, чтобы к моменту его появления в загробном мире там его уже поджидала сотня гурий-девственниц, обещанных каждому правоверному, погибшему за святое дело. Если все пойдет согласно плану, это событие произойдет не позднее, чем через несколько минут. Нос транспорта внезапно окутался яркой вспышкой. Это пустил в ход антиметеоритное орудие второй член экипажа транспорта - Ксуф'га, родной брат Хаги, добровольно вызвавшийся разделить его судьбу. Его обязанностью было уничтожать любые, пусть даже микроскопические, скопления материи на пути следования корабля. Масса транспорта превышала десять тысяч тонн, а скорость составляла одну десятую световой. При таком соотношении столкновение с любым препятствием грозило взрывом колоссальной мощности, даже если масса встреченного объекта достигала всего лишь нескольких граммов.
– Ничего особенного - просто подходящее сочетание массы и скорости, - продолжал разглагольствовать Корбин Габлона. - Берем старое транспортное судно, разгоняем его до максимальной субсветовой скорости в ноль целых двенадцать сотых С и направляем на цель. В результате получаем взрыв мощностью в несколько сот тысяч мегатонн. Полное уничтожение всего живого в радиусе тысячи километров от эпицентра. Прилегающие слои атмосферы силой взрыва выбрасываются в космическое пространство. Разрушительные последствия катаклизма сказываются на расстоянии до пяти тысяч километров.
У Корбина пересохло в горле, и он жестом подозвал серворобота, разносящего напитки. Взяв с подноса бокал, он благосклонно кивнул стоящему рядом мужчине в черном и предложил ему глоток бренди. Тот отрицательно покачал головой.
– Ах да, вам же запрещено,- ухмыльнулся Габлона.- Мне жаль вас, друг мой. Вы даже не представляете, чего лишаетесь.
– Есть вещи, доставляющие куда более острое наслаждение, - возразил Али Хасан, некогда глава тайного средневекового ордена ассасинов-исмаилитов, а ныне - предводитель одного из самых могущественных кланов фанатиков-убийц на планете Эль-Шига.- Значительно более острое, - добавил он и отвернулся к экрану, где вот-вот должны были развернуться основные события.
–Это будет выглядеть как несчастный случай,- сказал Корбин, словно стараясь вселить дополнительную уверенность в душу сообщника.- Транспортный корабль вышел из-под контроля экипажа и врезался в планету. Никто ничего не сможет доказать.
–Великолепно задумано,- равнодушным тоном отозвался Али Хасан; его смуглое лицо с ястребиным носом не выражало решительно никаких эмоций. - Должен признать, что в самых дерзновенных своих мечтах не мог я представить разрушений такого масштаба.
–Доверься мне, Али, - покровительственно рассмеялся Корбин, - и ты увидишь такое, что вообще недоступно ничьей фантазии.
–Как-то это все не совсем… э-э… этично,- прозвучал чей-то негромкий, слегка дрожащий голос из дальнего конца отсека.
Корбин резко повернул голову на голос, а Хасан только пренебрежительно фыркнул.
–Да у тебя никак живот подвело от страха, коллега? - угрожающим тоном осведомился толстяк.
–Зола Фалдон прав,- вмешался Фор, один из мелких гаварнианских кохов, единственный из присутствующих рискнувший выступить против Габлоны. - Мне наплевать на Элдина. В конце концов, он просто васба и принадлежит к низшему классу. Но там, внизу, вместе с ним Букха Таг и Ксарн-Первый. А они - наши братья.
–Были нашими братьями,- резко парировал Габлона. - И разве не они подложили нам всем свинью, лишив законного выигрыша?
Пять или шесть собравшихся в каюте кохов мрачно закивали в знак согласия. Воодушевленный их поддержкой, Корбин, стараясь закрепить победу в споре, направил свое кресло поближе к кучке старых друзей и родственников. Когда он снова заговорил, в голосе его звучал неподдельный энтузиазм, а широкие, уверенные жесты подкрепляли убежденность в собственной правоте.
– Внезапный удар без объявления войны - это освященная временем тактика, к которой в свое время прибегали самые известные полководцы. Вспомните хотя бы Ярмира с Альфа Сигмы. А разве великий Цезарь посылал сенату донесение, в котором извещал, что собирается перейти Рубикон? Черта с два! Он просто перешел этот проклятый ручей и повел свои легионы к победе. Вот так-то, друзья мои. Предлагаю считать этот транспорт нашим Рубиконом.
Он снова хмыкнул, довольный тем, что удалось продемонстрировать аудитории столь обширные познания в военной истории, как бывало раньше, в старые добрые времена, когда кохи собирались у имитационного дисплея и за кофе, сигарами и бренди, как и подобает джентльменам, разыгрывали знаменитые сражения из далекого прошлого. Хозяйским жестом Корбин подозвал серворобота и приказал принести всем выпивку.
– И все же джентльменам не пристало нападать без предупреждения,- продолжал упорствовать Зола Фалдон, ища взглядом поддержки у окружающих, но не находя ее даже у серворобота.
–Ты первый громче всех кричал о мести, - негромко напомнил Ксарн-Третий,- а теперь, когда Корбин нашел способ, хочешь пойти на попятный?
–Вся ответственность лежит на мне, - с важным видом провозгласил Габлона. При этом, правда, он забыл упомянуть, что каждый эпизод задуманного предприятия тайно фиксируется, а сам транспортный корабль, предназначенный для торпедирования планеты, через длинную цепь посредников зарегистрирован на имя Фалдона.
–Да, всю ответственность я беру на себя, - повторил Корбин, мысленно ухмыльнувшись. Собравшиеся облегченно заулыбались, заговорили разом, а кое-кто даже вспомнил о прошлом, которое было бы неплохо вернуть.
Пришедший в хорошее настроение Корбин разразился целой лекцией на тему военной тактики в эпоху Просвещения, особенно упирая при этом на ошибку, которую делали тогдашние реформаторы, отрицая политическое убийство и нападение без объявления войны в качестве метода ведения военной кампании. Кохи, погруженные в собственные невеселые мысли, слушали его без особого интереса, хотя кое-кто из них не преминул заметить несколько грубых исторических ошибок в изложении Габлоны. В частности, тот совершенно превратно истолковал молниеносный захват Силезии армией Фридриха Великого, случившийся, по мнению Корбина, в 1730 году. Но никто, разумеется, не осмелился выступить с поправкой. Спорить никому не хотелось, а единственный профессиональный эксперт, который без труда мог разрешить все разногласия, в настоящий момент находился внизу и сам был одной из главных целей.
– Десять секунд до столкновения,- сухо информировал голос компьютера.
Собравшиеся оторвались от бокалов и выжидательно подняли головы.
– Три… два… один… контакт!
Все стояли, зачарованно глядя на экраны. Сигнал почему-то запаздывал, и Корбин Габлона мысленно проклял безмозглого пилота-самоубийцу, которому было человеческим языком приказано перед столкновением перевести связь на сверхсветовую волну. Этот придурок скорее всего был настолько поглощен предстоящей встречей с сотней девственниц в раю, что попросту позабыл об этой несущественной для него детали.