Всего за 9.95 руб. Купить полную версию
Как разгневался король, выслушав эти жалобы
Выслушав жалобы Кролика и Ворона, король Нобель впал в такой гнев и ярость, что на него страшно стало смотреть: глаза полыхали огнем, а от рыка все звери задрожали. И он воскликнул:
"Клянусь своей короной, клянусь истиной, я так накажу преступника, что об этом долго еще будут говорить! Моей королевской власти и моей чести нанесен жестокий удар, и все потому, что я был слишком добр, я слишком легко доверился этому хитрецу и плуту! Он обманул меня своими лживыми речами. Он говорил, что собирается в Рим, а оттуда по морю в Святую землю. Я снарядил его как подобает паломнику, дал ему суму и посох. И я поверил ему! О, на какую ложь способен этот злодей, как легко мы поддаемся его льстивым речам! Но это все из-за моей жены, это она посоветовала довериться ему. Что же, не я первый, кто ошибается из-за женщины. Сколько горя принесли миру такие советы! Обращаюсь сейчас ко всем моим верноподданным, ко всем, кто ищет моего расположения и дружбы, ко всем вам, кто здесь и кого здесь нет. Своими мыслями, советами и делами вы должны помочь мне отомстить негодяю за его неслыханные преступления, так чтобы все прочие жители могли впредь наслаждаться спокойствием и свободой, жить в чести и согласии. А этот подлый убийца и вор пусть получает по заслугам. Он не должен больше нарушать наш покой. Я сам обязуюсь приложить к этому все старания".
Речь короля слышали Волк Изегрим с Медведем Брюном. Они воспрянули духом, узнав, что будут отомщены. Однако слова молвить не решились. Король все еще был так разгневан, что звери боялись и рта раскрыть. Наконец заговорила королева:
"Сир, клянусь Богом, не пристало благородному человеку верить всякому слову и не пристало приносить суровые клятвы, пока он сам во всем не разобрался. Следует прежде дать право и другой стороне высказать свое мнение. Часто бывает, что жалуется на другого тот, кто сам виноват. Audi alteram partem . Я искренне верила в добрые намерения и правдивость Лиса и только поэтому помогала ему. Но чем бы дело ни кончилось, будь он виновен или нет, в любом случае, мне кажется, ты не должен принимать поспешных решений. Это не сделает тебе чести. Ведь он же от тебя не убежит. Ты можешь заключить его в тюрьму или изгнать из страны, и он будет вынужден подчиниться любому твоему решению".
После этого заговорил Леопард Фирапел: "Милорд, миледи королева совершенно права, она подала тебе мудрый совет. Последуй ему, и это послужит всеобщему благу. Если Лиса признают виновным в тех преступлениях, о которых мы здесь услышали, накажи его. Если же он придумает какую-нибудь отговорку и не явится ко двору до окончания твоего праздника – а этого вполне можно от него ожидать, – тогда поступай так, как подскажет тебе твоя мудрость. Но будь он хоть дважды злодей и преступник, я бы не стал советовать тебе наказывать его больше, чем он того заслуживает".
"Сир Фирапел, – заговорил тут Волк Изегрим, -все, что совершается по воле короля, совершается и по нашей воле. Но если бы Рейнард был сейчас здесь и сумел бы отпереться от всех обвинений, пусть бы их было в два раза больше, я все равно смог бы убедить вас, что он заслуживает смерти. Но пока я молчу, поскольку его нет среди нас. И более того, вспомните, как складно он рассказывал королю о сокровище, якобы спрятанном в Крекеньпите, в Гюльстерло. Мир еще не слыхивал более наглой лжи, и мы все попались на его удочку. Как оболгал он остальных и как пострадали от него мы с Медведем! Дерзну сказать, что – готов ставить свою жизнь – в его речах не было ни единого слова правды. А чем он занят нынче? Нападает на всякого, кто пройдет по лугу недалеко от его дома. И все же, сир Фирапел, мы поступим так, как решит милорд король. И сюда Рейнард явиться не захотел, а ведь прекрасно знает о празднике и о королевском приказе".
"Нет, мы не станем снова за ним посылать, – сказал король. – Приказываю всем, кто верно мне служит и кому дорога моя честь. Через шесть дней вы должны быть готовы выступить с войсками. Берите свои луки и стрелы, заряжайте пушки, садитесь верхом на коней, идите пешими – с нашим войском мы начнем осаду Разбойничьей Норы. Я должен расправиться с Рейнардом Лисом, не будь я королем. Что же, сиры и лорды, каков ваш ответ? Согласны вы выступить с моим войском по доброй воле?"
"Да, согласны, – закричали все. – Веди нас, государь, и мы все последуем за тобой".
Как Барсук Гримберт предупредил Лиса, что государь на него гневается и поклялся его убить
Все это слышал Барсук Гримберт, сын Рейнардовой сестры. Он очень опечалился и испугался за Лиса. Гримберт по самой короткой дороге бросился к Рейнарду. Он бежал не оглядываясь, продираясь через кусты и заросли, он так спешил, что весь покрылся потом. Гримберту было очень жаль своего дорогого дядюшку, и на ходу он думал про себя: "Увы, какой же опасности ты подвергаешься, что теперь станет с тобой? Неужто мне суждено увидеть, как тебя лишат жизни или изгонят в чужие земли? Горе мое безгранично. Ведь ты глава всего нашего клана, ты мудр и всегда готов прийти на помощь друзьям, если они окажутся в беде. Ты искусен в своих речах, и каждый, кто тебя услышит, всегда признает твою правоту". Предаваясь таким грустным размышлениям, шепча про себя горестные речи, добрался Гримберт до Разбойничьей Норы. И увидел, что дядюшка его Рейнард стоит перед домом и держит в когтях двух голубей. В тот день они впервые вылетели из гнезда, чтобы попробовать силы в полете, но перья на крыльях у них еще не отросли, и поэтому птицы упали на землю. Рейнард же как раз в эту пору отправлялся за добычей, увидел голубей, не мешкая схватил обоих и собирался отнести домой. Заметив Гримберта, он остановился и сказал:
"Привет тебе, мой племянник, самый любимый из всех моих родичей. Почему ты так быстро бежал? Смотри, ты весь в поту".
"Увы мне, – отвечал Барсук, – дорогой дядюшка, плохи твои дела. Ты потерял и богатство, и саму жизнь. Король поклялся, что ты умрешь в бесчестье, и приказал за шесть дней собрать войска для осады твоего замка. И пешие, и конные, и лучники будут с ним, у них есть ружья, пушки и палатки. А еще он приказал взять с собой факелы. Видишь, что тебя ждет. Ты в большой беде. Изегрим и Брюн теперь ближайшие друзья короля, они с ним ближе, чем мы с тобой. И чего бы они ни пожелали, король все исполняет. Изегрим, исходя завистью, внушает королю, что ты вор и убийца. К тому же на тебя жаловались Кролик Лапрель и Ворон Корбант. Так что я очень боюсь за тебя и за твою жизнь. Я просто заболел от страха".
"Пуфф, – ответил ему Лис, – и это все, что тебя тревожит, милый племянничек? Если так, то успокойся и возрадуйся. Король и вся его свита могут клясться сколько угодно, что разделаются со мной, но ничего у них не выйдет. Они могут совещаться, грозить и буйствовать, но двору нужнее всего мой ум и моя смекалка".
Как Лис Рейнард отправился ко двору во второй раз
"А теперь, милый племянник, выброси все это из головы и входи в дом. Смотри-ка, чем я буду тебя угощать, – вот парочка жирных голубков, лучше еды и не сыщешь. А мясо такое нежное, что просто тает во рту, и костей-то почти нет. Я отдаю предпочтение именно такой, легкой пище, потому что не люблю чувствовать тяжесть в желудке. Моя жена Эрмелина будет рада тебя видеть, но только не говори ей ничего о том, зачем ты здесь. У нее такое чувствительное сердце! От волнений она может даже заболеть, бедняжка, пугается любого пустяка! А завтра поутру мы с тобой отправимся ко двору. И если только дадут мне высказаться и станут меня слушать, вот тут-то я отвечу на все вопросы! А ты, племянник, ты ведь не оставишь меня и будешь помогать, как это положено настоящим друзьям?"
"Разумеется, милый дядя, – отвечал Гримберт, – мое добро, моя жизнь – все в твоем распоряжении".
"Да хранит тебя Бог! – сказал Лис. – Приятно слушать такие речи. Когда-нибудь я отплачу тебе добром за добро".
"Дядя, – сказал Гримберт, – смело отправляйся к ним на суд и предстань перед королем. Ты сумеешь оправдать себя, так что никто не рискнет тебя арестовать или задержать. Главное – говори смелее. Королева и Леопард тебе сочувствуют".
"Ну вот, – ответил Лис, – значит, все в порядке. А все остальные меня ни капельки не интересуют. Я сумею оправдаться".