Нет, не плохо, – ответила Ольга, – это хорошо, только умеренно, без всяких взваливаний на себя всей ответственности. Сегодня мы говорим и делаем техники о снятии ответственности за всё: за потерю носков мужа, взрослого сына, принеси-подай, а ещё уборка, готовка, воспитание, распределение бюджета, зарабатывание, когда даже руки кремом некогда помазать. Наша задача давать проявлять ответственность не только вам, но вашему мужчине, сыну, дочери, коллегам по работе и даже родителям, напоминайте о себе. Это важно…"
Теперь Катя поняла слова тренера.
Садитесь, красавица, домчу до места назначения! – подбежал таксист, увидев, что Катя глазами ищет такси.
Мне далеко!
Ну и что! Вообще хотел бесплатно подвести….
Катя улыбнулась:
Спасибо! – и повернулась к мальчишкам. – Быстро в машину! – и сама села на переднее сидение.
Так куда едем?
Береговая, 8, – и откинувшись на сидение, она прикрыла глаза, не заметив как задремала.
Приехали! – сказал таксист. – Вот! – показывая на большие ворота.
Ага. Спасибо, – начала доставать кошелек, таксист её остановил:
Я же сказал, что довезу тебя просто так!
Спасибо, – благодарно улыбнулась она, подавив в себе сопротивление, чтобы насильно не запихать деньги ему в руки.
Вовремя вспомнилась Ольга Валерьевна: "Когда Вселенная дарит подарки, надо брать! И благодарить! Иначе, зачем Вам дарить, если Вы всегда отказываетесь? Подарки просто прекратятся, а вот благодарить, от всей души, нужно всегда, даже за отрицательный опыт!".
На улице никого не было, в отличие от шумного, раннего мегаполиса, здесь улицы утром тихи и пустынны, по ним ещё бродил сладкий сон.
"В это время самый крепкий сон, скоро вставать, а так хочется потянуться и поваляться в теплой и мягкой постели…". Уснувшего Петьку Дима взял на руки, а на плечо повесил большую спортивную сумку.
Дим, давай мне, – предложила она сыну.
Мам, иди лучше дверь открывай скорее…
Катя, почувствовав себя маленькой девочкой, побежала к воротам и услышала за спиной:
Молодец! Хороший парнишка растет. Береги мамку! Ну, бывайте!
Она посмотрела, как он уезжает, а потом подбежала к калитке, отворив дверь, впустила Димку со спящим Петькой. Они прошли по ограде, Катины каблуки громко стучали по деревянному полу, нарушая сонную тишину и утреннюю деревенскую негу, и вошли в дом.
Кто там? – услышали они мамин голос.
Мамочка, это мы! – тихо сказала Катя, чувствуя, что слезы наворачиваются на глаза.
Катеринка! – охнула мама. – Ты как? – она бросилась её обнимать. – А это Петенька и Дима?! Какие большие, как выросли! – всплеснула руками она и куда-то вглубь комнаты ворчливо бросила: Сергей, вставай! Дочка приехала с внуками…
Да слышу! – донесся грубый мужской голос из спальни. – Штаны ищу…
Отец вышел из спальни. Катя не могла отвести от него глаз – высокий, статный.
Папка! – кинулась ему на шею.
Наконец-то приехала, – по-доброму проворчал отец. – Хоть на внуков посмотрю!
Проснувшийся Петька удивленно смотрел и шепотом спросил у брата:
А что, наша мамка разве маленькая?
Дурачок! Это же её папа, а наш дед, – пояснил он.
К ним подошла бабушка и начала хлопотать над ними, как курица-наседка:
Где спать хотите? Ложитесь, где душа желает!
Катя вздохнула от облегчения, свободы в душе и детской радости, чувствуя, как груз падает с плеч. Появилось ощущение легкости и беспечности, радостного ожидания чуда, и голос Ольги:
"Ты подошла к родному дому, сняла с себя все одежды, все тяжелое, что мешает легкости и детской беспечности, ты бежишь туда как в детстве, как маленькая девочка в легком льняном платье, к речке. Тебе светит солнышко. Оно согревает тебя. Ты купаешься в его лучах, в родительской любви, ты желанная девочка. Ты дитя любви…".
ХХХХ
Время пролетало со скоростью света, пробегаешь дни, не замечая, что пробегаешь жизнь.
"Вот и я в городе столько лет провела, все куда-то торопилась, бежала, и Дима вырос незаметно…, – думала Катя. – А я и улыбаться разучилась в своем мегаполисе, словно сидела в паутине, а сейчас вырвалась".
Доченька, пойдем булочки печь, там Петенька уже всяких разных сделал, похвалишь его, да полюбуешься, – улыбалась она. – По чаще их к нам отправляй, пусть на свежем воздухе побудут, около речки побегают, сегодня в баньке их попарим, – говорила мама, а у Кати тепло и благодать разливались по телу.
Совсем повзрослела девчонка. Замуж тебе надо, да и мальчишкам мужчина нужен, растут ведь, а то взвалила всё на себя…
Катя молчала.
Доченька, может, внучков с нами пока оставишь, всё ведь при деле, деду по хозяйству помогут, и мне такие помощники нужны! И тебе, полегче будет.
Мам, мне с ними хорошо, просто у Димки каникулы, а с Петькиной воспитательницей я договорюсь, просто кататься часто, так далеко, возможности нет,…я же работаю…
Ладно, давай попозже поговорим, поди, чего-нибудь придумаем, – согласилась она и поторопила. – Пойдём булочки печь. А потом поедем к Каменной бабе.
К какой бабе? – нахмурилась Катя.
К Каменной. Помнишь, Хуртуях Тас?
Ааа! Слышала, музей одного экспоната, эксклюзив, единственный такой музей на территории России…, а что это вообще за Баба такая? – с интересом спросила Катя, испытывая в душе стыд за незнание истории.
Пойдем в кухню, я там тебе всё расскажу.
В кухне все было как всегда – тепло, светло, чисто и просторно.
"Всё как любит моя мама", – подумала Катя.
Мам, ты опять все переделала.
"А я в комнате общежитской уже 10 лет ремонт сделать не могу. Все времени и средств не хватает", – мрачно подумала Катя.
Ага. Отец делал, а я командовала, – смеялась она.
Да? – Катя так отвыкла, что мужчины вообще что-то делают для женщины. – Мамочка, что же ты такое папе говоришь, что он всё для тебя делает? Эх, любит тебя, наверное…
Да прям, он мне никогда таких слов не говорил, хоть и живем сорок лет, – с независимым видом ответила она. – Это я его любила всегда, холила и лелеяла! – рассказывала она, поставив в это время в духовку лист с булочками. – Надо было в доме крышу перекрывать, а я деньги копила, и ни кому, ничего не говорила. Время пришло, никто не шевелится, ну я и, пошла, себе шубу купила, сапожки, платья, потом в парикмахерскую сходила….
Ого! – удивилась Катя. – А папа что?
А что папа?! У него сразу всё нашлось: и деньги, и время, и люди. Вот ещё и ремонт сделал. Я только сказала, чего хочу и больше не лезла, своими делами занималась, заходила, только если отец звал посмотреть или посоветоваться. И всё.
Ну, ты красавица! Ты изменилась, – восхитилась дочь.
Из духовки поплыл по воздуху потрясающий аромат выпечки, Катя, почувствовав его, поняла, как она соскучилась:
М-м-м, мам, а булочки с чем?
С вареньем, земляничным, твоим любимым.
Откуда, мам? – у Кати расширились глаза от удивления.
Тебя ждала, припасла для сегодняшнего дня, – просто ответила она, а у дочери выступили на глазах слёзы.
Глупышка! – сказала она и крепко обняла свою единственную дочь.
ХХХХ
Булочки оказались потрясающие, вкуснейшие, нежные, ароматные. Все пили чай и хвалили маму, потом разбрелись кто куда, а Катя с мамой остались убирать со стола.
Как братья поживают?
Кирилл с женой недавно дом купили, не звонили тебе?
Катя отрицательно покачала головой.
Андрей всё там же, так же…
А у них дети-то есть?
Нет, не хочет Ларочка пока детей, рано ещё говорит.
Рано? Она в 100 лет собирается рожать?
Да Бог с ними, их дела, – пресекла эту тему она.
Ну, понятно, а Кирюшка как женой живет?
Хорошо живут, Ирина в институт поступила, на врача учится…
Да ты что!!! – воскликнула Катя. – А я тоже поступила! – с гордостью похвасталась она.
У мамы округлились глаза от удивления:
К-куда? – от волнения заикаясь, спросила она.
В институт рекламы.
Да ты что! Умница моя! А я-то уже не верила…
Да ладно, мам, я и сама не верила. Но видишь, чудеса случаются! – бывало, заключила Катя, немного ссутулившись, стала помешивать чай в кружке.
Мама светилась:
А я так всё думала, ну как же такая умная и талантливая девочка…помогла Баба…– и замолчала.
Опять Баба! Рассказывай!
А что рассказывать, вот приедешь и увидишь, она у нас такая популярная стала, там и обряды свадебные делают, чтоб достаток был, любовь, ребятишки, что ещё для счастья надо? – спросила она ни у кого. – Все просто.
"Когда ты живешь в большом городе, то это совсем не просто. Там статус, финансовое положение, погоня за материально-бытовыми ценностями, телефонами, айпадами, айфонами, выше ценится, чем дети, человек… "