В том краю, где много знаний,
Что легендами покрыт,
Жил пастух Онан, Онаний,
Жил мыслитель Феокрит.
Каждый шел своей дорогой:
Феокрит стихи писал,
А Онаний славил Бога
И молился небесам.
Он, судьбою не отмечен,
Был застенчив и не смел.
По дубравам пас овечек
И Пастушке песни пел.
Он любил свою Пастушку,
Но не так, как все! О, нет:
Выйдет в полдень на опушку
И поет о ней куплет.
А она, неподалеку,
Внемлет песням пастуха -
Хороша, небесноока:
Хи-хи-хи! Да ха-ха-ха!..
Плоть восстанет: "Что за чудо?" -
Ой не знал!.. Дрожит, как лист.
Так и стал он "рукоблудом",
И привык: стал онанист!..
"Онанизм" - лихое слово,
Виноват в нем Овцепас…
Не нашлось пока другого,
Правда, "Дунькой Кулаковой"
Доползло оно до нас -
И "Про это" наш рассказ.
* * *
Мой герой жил в коммунизме,
Но марксизм - не изучил,
Занимался онанизмом,
А по-русски - хуй дрочил!
Харил Дуньку Кулакову -
Аж ладони в волосне!..
Спросят: "Что же здесь смешного?" -
Расскажу, хоть горько мне…
* * *
Занимался потому -
От любви великой:
Больно нравилась ему
Блядь иконоликая.
По соседству что жила
И "красавицей" слыла.
Да, такие всюду есть,
Да, такие рядом:
С виду все - по чести честь,
С виду все - как надо!
И влюбился паренек,
Втюрился, невинный, -
На себя беду навлек,
Член имея длинный…
Он телят в луга гонял,
И поил их в речке.
Летом в бане хуй "гонял",
А зимой - на печке.
И ему, как всем, жилось:
Ни шатко, ни валко.
И платил ему колхоз
Трудодни да "палки".
Впрочем, "палку" меж колен
Он имел такую, -
Что любую взял бы в плен.
Поимел любую.
Но, поди ж ты, лишь к одной
Прикипел он сердцем.
Проведет ее домой,
Прикоснется в сенцах.
А на большее - ни-ни:
"Как?", "Ты что?" - святая!.
Так летели горе-дни,
Ваня сердцем таял.
Так "Доярка и Пастух"
Жили-были рядом:
Девка-блядь "доила" двух
И вертела задом.
Только вот беда: один
Еб и днем и ночью,
А другой - домой водил,
Свят и чист…
Короче,
Был застенчив, был "дурак",
Угловат на слово -
Наебала парня так
Дунька Кулакова!
Да, та самая - огонь,
"Дуня -тонкопряха":
Рядом Ванька - "Нет, не тронь!",
Бригадиру - "Трахай":
Бригадиру угодим,
А Ванюшку - на хуй!.
* * *
Я любила бригадира -
На работу не ходила:
Ночь гуляла, день спала
И стакановкой была.
Вот как, вот так -
Самогон да водка!
Коньячок, конфетки -
Безродные детки.
Детки - сйроты…
Дурдом…
Ну, да ладно!
Не о том…
Не о том сегодня баю,
Не о том душа дрожит -
Перейдем к Ивану в баню:
На полочке он лежит.
Он лежит, почти не дышит -
Только яйцами колышет.
Ебнет плешкою о камень,
Мол, довольно дуру гнать! -
И давай двумя руками,
И пошел, ебёна мать!
И пошел, пошел, поехал, -
Баня ходит ходуном.
Тут уж, право, не до смеха,
Дума Ваньки - об одном:
Как бы Дунечке-Дуняшке,
Пятерней облапив грудь,
В темноте раздвинув ляжки,
Свой хуину грозно-тяжкий
В щель заветную втолкнуть!
И, отправив труд сей страшный,
На груди её заснуть…
* * *
А зимой - дрочил на печке:
Все уснули, всё молчит.
И Ванюшка: "Ах, сердечко!" -
Хуем долбит кирпичи.
"Ах, сердечко!" - так он Дуню
В те мгновенья называл:
То вопрет ей, то ей вдует,
Аж по яйца - наповал!
И, глаза в порыве смежив,
Видит голенькую: "Э-э-э-х-х!,."
Груди - две копешки свежих,
Меж ногами - мягкий мех.
Мягкий мех, как у телушки,
Ну, у той, да, у "Звезды".
Ляжек теплые подушки,
Секель светит из пизды.
А сама пизда… О боги!..
Что за чудо!.. А сама…
Раздвигает Дуньке ноги,
Сходит Ванечка с ума.
Забегает ум за разум,
Обжигает сердце мрак.
Он ебёт её, заразу,
Так! И этак! И вот так!
Боком, спереди и сзади:
Глубже! Яростней! Сильней!
Так впердолил этой бляди -
Полбадейки вылил ей!..
Кончит Ванька - и задремлет.
Печь-старуха в молофе..
А "Бугор", блядь, в это время
Дуньку прёт на МэТэФэ.
* * *
Но весной!.. О!.. Зорька ало
Заиграет: "Вань, вставай!" -
Хуем скинет одеяло,
В сумке шмат тяжелый сала,
Лук, да квас, да каравай.
Кнут, как тоненькая змейка,
По земле за ним скользит.
Разливается жалейка, -
У Ванюшки бравый вид…
* * *
В онанизме много ль толку?..
В стаде сотни две телят.
И Ванюшка выбрал телку -
Заебись, как говорят!
Заебись! Глаза - две ночи,
С белой звездочкой во лбу.
Ваня вздрочит - хуй подскочит,
Кликнет телку: "Я ебу!"
"Я ебу!" - глаза закроет
И, вслепую, словно крот,
Словно хуем дырку роет -
Так он "Звездочку" ебёт.
Шепчет: "Дунюшка, Дуняша,
Дуня, ягодка-душа…"
Да, горька судьбина наша:
Сукам - всё! Нам - ни шиша…
* * *
Подрастал в телячьем стаде
Удивительный Бычок:
Подошел он к Ваньке сзади
И боднул; сначала в бок,
Наебнул с разгона в жопу,
Замычал: заревновал -
Мол, ты снял сегодня пробу,
Дай и мне, пастух-нахал!..
Ванька был в экстаз-разгаре,
Вынул хуй и между рог
Так соперника ударил,
Что бычок тот - на хуй сдох…
Тут "Бугор" на тарантасе
Подъезжает, как на зло,
Словно был он на "атасе" -
Ванька дал ему в ебло!..
* * *
И… лиха Беда - начало:
Закружило, поползло -
Вся деревня хвост задрала,
Скосоёбилось село.
А у Дуньки пузо - бочка!..
Комсомол кричит: "Позор!"
"Дочка??" - "Чья?" - "Ивана дочка!:
Два свидетеля - и точка!..
Дочку ж сделал ей Бугор.
Ванька крестится: "Ей-Богу,
Даже, нет, не целовал,
Думал: Дуня - недотрога,
Даже не подозревал!.."
Дунька жопой завертела -
Тут попробуй, растолкуй…
И уже тройное "Дело"
Ваньке шьется - ни за хуй:
1) "Застрогал девке ребенка!"
2) "Коммуниста оскорбил!"
3) "Хуем, бля, убил теленка!.."
(голос народного заседателя-ветерана):
- Кстати: телочку "любил"!..
Суд, он на руку, блядь, скорый…
Что ж, прости-прощай, село.
Впереди леса и горы -
След Ванюши замело…
* * *
Что ж ты, Дунька Кулакова,
Что ж ты, сука, сделала?
Что ж мальчишечку такого
"Съела", неумелого?
И пошел он по этапу
В Воркуту холодную…
Иль вы все такие, бабы?..
Ах ты, мамка родная!
Ах ты, мать родная, мама -
Сердце рвется с языка…
Под землею шахты-ямы,
Там работают ЗэКа.
Под землею шахты-норы,
Там работают шахтеры:
Шахтер рубит, шахтер бьет,
Шахтер уголь выдает.
Шахтер в шахту спускается -
С белым светом прощается:
Прощай тундра, прощай свет -
Я вернулся или нет?
"Заполярный комсомолец" - (ЗэКа)
Расшифровываю, знай:
Если кто за них и молится, -
Не услышит гиблый край.
Не услышит, не ответит,
Не откроет "тайну" ту:
Как в сплошном сиянье лета
Труп сползает в Воркуту.
Не обут, клоками роба,
Лишь полосочки повдоль,
Волос вздыбленный, без гроба,
(Вспомнить - страшно: в сердце боль!)
Труп за трупом, - как живые:
Их не тронул вечный лед!
Вышки, блядь, сторожевые
Провожают их в "поход" -
По реке, стоймя, рядами,
Тихо-медлен но идут
И безмолвными устами
"Благодарят" "Народный суд"!
В океан, под вечный панцирь,
Их, святых, вода ведет…
Так помянем же их, братцы,
Бывший тот, "простой народ"!
Незапятнанные души,
Что ушли в немую тьму…
Был средь них и наш Ванюша -
Память вечная ему!..
1993-95 гг.
ЧАСТУШКИ
* * *
Я ебуся лучше гуся:
Гусь ебется - валится.
Потому моя Маруся
Мною не нахвалится.
* * *
Ох, милка моя,
Милка ласковая,
Буду еть тебя всю ночь,
Не вытаскивая.
* * *
Хуй не пашет борозды.
Баба бабе - разница!
Я о качестве пизды
Узнаю по заднице.
* * *
Лягу спать на кровать
На край головою.
Я не дам тебе ебать -
Не ложись со мною!
* * *