Элиас Лённрот - Калевала стр 34.

Мазью сына натирает
Несчастливца ею лечит:
Мажет кости по расщепам,
Члены мажет по разрезам,
Мажет сверху, мажет снизу,
Мажет также в середине.
Говорит слова такие
И такие речи молвит:
"Пробудись от сна, сыночек,
Ты оставь свою дремоту
В этом месте бед ужасных,
В этом тяжком положенье!"
Сын от сна освободился,
Пробудился от дремоты.
Мог теперь сказать он слово
Языком он так промолвил:
"Долго ж спал я на свободе,
Продремал, ленивый, долго!
Ну, и выспался ж чудесно
Погруженный в сон глубокий".
Лемминкяйнена старушка
Говорит слова такие:
"Ты проспал бы много больше,
Пролежал бы ты и дольше
Здесь без матери, несчастный, -
Без меня, тебя носившей.
Но скажи, сынок мой бедный,
Дай из уст твоих услышать:
Кем ты в царство Маны послан,
В реку Туонелы опущен?"
Молвил юный Лемминкяйнен,
Так он матери ответил:
"Пастушишка в мокрой шапке,
Дед слепой страны дремотной -
В Маналу меня отправил,
В реку Туонелы столкнул он.
Из воды змею он вынул,
Из волны гадюку поднял
И усталого пронзил он;
Я не знал, что с раной сделать,
Как лечить укус гадюки,
Как сказать от змей заклятье".
Лемминкяйнена мать молвит:
"Ох ты, муж недальновидный!
Шел ты против чародеев,
Ты хотел заклясть лапландцев,
А не ведал язв змеиных,
Укушенья злой гадюки!
От воды змеи начало:
Родилась она в потоке
Из мозгов хороших утки,
Из мозгов приморской чайки,
От слюны презлой Сюэтар,
Что бросала слюни в воду;
Волны слюни растянули,
Осветило солнце слюни;
На воде качал их ветер.
Колыхало дуновенье, -
Погнало с воды на берег
И отбросило прибоем".
Вот качает мать сыночка,
Лемминкяйнена усердно,
Возвращает к прежней жизни,
Чтоб он стал таким, как прежде,
Чтоб он лучше стал, чем прежде,
И еще красивей стал бы.
И тогда спросила сына,
Что еще сыночку надо?
Отвечает Лемминкяйнен:
"Мне еще бы много надо:
Там живет мое сердечко,
Там мои хранятся думы,
Среди Похъёлы красоток,
У прекраснокудрой девы.
Слушать старая не хочет,
Не отдаст она мне дочки,
Если лебедя речного,
Если птицу не поймаю
В черном Туонелы потоке,
Из святой речной пучины".
Лемминкяйнена старушка
Говорит слова такие:
"Пусть плывет тот лебедь с миром,
Пусть живут в покое утки
В черном Туонелы потоке,
В той святой речной пучине!
Ты иди к родным пределам
Вместе с матерью печальной!
Ты судьбу благодарил бы,
Восхвалил бы лучше бога,
Что послал благую помощь,
Что вернул тебе дыханье,
Что из Маналы он вывел,
Что из Туонелы вернул он.
Ничего б я не достигла,
Малой доли не свершила
Без божественной подмоги,
Без помощника благого".
Встал веселый Лемминкяйнен,
И пошел он прямо к дому
Вместе с матерью любимой,
Вместе с нею, престарелой.
Но оставлю здесь я Кауко,
Лемминкяйнена младого,
Изменю теченье песни,
Обращу слова напева
Я теперь к другим предметам,
Поведу другой дорогой.

Руна шестнадцатая

Вяйнямёйнен посылает Сампсу Пеллервойнена за деревом для лодки, заклинаниями делает из дерева лодку, но не находит для ее окончания трех слов (1–118). - Не найдя нигде слов, он отправляется в Туони, где его задерживают (119–362). - Вяйнямёйнен благодаря своему могуществу освобождается; вернувшись, предупреждает свой народ, чтобы никто не ходил в Туони по собственному желанию, и рассказывает, как тяжело и ужасно живут там люди, бывшие при жизни злыми (363–412)

Старый, верный Вяйнямёйнен,
Вековечный прорицатель,
Лодку вытесать задумал.
Хлопотал он сделать шлюпку
На мысочке, скрытом мглою,
На туманном островочке:
Только не было деревьев
И досок недоставало.
Кто же дерева достанет,
Кто стволы дубов доставит
Вяйнямёйнену для лодки,
Чтобы дно у лодки сделать?
Это Сампса, мальчик малый,
Пеллервойнен, сын поляны.
Он найдет ему деревьев,
Он стволы дубов доставит
Вяйнямёйнену для лодки,
Чтобы дно у лодки сделать.
Вот пошел он по дороге
На восточные поляны,
Подошел к горе, к другой он,
Подошел к горе и третьей:
Золотой топор он держит
С рукояткою из меди.
Тут осина повстречалась
Вышиною в три сажени.
Он хотел срубить осину,
Топором ее низринуть,
Но осина молвит слово,
Говорит ему поспешно:
"От меня чего ты хочешь,
Получить ты что желаешь?"
Молвит Сампса Пеллервойнен,
Отвечает он осине:
"Вот осина, что мне нужно,
Вот чего я здесь желаю:
Я ищу досок для лодки,
Для челна певцу деревьев".
Удивительно сказала
Стоветвистая осина:
"Потечет, утонет лодка,
Если будет из осины.
Пустотою ствол мой полон:
Ведь уж трижды в это лето
Червь протачивал мне сердце,
У корней моих ложился".
Слышит Сампса Пеллервойнен
И идет своей дорогой.
Он идет спокойным шагом
Прямо к северным полянам.
Встретил он сосну дорогой:
Вышиной она в шесть сажен.
Топором сосну ударил.
Стукнул он сосну киркою,
Говорит слова такие:
"Будешь ли, сосна, пригодна
Вяйнямёйнену для лодки,
Будешь ли хорошим судном?"
И сосна так отвечает,
Громким голосом так молвит:
"Из меня челнок не выйдет,
Шестиреберная лодка.
Я испорчена давно уж:
Ведь ворона в это лето
Трижды каркала, лихая,
Каркала, на ветках сидя".
Слышит Сампса Пеллервойнен,
И пошел блуждать он дальше.
Он пошел спокойным шагом.
Вышел к области на юге:
Дуб дорогой повстречался,
Девять сажен дуб в обхвате.
Вопрошает он у дуба:
"Ты, мать-дерево, быть может,
Годно на постройку судна,
На помост военной лодки?"
Дуб разумно отвечает,
И в ответ он молвит слово:
"Дерева во мне довольно,
Чтобы сделать киль у лодки.
Статен я, без недостатков,
Пустоты внутри не знаю:
Ведь уж трижды в это лето,
В самый жаркий промежуток,
В грудь ко мне сходило солнце
И сиял в вершине месяц,
На ветвях кукушка пела,
Наверху сидели птички".
Слышит Сампса Пеллервойнен
И топор с плеча снимает,
Ударяет он по дубу,
Лезвием он рубит острым,
Скоро дерево он сносит,
Стройный дуб на землю валит.
Отрубил его вершину,
Разрубает ствол древесный
И для дна полоски рубит:
Нарубил досок без счету
На челнок певцу прекрасный,
Вяйнямёйнену на лодку.
Старый, верный Вяйнямёйнен,
Вековечный прорицатель,
Строит лодку заклинаньем;
Он челнок вбивает пеньем
Из кусков большого дуба,
Из частей его древесных.
Песню спел - и дно готово,
Спел еще - бока построил.
Третью песню спел - и сделал
Все уключины для весел,
Укрепил концы у ребер
И сплотил их сторонами.
Были сплочены уж ребра,
Были связаны друг с другом -
Трех словечек не хватило,
Чтоб устроить в лодке рейки,
Чтоб на киле брус окончить.
Чтоб скорее борт приделать.
Старый, верный Вяйнямёйнен,
Вековечный прорицатель,
Говорит слова такие:
"Вот настали дни несчастья!
Не спустить челна на море,
Новой лодочки на волны".
Он подумал и размыслил,
Где найти ему три слова,
Получить те заклинанья:
Не в мозгах ли у касаток,
Не в мозгах ли лебединых,
Не в гусиных ли лопатках?
Он пошел искать три слова.
Лебедей убил он кучу
И гусей большое стадо,
Много ласточек убил он,
Но найти не может слова,
Не нашел он и полслова.
Он подумал и размыслил:
Не найдется ль сто словечек
В зеве летнего оленя
Иль во рту у белой белки?
Он пошел искать три слова,
Он пошел ловить заклятья;
Перебил табун оленей,
Настрелял он кучу белок,
Много разных слов находит,
Но помочь они не могут.
Он подумал и размыслил:
"Сотню слов найду, наверно,
Я у Туонелы в жилище,
В царстве Маналы подземном".
Он пошел, чтоб взять три слова
В царстве Маналы подземном.
Шел он быстрыми шагами,
Шел неделю чрез кустарник,