***
Краснолицый крепыш с козлиной бородкой в зеленом камуфляже закашлялся - слабый ветерок с озера погнал дым от костра в его сторону. Крепыш потер пальцами слезящиеся глаза, нашарил тонкий ломтик сала на бумажке, обернул этим ломтиком ловко вытащенный из стеклянной банки маленький помидорчик и услышал, как его собеседник хмыкнул.
- Дрова, сегодня между прочим ты, Саш, собирал. Кстати, я тебе говорил, что мальчик - умница и далеко пойдет? Ах, да. Говорил.
- Я тебе тоже говорил: и умница и красавица. Толку то? - Крепыш старательно трудился челюстями над салом, которое никак не хотело прожевываться, по этому речь была не совсем разборчива. - И никуда "далеко" он не пойдет - так и проболтается помощником младшего конюха! Потому что его папаша и старшие братья - совершеннейшие посредственности! Обладающие, к тому же, завистливым и мелочным характером. И мальчонку выше себя не пропустят. Да и дедуля, судя по всему, недалеко от них ушел в плане сообразительности.
"И прадед, исходя из перечисленного - тот еще лопух!" - самокритично добавил он и встрепенулся:
- Так! Руку не меняют! Долго еще возиться будешь?
- Сейчас! Сейчас! - Засуетился собеседник и подхватил бутыль.
Собеседником крепыша был изящный тоненький человечек. Смугленький, хитренький, с ниточками усиков и лукавыми жгучими глазками. Тоже в камуфляже. Он твердой рукой разлил по стаканам водку, аккуратно вернул заиндевелую полупустую уже бутылку в короб со льдом, не забыв заботливо и крепко закрутить крышку. И возвестил "готовность номер раз":
- Давай, Вашество! - Он вооружился рюмкой и кусочком какой-то замысловатой закуски. Торжественно воззрился на собутыльника. - За сообразительных подданных. Чтоб тебе их по-больше.
- Давай, Кирилыч! Только не слишком много, а то на кой тогда я им сдался?
Собрались с духом, выдохнули, "вздрогнули". Скривились.
- У-у-у... и как ее беспартийные пьют?! - придушенно просипел Кирилыч.
- Кха-кха... Гадость! - Согласился крепыш. И спохватился. - Кто-кто?
- Беспартийные. Забей, Саша! А насчет детишек я тебе уже говорил.
- Ну, нет, Кирилыч, это уж слишком! В конце концов, папашки и дедульки - тоже мои подданные...
- Эх, тяжела ты, шапка Мономха...
- Какая, нах, шапка? Какая, нах, Маха? - Без особого запала огрызнулся крепыш и заговорил вполголоса, хотя никто их слышать не мог. - Киря, у меня хозяйство по швам трещит, понимаешь? Еще чуть-чуть и - бах! Рванет - мама не горюй! Удельные княжества, пиратские флотилии, грызня за ресурсы - будут все тридцать три удовольствия смутного времени! И никто! Никто этого не понимает и не видит! Думают, что сытость продлится вечно! А ведь мы уже подходим к пределу! Разве что Добиро, старая узкоглазая перечница, все понимает. Но он уже трухлявый пенек - ему чуть-чуть осталось.
- А его наследники? - Кирилыч таки смог подцепить приглянувшийся огурчик.
- Да такие же остолопы, что и у меня! Здравомыслящих - единицы: Дзони, Ишики, Кавахиро. И все! Но они совсем уж младшенькие. Как и у меня. Вот скажи, наверно, так всегда было - чем сытнее и спокойнее в хлеву, тем глупее человек?
- Если человек - животное, то да! - Крайне серьезно ответил Кирилыч.
Вообще было такое впечатление, что ни на одного, ни на другого алкоголь особо не действовал. Ломали друг перед другом комедию два хороших актера. Кто кого переиграет. А потом - плюнули и решили не валять дурака и поговорить серьезно. И серьезно напиться. По-настоящему.
- А как мне из этих жрущих свиней людей сделать?
- А надо ли?
- Надо, Киря, надо!
- Ну, может, не из всех?
- Может. Тогда тот же вопрос - как?
- Война. Хочешь - внутренняя. Хочешь - внешняя. Выбирай!
Крепыш скривился, будто вместо маринованного помидорчика отхватил чего-то жутко кислого.
- Да, ладно тебе! - хмыкнул Кириыч и погрозил пальцем шутливо. - Не ты первый, не ты последний. Вон, смотри, Добиро тоже весь в крови - кланы между собой стравливает так, что любо-дорого посмотреть. И Халифаты друг дружку потихонечку режут, и с саксами грызутся. А саксы замиряют всех вокруг, неся по старой памяти свободу и демократию посредством орбитальных бомбардировок! И только Конфедерация радуется и тихо молится, чтобы ее подольше не выпускали из блокады, потому что есть на кого свалить внутренние проблемы и повод не отпускать гайки.
- Ну, а мне? Кого с кем мне предлагаешь стравить?
- А кто у нас тут "целый-император-не-пописать-вышел"? Вот и решай - либо наблюдаешь медленное гниение Империи... своей Империи... либо назначаешь виноватых и делаешь ей встряску на ближайшие полсотни лет. А то и сотню! Как раз доцарствовать успеешь. Еще и преемнику немного оставишь.
- Циник ты, Кирюша. Циник.
- Не-а! Реалист, батенька! И хорошо знаю историю.
- Слишком...
- Вай-ме! Кстати, если претит - можешь не дергаться. На твой век спокойствия хватит! Балы, охоты, парочка приграничных конфликтов, чтобы скучно не было. Фаворитки. Благо, современная медицина позволяет. Половина вполне приличных правителей именно так и поступала. И неизвестно, что лучше. А хочешь - ориентацию смени. Вокруг столько мальчиков, хе-хе, красивых.
- Иди ты!
Кирилыч помолчал и поинтересовался:
- А что там наш красивый мальчик умница-Максим? Ты начал с того, что он нежданно-негаданно повстречался с не менее красивым мальчиком умницей-Ехидной...
- Кирилыч, скажи, судьба есть? - несмотря на кажущуюся риторичность вопроса, крепыш смотрел на собеседника напряженно. - Уж ты должен знать ответ на этот вопрос.
Кирилыч, тоже что-то такое в голосе собеседника уловил и с ответом не торопился. Задумчиво водил пальцем по краешку "стопки".
- Плесни-ка, Сашок! - без былого запала и ехидства попросил он. - Знаю, что "руку не меняют", но пусть мне целый Император нальет.
Молча разлили, молча вооружились "закусью", молча "дрогнули". Скривились и закряхтели, переживая удар жидкого огня.
- Саш, я понимаю, что ты хочешь спросить. Судьбы нет. Есть предопределенность, которая фиксируется только по прошествии самого события. И никак иначе. То, что детишки встретились - это предопределенность. Ты же про них хотел... да? Ну, предопределенность и предопределенность! Случилась - и черт с ней! Забей! Продолжай действовать по своему плану. А думать, что твои действия заранее определены и записаны в какую-то там "Книгу судеб" - какой в этом смысл? За всю историю человечества этого никто толком доказать не смог. И не думай, что ты особенный.
- Вот как? То есть ты предлагаешь этот вопрос даже не рассматривать?
- Именно! А ты ожидал какой-нибудь стройной теории? Моя философия проста, как перпендикуляр - вместо того, чтобы искать ответ на глупый вопрос, лучше этот вопрос себе даже не задавать!
- Лихо, - оценил крепыш. - Удобно.
- Ну, дык... Пользуйся! Так что там с малышом и Ехидной?
- А-а-а... Встретились совершенно случайно. Смотри на меня внимательно: слу-чай-но! Мы все проверили и наизнанку вывернули всех, до кого могли добраться! Максимку с евойной зазнобой - Наташкой Вебер - с курортов по дороге в Углич за каким-то чертом понесло через Одессу. Прикинь, крюк, да? А знаешь, почему именно на Одессу? Ткнул стилусом наугад в карту! Оп-па - Одесса! Бешеной собаке - семь верст не крюк - эсминец эскорта в зубы - и вперед! А уж на Одессе мой прохвост учудил...
- Тот или этот?
- Да оба хороши! Максимка с невестой отправились задницами покрутить на танцульки в местную забегаловку и надо ж такому случиться, что Ехидна со товарищи в это же самое время в эту же самую забегаловку смылись в самоволку! Отмечать отъезд в РИВАКОС! Мало того, из пары сотен присутствующих сошлись именно они!
- И как? Пообщались?
- Ха! "Пообщались"... Еще как! Дружба-мир-жвачка! Танцы-обжиманцы! Чуть ли не девчонками махнулись!
- Реакция Ехидны?
- А никак! Ожидаемо-неровно задышал в сторону Наташки.
- Кстати, заметь - самые умные из твоих парней на Наталью Вебер молиться готовы!
- Ну, на то и умные-то! А девчонка - хороша! Не зря я их с Максимкой свел. Хорошая порода будет, если дурака не включит!
- Максим-то? Не-е, не включит! Какова, кстати, его реакция?