На самом деле:
В отлитие от большинства легенд, время появления этой истории можно определить весьма точно: конец 1870 г. Именно тогда в одном из номеров популярного журнала "Нива" появилась одна странная статья.
Поясним: журнал "Нива, или Иллюстрированный журнал литературы и современной жизни" пользовался в дореволюционной России огромным успехом. В 1904 г. этот журнал получали 275 тысяч подписчиков - цифра очень внушительная для того времени. В журнале не отказывались печататься маститые авторы, Лев Толстой, например. Однако секрет успеха "Нивы", как кажется, именно в том, что этот научно-просветительский журнал удачно балансировал на грани с желтым бульварным чтивом. "Нива" претендовала на то, чтобы образовывать читателя, но учила она "всему шутя". Например, один из номеров журнала содержал следующие материалы: статья о татаро-монгольском иге, очерк о жизни современной Калифорнии, переводная глава из английской повести о вампирах, а также рассказ "мистер Трик - великий охотник на медведей". В общем, тут и умным себя можно почувствовать, тут и расслабиться не грех; каша невероятная, но увлекательно.
И вот в этом-то журнале в 1870 г. появляется серия биографических статей об архитекторе Андрее Кокоринове. Общая мысль такова: был выдающийся русский зодчий, ныне незаслуженно забытый публикой (что, кстати, абсолютная правда: серьезных исследований по Кокоринову до сих пор немного). Сейчас мы эту историческую несправедливость исправим и познакомим публику с ним поближе.
Загадочная статья
В последней статье серии мы находим рассказ о смерти Кокоринова. История печальная: у архитектора, по мысли автора статьи, был какой-то конфликт с Иваном Бецким, министром просвещения и известным деятелем екатерининских времен. Бецкой начал, выражаясь современным языком, "копать" под Кокоринова, и архитектор был обвинен в растратах. Начались проверки; Кокоринова заставляли отчитываться за каждую копеечку. Ну а тот, будучи человеком творческим и, видимо, не со стальными нервами, не выдержал подобного давления. Как написано в статье, он впал в меланхолию, то есть в депрессию. И вот как-то ночью он встает с постели, идет в академию, поднимается на чердак… Утром его тело в петле находит сторож.
Насколько все это заслуживает доверия? Сразу скажем, что "Нива" - журнал не академический и не авторитетный, что изначально снижает уровень доверия (ясно ведь, что отношение к статьям в журналах "Известия академии наук" и "Большой прикол", например, будет неодинаковым). Кроме того, автор статьи в "Ниве" неизвестен, она подписана "П.П.", что еще подозрительнее. Но сама статья при этом производит странное впечатление: с одной стороны, в ней отсутствует научный аппарат, то есть, нет ни одной ссылки на источники, как будто автор сам при всех событиях присутствовал и сам все видел. С другой стороны, читая статью, понимаешь, что П.П., кто бы он ни был, человек подготовленный: с существующими документами по Кокоринову (которых осталось не так много) он явно знаком. А значит, он не может не знать, что согласно официальной версии, никакого самоубийства не было вообще! Действительно, сохранились документы, знакомые всем биографам Кокоринова, из которых следует, что умер архитектор от вполне естественных причин, а именно, от водянки.
И правда, автор не только упоминает об этой версии, но и объясняет, как она возникла. Дело в том, пишет он, что родственники Кокоринова хотели историю с самоубийством "замять". История, действительно, неприятная; к тому же самоубийц, как известно, не хоронят по церковному обряду, а кто пожелает своему родственнику такое погребение? И вот семья Кокоринова обращается к некоему высокопоставленному иерарху (имя его не называется); тот входит в их положение и распоряжается устроить архитектору достойные похороны, а в бумагах написать, что умер он от водянки (тем более, что болезнью этой он действительно страдал, ну и Бог с ним…)
Может - да, а может - нет…
Итак, вернемся к вопросу: насколько мы можем всему этому верить? Ответ таков: скорее нет, чем да. В принципе, в рассказанной истории нет ничего невероятного. С другой стороны, автор загадочной статьи не приводит никаких доказательств, не раскрывает ни своих источников, ни собственного имени, а значит, проверить достоверность его рассказа не представляется возможным. Учитывая же характер издания, а также то, что рассказ вступает в противоречие с официальными документами, "градус доверия" становится совсем низким.
Механика мифотворчества
А вот что действительно интересно, так это то, что история о Кокоринове - прекрасный пример легенды искусственной, порожденной СМИ. Причем порожденной дважды: сначала в 1870 г. неизвестный журналист запускает ее "в оборот". Со временем она забывается; но в наше время ее воскрешает Синдаловский, известный собиратель городского фольклора. Причем Синдаловский повышает статус истории, представляя ее как "старинную петербургскую легенду", а не как газетную утку всего лишь столетней давности. Затем все экскурсоводы, прочитавшие Синдаловского, начинают рассказывать эту историю, а их слушатели, разъезжаясь из Петербурга, разносят ее по миру. В итоге легенда становится массовой. П.П. был бы доволен.
Заметим, что в последнее время часто стал встречаться вариант легенды, приведенной в начале главы: Кокоринов вызывает неудовольствие Екатерины II во время осмотра академии, что и приводит к самоубийству. Источники этой версии установить не удалось, и похоже, что это на сто процентов современное мифотворчество. Хотя интересно, что сюжет "недовольство монарха - самоубийство архитектора" является бродячим, может быть, даже архитипичным. В Петербурге схожую история рассказывают про архитектора Огюста Монферрана и Александра II; в Вене вам расскажут о самоубийстве Эдуарда ван дер Нюля, создателя здания Оперы, который слишком близко к сердцу принял критику императора Франца Иосифа.
Доппельгангер Анны Иоанновны
Как обычно рассказывают:
Императрица Анна Иоанновна удалилась во внутренние покои, было время за полночь. Двери в тронную залу, куда вошла императрица, оставались открытыми. Часовой, несший караул, собирался было присесть, чтобы вздремнуть, но на всякий случай заглянул в залу и увидел, что императрица ходит по зале взад и вперед, склонив голову, и ни на кого не обращает внимания. Офицер доложил о странном ее поведении Бирону. "Не может быть! - говорит Бирон. - Я только что из спальни, императрица изволят почивать!" Тогда часовой указал Бирону на зал, и Бирон, увидев Анну Иоанновну в зале, тут же побежал в спальню. Возвращается с императрицей, готовой разоблачить самозванку. Был вызван весь караул и дворовые люди - и все видели двух императриц, совершенно неотличных друг от друга…Преодолев удивление, императрица обратилась к двойнику: "Кто ты? Зачем ты пришла?" Не отвечая, привидение пятится, не сводя глаз с императрицы, и начинает медленно таять в воздухе. Императрица обращается к Бирону и произносит: "То была моя смерть", - падает в обморок и вскоре умирает.
На самом деле:
Установить источник приведённого рассказа о предсмертном призраке-двойнике несложно. Он содержится в хрестоматийном труде фольклориста М.И. Пыляева "Старый Петербург". Можно предположить, что в сборник М.И. Пыляева легенда попала из мемуаров графини А.Д. Блудовой, т. к. именно здесь находится наиболее подробный рассказ о предсмертном призраке Анны Иоанновны, сами же мемуары были легко доступны для автора.