Кое-где ниндзя крался на четвереньках, осторожно ощупывая пальцами пространство перед собой. В других случаях он, напротив, взбирался под самую крышу и там продолжал свой путь, перелезая с одной балки на другую и обходя, таким образом, все устроенные внизу ловушки и засады. Но все же в большинстве случаев он двигался так называемым "боковым шагом" (синоби-ёко-аруки), потому что именно этот способ позволял перемещаться в более узкой полосе (см. рисунки). Перемещение осуществлялось как плавное, текучее движение хорошо смазанного механизма, работающего в заданном ритме, без всякой спешки и без малейшего шума.
Синоби-ёко-аруки
Для отработки легких, бесшумных шагов ниндзя часами ходил зимой по льду в деревянных башмаках на подставках-скамеечках (гэта), а летом в мягких туфлях с толстой подошвой по рисовой бумаге, лежащей на песке. Скрип, раздававшийся в том и другом случае, надо было свести к минимуму и в идеале устранить полностью. Для этого ниндзя внушал себе ощущение легкости во всем теле и концентрировался на энергетическом центре живота (хара). На задание же он шел в "таби" - толстых носках, в которых большой палец отделен от остальных пальцев ступни. При ходьбе по скользкой, мокрой поверхности использовался так называемый притирочный шаг, по сыпучей поверхности (гравий, песок) - плотный "катящийся", в высокой траве и в тростнике - сметающий. Всеми силами ниндзя старался избежать необходимости ходить по сухим листьям, соломе или бамбуку, так как они неизбежно производят шуршание.
Хорошо освещенные места ниндзя преодолевал короткими рывками, застывая в полной неподвижности после каждого из них. Сами эти рывки он старался делать в такие моменты, когда внимание стражников отвлекалось: при вспышке молнии, ударе грома, порыве ветра, усилении дождя, при смене караула, перекличке часовых, разговоре обитателей замка между собой. Годился и скрип открываемой двери (естественно, если ее открывал кто-то другой), и лай собаки - все, на что человек склонен непроизвольно обращать внимание. Дверь, кстати, ниндзя не открывал, не убедившись заранее, что она не скрипнет. В случае необходимости он смазывал дверные петли маслом либо увлажнял их водой (а то и собственной мочой).
Как известно, лазутчик мог пролезть даже в небольшие отверстия благодаря своей гибкости, умению доставать кости конечностей из суставов и производить специфические волнообразные движения, напоминающие змеиные.
Так что он мог проникнуть в здание, скажем, через крышу, сняв всего две-три черепицы. Если ему препятствовал какой-нибудь засов, замок или защелка, ниндзя пускал в ход свои инструменты, набор которых был у него не хуже, чем у профессионального взломщика. Это сикоро (пила по дереву), ядзири (пила-напильник для резки металла), цубогири (коловорот для сверления отверстий в древесине), касугаи (плотницкие крючки для крепления ставней и дверей в открытом положении), кунаи (небольшой шпатель), тоби-кунаи (инструмент многоцелевого назначения, которым можно было резать, копать, расклинивать, пробивать отверстия, использовать как рычаг), куророкаки (металлический угольник для взламывания окон и бумажных стенок), дзюророкаки (инструмент для открывания замков, нечто вроде отмычки), осаку (приспособление для взламывания засовов). Был еще и кикигамэ - подобие слуховой трубки с раструбом на одном конце, позволявший прослушивать, что происходит за стеной. Иногда, например, в поисках нужного документа, ниндзя нуждался в лучике света. Поэтому среди его снаряжения имелся набор фонарей. Танагокоро-таи-мацу помещался в ладони, мидзу-таи-мацу горел даже под проливным дождем, в гандо свеча всегда оставалась в вертикальном положении, независимо от того, под каким углом он висел. Дока тоже мог служить для подсветки, хотя являлся в первую очередь маленькой металлической грелкой с несколькими раскаленными углями внутри. Благодаря ей, шпион даже в сильный мороз сохранял подвижность своих пальцев…
В искусстве прокрадывания существовало множество чисто практических уловок и приемов, не устаревших по сей день. Нецелесообразно подробно их описывать. Например, в тех случаях, когда присутствие бодрствующих людей казалось неустранимой помехой, ниндзя усыплял их снотворным дымом, выделяемым тлевшей бумагой, пропитанной смесью из крови змеи, крота и тритона, либо подмешивал им в еду и питье порошок из семян дурмана. Подобные "рецепты" слишком близки способам действия современных преступников, а потому на этом мы остановимся.
Человек-невидимка
Главным условием выживания ниндзя было искусство оставаться невидимым - "онсин-дзюцу". Если его присутствие замечали, немедленно начиналась азартная охота на человека с использованием всех средств, включая дрессированных собак. Тогда уже нельзя было сказать наверняка, чем кончится дело.
Ниндзя знал, что в плену его ждет жестокая казнь после изощренных пыток. Пытки умело дозировали, растягивая мучения жертв на несколько дней. А потом варили их заживо в огромном котле (как Исикава Гоэмона), сдирали кожу лоскуток за лоскутком (такова была участь некоего Тоцука), перепиливали пополам тупой пилой либо сажали на кол…
Впрочем, опытный ниндзя имел в своем распоряжении достаточно средств, чтобы успешно выполнить порученное ему задание под самым носом врага. В этих средствах не было ничего такого, что выходило бы за пределы человеческих возможностей. Отличное знание законов природы, хорошее понимание психологии людей и животных, точный расчет, хладнокровие, мужество - вот и все, чем он располагал. Однако японская пословица гласит, что "и обезьяна порой падает с дерева". Поэтому ниндзя самым тщательным образом готовился к любой операции, стараясь не упустить из виду ни одной мелочи, проявляя подлинные чудеса изобретательности.
Одетый в костюм черного, серого или синего цвета (а зимой на снегу в белом), с повязкой, прикрывающей лицо, ниндзя стремился слиться с окружающей средой. Подолгу сохраняя неподвижность где-нибудь в укромном уголке, или образуя одно целое со скалой, вырисовывающейся на фоне ночного неба, прильнув к потолочной балке погруженной в сумрак, прячась среди листвы, а то и на открытом со всех сторон рисовом поле, ниндзя мог очень долго оставаться незамеченным, хотя и видимым. Это обстоятельство напоминает кукловодов японского театра Бунраку, которые словно растворяются за спинами своих удивительных кукол. Они есть, и в то же время их не замечают, они как бы в самом деле "невидимы"…
Иногда ниндзя устраивал настоящий спектакль, подтверждавший миф о его невидимости. Известна уловка одного лазутчика, заранее позаботившегося о том, как обеспечить отход. Преследуемый по пятам, он в самый критический момент завернул за угол стены и словно сквозь землю провалился. Перед глазами ошеломленных самураев не было ничего, кроме ровной поверхности земли и стены. Всего какой-то миг, в течение которого они не могли видеть этого дьявола, и оказалось, что ему достаточно мига, чтобы уйти прямо из рук. А все объяснялось просто. Ниндзя заранее вырыл в земле небольшую ямку, которую до краев заполнил пеплом. В нее он и погрузился с головой, сжавшись в комок и дыша через трубку.
Очень часто ниндзя пользовались отвлекающими маневрами. Некоторые из них могут сегодня показаться слишком грубыми и примитивными. Но рассуждая подобным образом, мы забываем о поголовном невежестве людей той далекой эпохи, и силе их веры в колдовство, чудеса, оборотней. Известно немало случаев, когда ниндзя в безвыходной ситуации взрывал свою знаменитую гранату-петарду (нагэ-тэппо), дававшую яркую магниевую вспышку, много дыма и сильный грохот. В тот же момент он ловко надевал деревянную маску злобного демона и возникнув в ней из дыма и пламени, смертельно пугал врагов. А затем исчезал в огне и дыму нового взрыва. Этот прием назывался "ониби-но-дэюцу" - "искусство огня демона".
Все методы и приемы маскировки ниндзя основывались на даосском принципе соответствия пяти природным стихиям - Дереву, Огню, Земле, Металлу, Воде (гогё-сэцу). Считалось, что человек, в совершенстве овладевший этими пятью методами, постиг главный закон Природы - закон круговорота, извечного и непрерывного превращения одних вещей и явлений в другие. Поэтому такому человеку становится по плечу любое предприятие!
Согласно обычаю японцев не делать прямых указаний на суть явлений, ниндзюцу называет методы маскировки методами "отхода" (надо понимать, чтобы "стать невидимым") - "тонпо". Методы эти таковы:
1. Использование Дерева (моку-тон), т. е. всех видов растений: деревьев, кустарника, травы, листвы, цветов, злаков, лиан, зарослей бамбука. Этот метод подразделяется на два способа:
а) Способ травы (куса-гакурэ). Высокая трава (как правило, выше человеческого роста) и кустарники, которыми изобилуют равнины Японии, всегда служили хорошим естественным укрытием. В такой траве можно ходить даже днем без особого риска оказаться замеченным. При длительном пребывании на одном месте (наблюдение, засада, ожидание условленной встречи) нетрудно было самому превратиться в кочку, поросшую травой либо мхом, или стать зеленым кустом;
б) Способ барсука (тануки-гакурэ). Это значит взобраться на дерево и прижаться к его могучему стволу или толстой ветке, залезть в невидимое снизу дупло, укрыться среди пышной листвы.
2. Использование Огня, т. е. пламени, дыма, газов и взрывчатых веществ (ка-тон). Этот метод включал четыре способа: