Кейт Мортон - Забытый сад стр 4.

Филлис и Дот повернулись, обе с пылающими щеками. Упоминание о сестре, похоже, усмирило их, напомнило, почему они здесь собрались.

- Спросить о Нелл? - повторила Филлис.

Кассандра кивнула.

- В больнице, перед самым концом, бабушка говорила о женщине. Она называла ее госпожой, Сочинительницей. Похоже, Нелл казалось, что они на каком-то корабле.

Филлис поджала губы.

- Ее рассудок блуждал, она не знала, что говорит. Возможно, воображала себя героиней какого-то телешоу. Кажется, ее любимый сериал снимали на корабле.

- Ах, Филл… - покачала головой Дот.

- Уверена, что помню, как сестра говорила об этом!

- Да ладно, Филл, - оборвала ее Дот. - Нелли больше нет. Что уж теперь!

Филлис сложила руки на груди и с сомнением запыхтела.

- Надо ей рассказать, - мягко настаивала Дот. - Какой в этом вред? Теперь-то.

- Рассказать мне что?

Кассандра переводила взгляд с одной на другую. Она просто хотела предотвратить очередную семейную сцену и никак не ожидала обнаружить странный намек на тайну. Тетки так сосредоточились друг на друге, что, казалось, забыли о присутствии девушки.

- Рассказать мне что? - повторила она.

Дот подняла брови, глядя на Филлис.

- Лучше пусть узнает от нас, чем от кого-нибудь постороннего.

Филлис едва заметно кивнула, встретила взгляд сестры и мрачно улыбнулась. Общая тайна вновь сделала их союзницами.

- Хорошо, Касс. Ты лучше присядь, - наконец сказала она. - Дотти, милая, поставь чайник. Сделай нам по чашечке.

Кассандра прошла вслед за Филлис в гостиную и села на диван. Филлис разместила свой широкий зад на другом конце дивана и затеребила торчащую из обивки нитку.

- Даже не знаю, с чего начать. Я так давно об этом не вспоминала.

Кассандра пришла в замешательство.

- О чем - об этом?

- То, что я собираюсь тебе рассказать, - наша большая семейная тайна. У всех семей есть тайны, не сомневайся, просто у некоторых они больше. - Филлис нахмурилась, глядя в сторону кухни. - Почему Дот так долго? Медлительна, как черепаха.

- В чем дело, Филл?

Тетка вздохнула.

- Я обещала себе, что больше никому не расскажу. В семье и так все пошло наперекосяк. Лучше бы папа промолчал. Думал, что правильно поступает, бедняжка.

- Что же он сделал?

Если Филлис и слышала, то виду не подала. Это ее история, и она расскажет ее так, как считает нужным.

- Мы были счастливой семьей. Не слишком зажиточной, но вполне счастливой. Мама, папа и мы, девочки. Нелли была самой старшей, как ты знаешь. Затем, лет через десять после Первой мировой, начали появляться остальные.

Она улыбнулась.

- Ты не поверишь, но Нелли была жизнью и душой семьи. Мы все восхищались ею. Мы, младшие, полагали ее кем-то вроде матери, особенно когда мама заболела. Нелл так заботливо ухаживала за ней.

Кассандра вполне могла это представить, но вот насчет того, что ее бабушка со своим колючим характером была жизнью и душой семьи…

- Что же произошло?

- Долгое время мы сами не знали. Так решила Нелл. Все в нашей семье изменилось, а мы и не догадывались почему. Наша старшая сестра стала чужой и, казалось, разлюбила нас. Не в один миг, не так драматично. Она просто отстранилась, мало-помалу отделилась от нас. Это было так странно, так больно, но из отца нельзя было вытянуть ни слова, сколько мы ни приставали к нему. Мой муж, благослови его боже, наконец-то вывел нас к истине. Не нарочно, конечно. Он вовсе не собирался раскрывать секрет Нелл. Просто вообразил себя любителем истории, вот и все. Решил составить фамильное древо, когда родился наш Тревор, в том же году, что и твоя мама, - в тысяча девятьсот сорок седьмом.

Филлис умолкла и пронзила Кассандру взглядом, ожидая, что та интуитивно проникнет в суть тайны, которую ей предстоит услышать. Но Кассандра не проникла.

- Однажды он пришел ко мне на кухню, как сейчас помню, и поделился тем, что не может найти упоминание о рождении Нелл в регистрационной книге. "Ну конечно не можешь, - сказала я. - Нелли родилась в Мэриборо до того, как семья собрала пожитки и переехала в Брисбен". Оказалось, что Дуг тоже так думал, но, когда запросил сведения из канцелярии Мэриборо, ему ответили, что данных нет.

Филлис многозначительно посмотрела на Кассандру.

- То есть Нелл не существовало. По крайней мере, официально.

Кассандра подняла глаза: Дот пришла из кухни и протянула ей чашку чая.

- Я не понимаю.

- Ну конечно не понимаешь, детка, - сказала Дот, усаживаясь рядом с Филлис. - Мы тоже очень долго не понимали. - Она покачала головой и вздохнула. - Пока не поговорили с Джун на свадьбе Тревора, правильно, Филли?

Та кивнула.

- В тысяча девятьсот семьдесят пятом. Я безумно злилась на Нелл. Мы совсем недавно потеряли отца, и вот мой старший сын, племянник Нелли, женится, а она даже не соизволила явиться. Вместо этого укатила отдыхать. Вот почему когда я говорила с Джун, я от души нажаловалась на Нелл.

Кассандра запуталась, она никогда особо не разбиралась в обширной паутине дружеских и родственных связей теток.

- Какая еще Джун?

- Одна из наших кузин, - пояснила Дот, - с маминой стороны. Ты наверняка с ней встречалась. Она примерно на год старше Нелл. В детстве они были не разлей вода.

- Уж это точно, - фыркнула Филлис, - ведь только с ней Нелл поделилась, когда все произошло.

- Что и когда произошло? - спросила Кассандра.

Дот наклонилась к ней.

- Папа рассказал Нелл…

- Папа рассказал Нелл то, чего не следовало, - быстро вставила Филлис. - Думал, что правильно поступает, бедолага. И сожалел об этом всю оставшуюся жизнь, ведь их отношения так и не стали прежними.

- Папа всегда обожал Нелл.

- Он всех нас любил! - рявкнула Филлис.

- Ах, Филл! - Дот закатила глаза. - Даже сейчас не можешь признать! Нелл была его любимицей, чего уж тут крутить. Ирония судьбы, что ни говори.

Филл не ответила, поэтому Дот, захватив нить разговора, радостно продолжила:

- Это случилось в вечер ее двадцать первого дня рождения, - сказала она. - После праздника…

- И вовсе не после праздника, - возразила Филлис, - а во время его. - Тетка повернулась к Кассандре. - Полагаю, отец счел праздник подходящим случаем, чтобы рассказать все Нелл перед началом ее новой жизни. Она была обручена, собиралась выйти замуж. Не за твоего дедушку, за другого мужчину.

- Серьёзно? - удивилась Кассандра. - Она никогда мне не говорила.

- Он был ее настоящей любовью, как мне кажется. Местный парень, совсем не такой, как Эл.

Последнее имя Филлис произнесла с толикой неприязни. Все знали, что тетки недолюбливали американского мужа Нелл. Ничего личного, скорее общее презрение горожан, которым было не по душе, что во время Второй мировой армейские заявились в Брисбен, пытаясь увлечь местных красоток полными карманами денег и щеголеватой формой.

- И что случилось? Почему она не вышла за него?

- Нелл разорвала помолвку через несколько недель после того дня рождения, - ответила Филлис. - Вот горе-то! Нам всем ужасно нравился Денни, а она разбила ему сердце, бедняжке. В конце концов он женился на другой, перед самой Второй мировой. Но счастья ему это не принесло. Парень так и не вернулся из схватки с японцами.

- Отец велел Нелл не выходить за него? - спросила Кассандра. - Тем вечером он запретил ей выходить за Денни?

- Вряд ли, - усмехнулась Дот. - Папа считал, что краше Денни во всем белом свете молодца нет, наши мужья и в подметки ему не годились.

- Тогда почему она порвала с ним?

- Она не назвала причину даже своему жениху. Мы чуть не рехнулись, пытаясь все выяснить, - ответила Филлис. - Мы знали только, что Нелл не говорила об этом с папой и с Денни она ничего не обсуждала.

- Мы долго не знали правды, пока Филли не поговорила с Джун, - добавила Дот.

- Почти через сорок пять лет.

- Что сказала Джун? - спросила Кассандра. - Что случилось на празднике?

Филлис отпила чаю и подняла брови, глядя на девушку.

- Папа сказал Нелл, что она им не родная дочь.

- Ее удочерили?

Тетки обменялись взглядами.

- Не совсем, - ответила Филлис.

- Скорее, ее нашли, - добавила Дот.

- Взяли.

- Забрали.

Кассандра нахмурилась.

- Где нашли?

- На пристани в Мэриборо, - ответила Дот. - Там, где причаливали большие корабли из Европы. Сейчас их там и в помине нет. Полно других портов намного крупнее, а большинство людей и вовсе предпочитают летать…

- Папа ее нашел, - перебила Филлис. - Когда она была совсем крошкой, перед самой Первой мировой. Люди толпами бежали из Европы, и мы с радостью принимали их здесь, в Австралии. Корабли приходили в порт через день. Папа был в то время начальником порта. Он следил, все ли путешественники являются теми, за кого себя выдают, и приехали именно туда, куда собирались. Некоторые из них не умели говорить по-английски. Насколько я поняла, однажды днем началась настоящая суматоха. Корабль пришел в порт из Англии после кошмарного путешествия: тиф, инфекции, солнечные удары, всего хватало. Когда судно причалило, на борту оказался лишний багаж и неучтенные пассажиры. Просто беда. Конечно, папа со всем разобрался, он всегда умел наводить порядок, но засиделся дольше обычного. Он еще раз все проверил, рассказал ночному сторожу, что случилось, и объяснил, откуда в конторе лишний багаж. Тогда папа и увидел чью-то фигурку на пристани. Маленькая девочка, не старше четырех лет, сидела на детском чемоданчике.

- И на мили вокруг - ни души. - Дот покачала головой. - Она была совсем одна!