- Пожалуй, я действительно чуточку голоден, - признался я и откусил маленький кусочек. Я ощутил сладость плода, тающего у меня на языке. Я вдохнул его тонкий экзотический аромат и восторженно замычал, снова впившись в сочную мякоть. - Он действительно целительный?
- Конечно, - сказала она, протягивая мне ломтик манго. - Этот тоже.
Я покорно жевал, и мой аппетит разгорался все сильнее. Продолжая есть, я спросил:
- Так как же вы нашли меня тогда, прямо на улице?
- Еще один поворот судьбы, - сказала она. - Прочитав твое объявление, я решила связаться с тобой, но сначала хотела понаблюдать, сможешь ли ты сам найти меня.
- Я бы никогда не нашел вас - ведь вы никогда не работали в банке.
- Я ушла из банка шесть лет назад.
- Что ж, все-таки мы нашли друг друга, - сказал я, проглатывая очередной кусочек манго. Мама Чиа улыбнулась:
- Да. А теперь мне пора идти, а тебе нужно отдохнуть.
- Мне намного лучше, правда, и я хотел бы узнать, почему вы так рады, что я добрался сюда.
Она снова раздумывала, прежде чем ответить.
- Есть кое-что большее, что ты пока еще не можешь увидеть. Когда-нибудь ты сможешь встретиться с многими людьми, найти правильную точку приложения своих усилий и перевернуть свой мир. Теперь закрой глаза и поспи.
"Точка приложения усилий…" - думал я, закрывая глаза. Эти слова эхом отдавались в моей голове, и я вдруг вспомнил один случай, который произошел много лет назад, когда я еще был с Сократусом. Мы шли по студенческому городку Беркли, только что позавтракав в кафе "У Джозефа". Ко мне подбежал какой-то парень и сунул в руку листовку.
- Взгляни, Сок, - сказал я. - Это о спасении китов и дельфинов. На прошлой неделе они раздавали листовки об угнетенных, а на позапрошлой - о голодающих детях. Иногда я испытываю чувство вины. Я занимаюсь только своими делами, а ведь столько людей нуждаются в помощи.
Сократус выразительно посмотрел на меня, но продолжал идти молча, словно не услышал того, что я сказал.
- Ты меня слышишь, Сократус?
Он остановился, повернулся ко мне и сказал:
- Пять долларов, если ты дашь мне пощечину.
- Что? Как это связано с тем, что…
- Десять долларов! - оборвал он меня и начал игриво шлепать меня по щекам, но я отказался от игры и отстранился.
- Я никогда раньше не бил пожилых людей, и поэтому не собираюсь…
- Поверь мне, мой мальчик, у тебя просто нет никаких шансов дать пощечину старику. У тебя реакция, как у улитки.
Это на меня подействовало. Я сделал несколько обманчивых взмахов, а потом действительно попытался ударить его по щеке - и обнаружил, что лежу на траве и не могу пошевелиться, зажатый крепким захватом. Потом Сократус помог мне подняться и спросил:
- Ты понял, что даже небольшое усилие при правильной точке приложения может оказаться очень эффективным?
- Да уж, заметил, - ответил я, потирая поясницу.
- Чтобы по-настоящему помогать другим, ты должен научиться понимать их. Но ты не сможешь понять другого человека, пока не разобрался в себе. Познай себя; подготовься, выработай в себе ясность, смелость и чувствительность, необходимые, чтобы найти правильную точку приложения силы-нужное место и нужное время. Только тогда ты способен действовать.
Это было последнее, что я вспомнил. Я уснул.
Меня разбудила Сачико, которая принесла свежие фрукты и кувшин с водой. Она помахала мне рукой и убежала, крикнув на прощанье:
- Мне пора в школу.
Вскоре пришла Мама Чиа. Она опять смазала мое лицо, шею и грудь своим пахучим бальзамом:
- Ты быстро поправляешься. Впрочем, я этого и ожидала. Я сел в постели и потянулся.
- Через несколько дней я буду готов к отъезду.
- К отъезду? - переспросила она. - Ты думаешь, что уже готов куда-то отправиться? И что ты собираешься найти там, куда собираешься? Что ты нашел в Индии?
- Откуда вы знаете? - изумленно спросил я.
- Вот когда ты поймешь, откуда я все это знаю, - заявила она, - тогда и будешь готов продолжить свое путешествие. - Она пронзила меня проницательным взглядом. - Эйб Линкольн однажды сказал, что, если у него будет шесть часов на то, чтобы срубить дерево, он проведет пять из них, затачивая топор. Впереди у тебя большие задачи, а ты еще не заточен. И это потребует времени и больших затрат энергии.
- Но я чувствую себя все лучше. Скоро у меня будет вполне достаточно энергии.
- Я говорю не о твоей, а о своей энергии.
Я вновь прилег, почувствовав внезапную усталость.
- Мне действительно нужно ехать. У вас много других проблем, много других людей, которым нужно помочь. Я не хочу навязываться.
- Навязываться? - откликнулась она. - Разве алмаз навязывается ювелиру? Разве сталь навязывается кузнецу? Прошу тебя, Дэн, останься. Я не могу представить себе лучшего применения своей энергии.
Ее слова ободрили меня, и я улыбнулся.
- Что ж, возможно, это будет не так трудно, как вы думаете. Я хороший гимнаст и знаю, как правильно распределять свои силы. И я довольно долго учился у Сократуса.
- Да, - сказала она. - Сократус готовил тебя для меня. А я подготовлю тебя к тому, что последует потом. - Она закрыла пузырек и поставила мазь в комод.
- А что последует потом? Что-то уже запланированное? Чем вы вообще здесь занимаетесь? Она рассмеялась.
- Я играю разные роли, и надеваю новые наряды для каждого нового человека. Но для тебя я буду ходить без театральных нарядов. - Она помолчала. - Большую часть времени я помогаю своим друзьям. Иногда я просто сижу и ничего не делаю. Иногда я практикую смещение формы.
- Смещение формы?
- Да.
- Что это значит?
- Самые разные вещи. Слияние с духом животных, камней или воды - что-то вроде этого. Видение жизни с другой точки зрения, если ты понимаешь, что я имею в виду.
- Но не можете ведь вы на самом деле…
- Мне пора идти, - сказала она, оборвав мой вопрос. - Нужно кое с кем повидаться. - Она подняла сумку, которая стояла у книжной полки, взяла свою трость и вышла, прежде чем я успел что-то сказать.
Не без усилий я уселся в постели. Сквозь полуоткрытую дверь я видел, как она, прихрамывая и размахивая тростью, поднимается по извилистой лесной тропе.
Я снова улегся на подушку, смотрел на узкие лучики солнца, просачивающиеся сквозь легкие занавески, и размышлял о том, когда вновь смогу спокойно относиться к солнечным лучам.
Я пережил ужасные события, но все-таки нашел ее! Мое тело вздрагивало от возрастающего радостного предвкушения. Возможно, будущее будет трудным, даже опасным, но, по крайней мере, оно у меня появилось.
Глава 6
Босиком по джунглям
Самый чистый путь Вселенной
проходит через лесные чащи.
Джон Мюир
Проснувшись, я почувствовал страшный голод и с радостью обнаружил на столике корзину с фруктами. В ящике стола я нашел нож и ложку и довольно быстро расправился с двумя бананами, манго и папайей. Несмотря на то что я старался есть помедленнее, фрукты исчезли практически мгновенно.
Почувствовав себя намного бодрее, я решил провести небольшую разведку. Я свесил с кровати ноги, ощутил легкое головокружение, подождал, пока оно пройдет, и встал на ноги. Покачиваясь от слабости, я осмотрел себя: мое тело сильно похудело, и плавки чуть не спадали с бедер. "Нужно будет написать книгу о диете, - подумал я. - Я назову ее "Метод серфинга". Можно кучу денег заработать".
На полусогнутых ногах я направился к кувшину с водой, стоящему на комоде, сделал большой медленный глоток, а потом посетил что-то вроде химического туалета за ширмой. Какое облегчение! По крайней мере, мои почки еще работали.
Потом я принялся разглядывать себя в старом зеркале. Мое лицо было покрыто подсыхающими язвами и струпьями и казалось совершенно незнакомым. Часть спины все еще была забинтована. Как могла эта малышка, Сачи, смотреть на меня и тем более прикасаться ко мне без отвращения?
Делая частые передышки, я вышел наружу и присел в тени хижины и деревьев. Ходить босиком по упругой земле было очень приятно, но мои ноги все еще дрожали. К тому же без обуви я не мог зайти далеко. Я вспомнил о рюкзаке со всеми моими пожитками и бумажником. Не нашли ли его? Если так, то они могли решить, что я утонул. А может быть, его нашел какой-то воришка, и сейчас он пользуется моим бумажником и кредитной карточкой? Нет! Я хорошо спрятал рюкзак - сунул его в кусты и прикрыл сухой листвой. Нужно будет сказать о нем Маме Чиа, когда она появится… Как оказалось, это произойдет только через несколько дней.
Я немного прогулялся по тропе, пока не нашел удобную точку обзора. Вдалеке, в центре острова, высоко в небо упирались голые лавовые скалы, возвышающиеся над сплошными джунглями. Где-то внизу сквозь буйные заросли можно было видеть фрагменты лазурного неба. По моей оценке, по высоте хижина располагалась примерно посредине между вершинами скал и уровнем моря.
Усталый и удрученный своей слабостью, я вернулся к дому, лег в постель и снова заснул.
Шли дни, и мой аппетит вернулся к норме. Я поглощал тропические фрукты, сладкий ямс, картофель, кукурузу, таро и - хотя обычно моя диета была вегетарианской - небольшое количество свежей рыбы и что-то вроде супа из водорослей, который регулярно появлялся на комоде каждое утро. Я подозревал, что его приносила Сачико. Позже Мама Чиа настаивала на том, чтобы я ел этот суп, потому что "он лечит ожоги и последствия облучения".