Прозоров Александр Дмитриевич - Паутина зла стр 15.

- А как докажешь, что он оборотень? Живет себе человек… У нас ведь никто по ночам не бегает, скотину не режет. Кому-то брат, кому-то сын - вот и живут все, как и прежде. Но время от времени зовет их умрун, тогда они по холму сбегают и на ходу шерстью обрастают… Жуть! Я сам видел. Ведун, скажи, правда это: коли тебя оборотень укусит, то и сам таким станешь?

- По-разному бывает, - покачал головой Олег. - Магия магии рознь. Чтобы разобраться, надо умруна найти. Как это сделать, Глеб?

- Найти нетрудно, - невесело усмехнулся тот. - Вон Еловый лес-то, за холмом.

- Ходил, - кивнул ведун. - Волки меня далеко не пустили.

- Значит, не хочет тебя чародей видеть, - вздохнул Глеб. - Откуда я могу знать, что он затевает, умрун проклятый? Я справный хозяин, у меня семья. Куда денусь? Побираться? Землю, дом - ничего теперича не продашь. Зерно-то наше не хотят брать, вот оно до чего дошло… Выручай, ведун. Не знаю я, как ты с Борисом договорился, а я тебе все готов отдать, токмо бы от умруна избавиться.

- И что же делать, чтобы избавиться?

- А этого я не знаю, - хмыкнул Глеб. - Ты же ведун, не я! А еще, Олег, подумай: неспроста тебя чародей в лес не пустил. Боится он тебя. Чует силу, понимаешь? Вот и теперича, смотри как вышло: Борис молил его о твоей гибели, а ты жив-целехонек.

Олег захрипел, подогнул колено и с остервенением почесал искусанную ступню. Спина его от этого приподнялась, едва не развалив низенький, хлипкий шалашик.

- Устал, почитай, проголодался? - Глеб отщипнул крошку. - Ну, пойдем тогда.

- Куда?! В деревню, к оборотням? Нет, Глеб, давай еще поговорим. Что за дети такие у старосты, что за молодцы одинаковые?

- Раньше они другими были, - вздохнул Глеб. - Ладные были мужики. А потом пошли пропавшую сестру искать, Всеславину мать. Как вернулись, когда и в сапогах или нет - не знаю. Но токмо с тех пор день ото дня все больше друг на друга походить стали, а волосы цветом разошлись. Слуги умруна они, что тут думать? Разговаривать-то не умеют. Думаю, и сами они не живые давно.

- Так…

Ничего нового для себя Олег о сыновьях Бориса не услышал, с таким же успехом можно было ни о чем и не спрашивать. Но и Глеба не обвинишь в неискренности - выкладывает вроде бы все начистоту.

- Значит, староста молил чародея о моей смерти?

- Да, я уж знаю, как это бывает, потому и послал Всеславу тебя догнать. Хорошо еще, ты совсем недавно на виду у всей деревни по дороге прошел. Когда у Бориса появляются враги, он идет к колодцу.

Колодец! Еще одной загадке обещалось немедленное разрешение, и Олег выжидающе уставился на Глеба.

- Колодец уходит в глубь холма, - понял тот невысказанный вопрос. - Что там внизу - мне неведомо. Идем, Олег, все я тебе рассказал. Ночью у озер не надобно бы оставаться, опосля такого-то дня. Тут на самом деле тоже нечисто.

Однако Олег не пошевелился, а вылезти из тесного шалашика в одиночку Глеб не мог.

- Идем! Заночуешь у меня, терять теперича нечего. Все равно прознает умрун… Защити, Олег. Семья ведь. С тобой не справятся, чую.

- Сестра тоже с тобой живет? - задумчиво поинтересовался Олег.

- Рада?.. Ах, вот оно что! Понравилась сестрица моя? Красавица! - оживился Глеб, пытаясь потихоньку выползти из шалаша. - Ничего не пожалею, коли спасемся, ведун. И сестру за хорошего человека всегда отдам.

- Я не о том. Непохожа она на деревенскую.

- Непохожа? - Глеб замер, вздохнул. - Уродилась такая.

- И вы с ней не схожи, - развил наступление Середин.

- Уродилась такая! - с упором повторил мужик. - У нее и спроси, откуда она такая. Сестра - она и есть сестра, что еще сказать? В Еловом лесу не терялась, не бойся.

- Да я не боюсь.

Олег первым выбрался из шалашика, поправил саблю - и только теперь сообразил, насколько уязвим был во время разговора. Ведь не сумел бы ни выскочить быстро, случись что, ни достать оружие… И не подумалось об этом. Странно все это, странно. Ведун потряс головой, будто пытаясь разогнать морок.

- Идем! - позвал Глеб, зябко потирая руки. - Темно уже.

- Нет, я еще поброжу вокруг, - отказался ведун. - Ступай без меня.

- Олег! Ведь староста наверняка прознает, что я говорил с тобой! - Мужик ухватил Середина за рукав, потянул. - Что ты, не веришь мне?

- Верю, но в деревню пока не пойду. - Ведун мягко высвободился. - Дела у меня. А ты не бойся, коли Борис тебя до сих пор не тронул - с чего ему теперь бросаться? Разговора-то нашего никто не слышал.

- Олег…

Но Середин не стал слушать, поспешил по берегу прочь. Он не мог доверять полностью никому, в том числе и Глебу. Слишком много странного собралось в этой деревне, будто накрытой облаком неведомого морока. Не следовало торопиться с выводами, любой решительный шаг наугад мог оказаться последним. Услышав, как Глеб, вздыхая, поплелся к холму, ведун остановился, присел на траву.

На озерах

В Еловом лесу он уже сегодня побывал, на дороге к тракту - тоже. В Овражки соваться, пожалуй, не стоило, по крайней мере пока, - так что самое время было разведать обстановку у озер.

Возле берега что-то громко плеснуло - рыба или крупная лягушка. Олег, почесывая искусанную ступню, принялся жевать хлеб. О творящемся вокруг он решил пока не думать. Если части мозаики могут сложиться в общую картину, то это произойдет само собой, а если нет - значит, не хватает пока каких-то очень важных кусочков.

- Дедектив… - пробормотал ведун, срывая травинку. - Просто дедектив, электрическая сила. Сто ква.

И опять что-то плеснуло на том же месте, даже брызги долетели до Олега. Крест немного нагрелся. Вот и гости - сочетают любопытство с хладнокровием, как и все подводные жители. Интересно, как начнут охоту?

Ничего необычного, конечно же, не произошло. Спустя некоторое время Олег услышал тихое пение, доносившееся откуда-то слева, еще дальше от деревни. Следуя правилам игры, он прокрался туда и, раздвинув камыши, увидел на противоположном берегу очередного озерца неясные силуэты. Лоскотухи очень выигрышно смотрятся в лунном свете, когда не так заметна их зеленоватая бледность, и ведун не без удовольствия отправился вдоль берега.

А вот чего он никак не мог понять - так это привлекательности самого пения. На вкус Олега, оно было уж слишком незатейливым, монотонным, да и голоса у кровососок были какие-то грубоватые. С другой стороны, если не услышишь - то запросто пройдешь мимо, в темноте-то. Зато посмотреть есть на что, не каждый день в этих краях девушки топлесс загорают.

Оказавшись шагах в десяти от озерных тварей, Середин вытянулся на траве. Пускай попоют еще, не следует торопить события, иначе можно и спугнуть. Лоскотухи, старательно делая вид, что не замечают наблюдателя, исполнили весь свой небогатый репертуар, перемежая его повизгиваниями, играми на мелководье и коллективным расчесыванием волос. Наконец им это стало надоедать, и, тайком переглядываясь, водяные девы начали понемногу перемещаться ближе к Олегу.

От долгого ожидания ведун расслабился, все проблемы и загадки будто отступили на шаг, даже дышать стало легче. Крестик исправно посылал в руку тепло, требуя немедленно покинуть поганое место, и это внушало уверенность. От хорошего настроения решив немного подшутить над речными тварями, Олег стал громко похрапывать. Песня, исполняемая на неведомом языке, тут же смолкла, и ведун с трудом сдержал хохот.

- Спит ли он, подруженьки?.. - дрожащим голоском поинтересовалась одна из лоскотух. - Отчего ж он спит?

- Меду хмельного опился! - с презрением заявила другая. - Тащим его в воду!

- Далеко от берега… - боязливо пожаловалась третья. - Не позвать ли батюшку?

- Батюшка наказывал токмо в полнолуние выходить! - опять послышался резкий голос. - Или домой отправляться, или самим управляться. Ухватимся посильнее, да потянем понежнее, он и не проснется.

- А я запаха меда не чую, - сказала первая. Лоскотухи стали препираться, постепенно распаляясь. Разобрать слов Олег не смог - так уж заведено у странного народца, что чем сильнее ругань, тем тише голоса. Оттого и петь достаточно громко кровососки могут лишь хором, все в лад. Однако по поводу исхода спора ведун ничуть не беспокоился. Подойдут, обязательно. Очень уж любят забавы, а здесь, у глухой деревушки, человек ночью на берегу - большая редкость.

Старательно посапывая и похрапывая, Олег и в самом деле едва не провалился в сладкую дремоту - сказывалось напряжение последних часов. Ратмир, Глеб, Борис, Рада… С каждым из них что-то неладно, боязно поверить, опереться. Да еще морок, витающий над деревней, и волки, не пускающие на тракт. Другое дело - лоскотухи. Не слишком опасные, по крайней мере без "батюшки", не способные на настоящее коварство.

Цепкие холодные пальцы ухватились за ворот куртки, за рукава, даже за волосы. Да, лоскотухи и в самом деле не способны на коварство - с таким-то умишком! Будь Олег по-настоящему пьян, немедленно протрезвел бы, потащи его кто-нибудь к воде за волосы. Ведун решил больше не тянуть и крепко сграбастал ту, что так неосторожно вцепилась ему в шевелюру. Другой рукой ведун вытянул саблю - при определенной сноровке это и лежа можно сделать быстро, особенно если прижать ножны коленом.

Лоскотухи взвизгнули - нестройно и потому тихо. Забилось в руке тонкое, скользкое запястье, чиркнули по руке острые когти.

- А ну!!! - Олег подмял кровососку под себя, отогнал остальных взмахом сабли. - Кто тут на сковороду торопится, зеленые?!

Испуганные лоскотухи вмиг оставили попытки выручить подругу, поползли, неуклюже виляя полными крупами, к воде. Лежащая под Олегом их товарка что-то тоненько закричала, забилась, трепеща широким хвостом.

- Что-что? - Ведун приблизил ухо к полным губкам.