- Просто ждать не будем. Здесь тоже могут быть галакты. Мы выступим прогрессорами. В нашем активе знания Земли двадцать четвертого века и двух высокоразвитых союзных цивилизаций. За пятьдесят лет мы сможем локально достичь европейского уровня конца девятнадцатого века, потом через сто - освоим местными ресурсами все, что умеет Земля. И тогда в нашем распоряжении будет еще сто - сто пятьдесят лет на изобретение супероружия, которое остановит галактов в любом пространстве. Правда, к моменту появления мощного научного центра на Земле-2 нам всем предстоит освоить профессию цветовода. В смысле, выращивать цветочки, удобряя их своим телом с глубины два метра. Посчитайте, до этого светлого будущего не суждено дожить никому из присутствующих. А на Земле пройдет каких-то полтора года.
- Логично, - оценил замысел Новак. - Если темпы наступления черных в нашем секторе не вырастут, до контролируемых нами звездных систем они доберутся не раньше, чем через шесть-семь лет. И еще пару лет до Земли. Так что, господа, имеется примерно тысяча лет в запасе.
- Если не брать в расчет местных галактов, - сказал Диего Родригес, полицейский, теперь уже бывший. - Корыто свальдов мы просто собьем на посадке. Все их знания у нас уже есть. Или просто посадим их в клетку, чтобы галактика не знала о нашей скромной голубой планете. Добавим себе немного времени.
- Не забывайте еще об одной проблеме, связанной со свальдами, - вступил в разговор ван Нааген. - Помните, около двухсот лет у нас был застой в фундаментальных науках, когда все, что мы знали, оказалось архаикой рядом с 0-переходами и физикой 0-пространства. Мы поднялись на чужих знаниях, и очень сложно стало что-то двигать дальше. Тут аналогично.
- Но вы же, профессор, способны создавать новое? - спросил Новак. - Как построим техническую базу для исследований, запросим через портал ученых. Те, кто сейчас на коне, будут такими и через полтора земных года, через триста местных. Надеюсь, здесь изобретут суперпушку до первого контакта с местными инопланетянами.
- Учтите, коллеги, местный человеческий фактор, - продолжил ван Нааген. - Мы должны убедить людей позднего Средневековья все бросить и срочно совершить научно-техническую революцию. Для этого мы должны сотни лет контролировать основные людские и природные ресурсы планеты.
- Значит, задача номер один - захватить мир, - буднично резюмировал японец, как будто речь шла о том, чтобы первому занять место на парковке.
- Что, конгрессмен, как вам карьера - стать президентом планеты? А еще лучше - императором.
- Я согласен, - скромно ответил Джонс и включил одну из самых отработанных улыбок - "для избирателей, № 4".
12
ЗЕМЛЯ-2. 11.03.1667. БАЗОВЫЙ ЛАГЕРЬ
Курортный островок, односторонний канал к которому протянулся от Тибета, оказался расположен рядом с Корсикой. Учитывая почти полное совпадение местной географии с земной, было решено оставить все названия в привычном виде, независимо от того, как называют свои города и веси живущие в XVII веке аборигены.
Придется Корсике, задолго до Наполеона, стать отправной точкой европейской экспансии. А в перспективе - мировой.
Очередное совещание произошло через сутки после того, как Мазовецки впервые рассказал о целях миссии. При всей необычности задачи, миссионеры (или прогрессоры, или интервенты - название можно выбрать по вкусу) достаточно плотно прониклись ею, и каждый высказал свое мнение в разрезе своей земной профессии. Что характерно, никто не запаниковал и не заныл "хочу домой". Психологическая оценка неведомых рекрутеров, подбиравших кандидатов для миссии на Земле-2, оказалась верной.
Первым высказался ван Нааген. Готовясь к первому выступлению перед коллегами, он разрывался между несколькими крайностями. Как либералу и демократу ему совершенно не импонировало, что на Земле-2 предлагается создать форсированный вариант развития земной цивилизации с уклоном в тоталитаризм и милитаризм. С другой стороны, он понимал, что все попытки развития демократических форм правления в XVII веке обречены на неудачу. Элементы выборности в Англии и Нидерландах - только уступка части власти от монарха некому клану влиятельных лиц.
Несмотря на свои пламенные либеральные проповеди перед студенчеством, профессор оставался патриотом, двое сыновей которого ушли служить в космофлот. Поэтому у него не было сомнений, что Миссия должна выполнить свою задачу.
Еще он понимал, что от него зависит общая стратегия развития, конкретно - на ближайшие триста лет. Результат его работы определит будущее двух миров и в дальнейшем, когда Земля-2 станет более развитым и, соответственно, доминирующим миром, а истощенная войной первая Земля с вялотекущим временем станет проваливающимся в прошлое придатком.
- Коллеги, - начал ван Нааген академически, - для строительства современного, по меркам Земли двадцать четвертого века, научно-исследовательского комплекса, нам необходима глобальная развитая и контролируемая нами экономика. Добыча сырьевых ресурсов и выпуск основных материалов должны выражаться цифрами как минимум в сотни миллионов и миллиарды тонн в год. Причем упор мы должны сделать именно на вал, а не на качественные показатели. Точные инструменты и оборудование нам перекинут через портал. Все материалоемкое мы должны производить сами. Для этого нам необходим контроль над территориальными и сырьевыми ресурсами планеты, а также многочисленное, обученное и управляемое население, способное эти ресурсы освоить.
- Оттолкнемся от опыта Земли, - продолжил он в стиле профессора за кафедрой. - Мы знаем, что правители своих народов могли расходовать только часть экономических ресурсов на армию и другие цели, от которых мало проку рядовому труженику. Большая часть ВВП идет на дальнейшее развитие экономики и на потребление. Есть, конечно, исключения. Например, в двадцатом веке Россия расходовала более половины ВВП на военные нужды, значительные средства на пропаганду своей социальной системы и только несколько процентов - на потребление населением. Но экономика коммунистической России опиралась на экспорт нефти и других природных ресурсов. Нам данный вариант не подходит, мы не будем искать инопланетян и продавать им ресурсы Земли. То есть в пределах Миссии нам предстоит создать глобальный рынок рабочей силы и производство товаров для удовлетворения потребностей основной массы населения.
- Это понятно, - резюмировал ван Нааген свой первый тезис в обычной преподавательской манере, когда важно, чтобы сказанное было понятно лектору, а студенты пусть разбираются как хотят. Но в штабной палатке сидели отнюдь не студенты, и они прекрасно осознавали необходимость рутинной работы по строительству рынка труда, товаров и услуг. - Теперь о том, как подтолкнуть людей в нужном направлении. Очевидный способ - через завоевание и принуждение. Действенно, но я предлагаю начать с несколько другого. Мы можем протащить через портал вооружение уровня конца девятнадцатого - начала двадцатого века и вооружить им одну-две тысячи наемников. Я думаю, никто не предлагает дать им бластеры? Допустим, обучив их за пару месяцев, мы можем с легкостью сокрушить любую армию крохотных немецких или итальянских государств. Да что там, две-три батареи трехдюймовых орудий плюс десяток пулеметов рассеют на поле боя французскую, английскую или испанскую армию. И что дальше? У нас нет и не будет достаточного числа ресурсов, импортированных через портал, особенно боеприпасов, чтобы вооружить отряды, способные контролировать хотя бы четверть Европы. Таким образом, я предлагаю построить общеевропейское клерикальное государство, чтобы народ с фанатичной преданностью в глазах делал все, что нужно Миссии. Отдельных непокорных запросто усмирит малочисленная, но хорошо вооруженная армия.
- Тогда почему среди нас нет военного, только полицейские? - спросил темнокожий индус с непроизносимой фамилий, которую все заменяли коротким ником "Раджа". В военной лаборатории Apple, с эмблемой в виде яблока, разрубаемого ноутбуком, Раджа настолько привык к назойливым солдафонам, изображавшим осведомленность в недоступных им материях, что теперь, после перевода в военный по своей сути проект "Миссия", он удивлялся их отсутствию.
- Военных с боевым опытом не оказалось в окрестностях Тибета, - ответил Мазовецки. - Полагаю, в течение суток они смогут кого-то перекинуть от передовой. Учтите, господа, идея Миссии как оборонной акции возникла, по земному времени, всего два дня назад, и переброс людей и снаряжения происходит весьма сумбурно. Поэтому планированием, что нужно для Миссии, и в каком порядке будем менять мир Земли-2, мы обязаны заняться здесь. От вас, пан Раджа, мы ожидаем идеи по организации производства вооружений и боеприпасов уровня тысяча девятисотого года. Легкие полевые орудия, пулеметы, винтовки "болт", ручные гранаты, револьверы. В перспективе - небольшие корабли с металлической обшивкой и пушечно-пулеметным вооружением. Основное транспортное средство - лошади - здесь имеется в достатке.
- А вы не ошиблись адресом? Я специалист по бортовому вооружению атмосферных десантных кораблей, а не по историческим реконструкциям.
- Дорогой Раджа, - снова вступил в разговор ван Нааген. - Уверяю вас, на всей Земле сейчас нет ни одного специалиста по производству винтовок Мосина и Маузера. Как и нет стратега с опытом охвата кавалерией вражеского войска. Придется всему учиться здесь. Отнеситесь к этому как к логической задаче. Все сообща вырабатываем подробную программу действий. Как только ворвемся во внешний мир, он весь будет против нас, там задумываться некогда.