Всего за 33.99 руб. Купить полную версию
– Давай, давай быстро домой, – подгонял Илья мальчишку на обратном пути. Но от счастья тот настолько выдохся, что еле переставлял ноги. В результате Илье пришлось тащить еще и тяжеленного, но к счастью больше не рвущегося на свободу кота. Илья вручил обоих – Кузю и пацана перепуганной матери мальчишки, и пешком потопал на свой этаж – лифт в доме давно не работал. А перед тем, как лечь, наконец, спать, долго разглядывал тяжелую старинную монету. И, уже почти заснув, решил, что в ближайший свой выходной поедет на какой-нибудь блошиный рынок, где собираются нумизматы. Может, кто-нибудь из них подскажет Илье, как и откуда в сегодняшнем дне появляются незваные кровожадные "гости"?
В воскресенье Илья долго ехал в метро, потом на электричке. Рынок находился рядом с платформой одной из пригородных железнодорожных станций. Илья побродил немного, рассматривая выложенный коллекционерами товар, поговорил с продавцами. Потом решился, и показал одному из них – обстоятельному неторопливому дедку – свою находку. Тот долго рассматривал монету, потом достал лупу и уткнулся в нее носом, рассматривая аверс и реверс.
– Двенадцатый век, редкая штука. И сохранность хорошая. Три тысячи, больше не могу. Согласен? – выдал старикашка заключение и приготовился достать деньги.
– Точно – двенадцатый? Не раньше, не позже? – зачем-то допытывался Илья.
– Точно тебе никто не скажет, это приблизительно. Всадников на монетах тогда именно так изображали, временной люфт может быть лет в двадцать, или больше. Так ты продаешь или нет? – спросил нумизмат, видя, что Илья прячет монету в карман.
– Не, не продаю. Передумал, – пояснил Илья, и собрался уходить, когда дедок схватил его за рукав:
– Ладно, ладно, три с половиной. Четыре, но больше точно не дам! – кричал он уже вслед Илье. Четыре тысячи рублей были для Ильи большими деньгами, но с монетой он решил пока не расставаться. "Продать всегда успею" – решил парень, и поехал обратно в город. "Двенадцатый век, двенадцатый век" – Илья крутил монету в пальцах, рассматривал еле видимые на обеих сторонах линии и фигуры. Выводов было два: монета оказалась рядом с "дверью" случайно, либо ее потерял кто-то из вновь прибывших. И этот кто-то явился сюда из того самого двенадцатого века, перешагнув через несколько столетий. Второе предположение было самым пугающим, и одновременно верным – все, что происходило в тех местах, где открывались "двери", не оставляло в его верности никаких сомнений. Илья не знал, что ему делать с этим открытием – он помнил из школьной программы по истории, что на двенадцатый век приходилось самое дремучее в истории человечества время. Сразу вспомнились прочитанные когда-то в учебнике параграфы о войнах, междоусобицах, а так же об эпидемиях и болезнях, безжалостно выкашивавших немногочисленное тогда население. "Вот, кто к нам пожаловал! И чего им там не сиделось? Нет, у нас, конечно, хорошо – еды полно, войны нет…" Илья вспомнил внешний облик пришельцев, и подумал о нравах людей, принадлежащих другой эпохе, об их образе жизни, привычках, потребностях, и похолодел от собственных мыслей.
Да, в самом деле, кто откажется сбежать из голодного, полного опасностей, страха и болезней времени в чужой, но спокойный и сытый мир? Значит, эти мигранты, переселенцы каким-то образом обнаружили "двери" во времени, и теперь активно лезут через них, не забывая тащить с собой своих родственников, одноплеменников или как они там правильно называются? Или кто-то приводит сюда, дает кров, еду и время на то, чтобы приспособиться к новой жизни, привыкнуть к ней. Но зачем, с какой целью? Илья вдруг понял, что только что сам ответил на свой вопрос. У "мигрантов" из прошлого есть только одна, но доминирующая, основная для них задача – обрести здесь безопасное и сытое существование. А что будет с теми, кто попытается им помешать, Илья уже отлично знал. И, если они так беспощадно расправляются с людьми, то это значит только одно – совместного мирного существования со своими далекими потомками "гости" из прошлого не планируют. И сразу картинка сложилась, стала полной – глухие, почти необитаемые места, открывавшиеся за "дверями", внешний вид и поведение пришедших через них "гостей". И их чудовищный неразвитый язык, грязные лохмотья, весь образ жизни и мысли, который несли с собой пришельцы. И уже демонстрировали свою первобытную дикость здесь, в настоящем.
И еще одна деталь кольнула сердце особенно больно – "дверь" в это раз открылась рядом с домом, переход произошел слишком близко. И то, что новички и встречавшие их старожилы быстро уехали, не означало ничего. Илья уже дважды становился свидетелем того, как настоящее уступает место какому-то дикому, темному и жестокому времени. А сколько всего в городе таких мест? В этот миг и завтрашний день, и вообще все собственное будущее показались Илье жуткими и беспросветными. На чью-либо помощь или подсказку рассчитывать не приходилось, выход нужно было искать самостоятельно.
До дома Илья добрался уже затемно, уставший от дороги и тяжелых мыслей. Но мечты об отдыхе исчезли, как только он переступил порог квартиры. Бабка была чем-то то ли напугана, то ли ошарашена, и ей не терпелось поделиться новостями с квартирантом:
– А я сегодня видела, как кино снимают! – оживленно делилась она с Ильей, – иду от остановки – в собес ездила, чтобы пенсию пересчитали – и вижу город старинный, дома из камня, улицы тоже, вода в канавах, только чем-то воняло очень. А по улице люди идут, как солдаты – строем, человек двадцать, все в лохмотьях, аж противно стало. И туман такой легкий кругом, светлый. Я остановилась, посмотрела немного, мне декорации очень понравились, все, как настоящее было.
– А съемочная группа там была? – осторожно спросил Илья. Он очень надеялся на положительный ответ, но бабка, умолкнув на мгновение, его надежд не оправдала.
– Не помню, – растерянно ответила она, и добавила:
– Ходил там кто-то рядом, будто ждал, чего-то. Потом в "Газель" всех посадили и увезли.
Спать Илье сразу расхотелось – Полина Андреевна только что подтвердила его худшие подозрения – не одна "дверь" в прошлое открылась сегодня ночью. Впрочем, стоп, – какая ночь? Бабка ездила в пенсионное управление к девяти утра! Значит… Значит, все обстоит гораздо хуже, чем он думал.
Утром полусонный Илья уже был на боевом посту – у дверей еще закрытого магазинчика. Он всегда приходил первым, и ждал, пока не приедет кто-нибудь из продавцов или объявится сам хозяин. Тот притащился первым, поздоровался сквозь зубы, открыл дверь, следом подошли продавцы. Одна за другой к магазину подъехали грузовые "Газели", и работа у Ильи закипела. Он перетаскивал товар, а продавщицы сверялись с накладными, постоянно бегая к прилавку на зов покупателей. Тяжелый муторный день никак не желал заканчиваться, Илья почти спал на ходу и выполнял всю работу на автопилоте. Вечером хозяин, как всегда, выгреб из касс дневную выручку и рабочий день на этом можно было считать законченным. Илья вместе с продавщицей вышел из магазина. Та уже запирала дверь, когда на крыльцо вбежали три человека.
– Закрыто! – привычно взвизгнула тетка, поворачивая в замке неподатливый ключ, но ее не слушали. Илья не успел отойти далеко, и, услышав знакомый, режущий ухо голос, остановился и обернулся.
– Закрыто, не видите, что написано! – продавщица тыкала пальцем в табличку за стеклом. Но надпись "закрыто" не произвела на потенциальных "покупателей" никакого воздействия. Один принялся дергать и выкручивать дверную ручку, еще двое пытались помочь ему. Женщина визжала уже от страха – "покупатели" отрезали ей путь к бегству. Илья медленно пошел назад, остановился неподалеку, наблюдая за происходящим.
– Уйдите, вы что! – орала продавщица, пытаясь вырваться из окружения, потом, заметив Илью, закричала ему:
– Звони, в милицию звони, и Генке, пусть возвращается! Грабят! – заголосила она уже во весь голос, но зря – поблизости не было никого. Ошеломленные "пришельцы" остановились, то ли напуганные, то ли удивленные мощью женского голоса, один из них даже попятился назад. Тут один из "покупателей" ткнул грязным пальцем в светящийся красным диод над дверью и коротко пролаял что-то. Все дружно посмотрели наверх, потом на Илью, дрожавшую женщину и неторопливо удалились. Так и есть, эти существа не знали элементарных норм, правил и порядков, по которым жили люди. И еще Илье показалось, что "пришельцам" плевать на все это, они, похоже, привыкли получать все сразу, а если не дают – то брать силой. Сейчас их просто напугала включенная сигнализация – магазин сдавался под охрану, и нелюди решили не связываться с чем-то незнакомым, а, значит, потенциально опасным. Но держались они уверенно, даже нагло – это насторожило Илью больше всего. Похоже, "гости" осваиваются в городе, и адаптация проходит быстро.
– Фу, отстали наконец-то. Прям зверье какое-то, откуда только понаехали? Каждый день их все больше и больше, – делилась своими наблюдениями с Ильей перепуганная тетка. Илья хотел сказать ей, кто и откуда эти люди, но передумал, пожал плечами, попрощался и быстро пошел прочь. Целый день ему не давала покоя одна мысль – вчерашний рассказ бабки о киносъемках. Две "двери" за одни сутки, и обе слишком близко от дома – Илья почти бежал через сквер к остановке, не думая о том, зачем он это делает. Посмотреть, убедиться лишний раз в своей правоте? Так происшествия пятиминутной давности для этого было более чем достаточно. Сколько Илья ни раздумывал о происходящем, каких версий ни строил – все было впустую. Очевидным было только одно – в город ежедневно проникает множество "гостей" из прошлого. Но как и почему это происходит – ответить он не мог. А самым пугающим было то, что "пришельцы" становятся здесь если не хозяевами, то чувствуют себя очень вольготно.