Борька присел и осторожно попятился за куст ивняка. В низине, на той стороне Стрелихи, он увидел пробиравшегося меж крайних деревьев Андрюшку и понял, что медлить нельзя: еще несколько шагов - и охотнику откроется весь нижний край поля. Борька сдавил двумя пальцами свое горло и пронзительно, но коротко проверещал зайцем.
Он видел, как замер Андрюшка, а потом, пригнувшись, юркнул в лес, видел и то, что охотник остановился и закрутил головой - не понял, откуда донесся крик.
Пятясь и не спуская глаз с охотника, Борька отступил в лес.
Ребята встретились в чаще на полпути к лодке.
- Фу, черт! Чуть не погорели!.. - облегченно вздохнул Андрюшка. Ладно, ронжа вовремя крикнула.
- Ронжа? - Борька вытаращил глаза. - Это ведь я!.. Вот так. - И он повторил отрывистый, дребезжащий крик, совершенно не похожий на человеческий.
Андрюшка рассмеялся:
- Вот это да! А я думал, ронжа. А еще как умеешь?
- Больше никак. Только верещать и могу... У нас кот есть, Охламон, здоровущий такой! Он как-то в огороде зайца поймал. Заяц-то и заверещал. Вот я и научился.
Спустя четверть часа ребята уже сидели в лодке и как ни в чем не бывало таскали на удочки окуней. А охотник ходил вокруг Стрелихи, вслушиваясь в лесные шорохи, и все больше и больше утверждался в мысли, что помех, конечно, никаких нет и быть не может, потому что в этом лесу, окаймляющем поле, нет ни грибов, ни ягод и ходить сюда людям решительно незачем.
14
В субботний вечер охотники возвратились со Стрелихи особенно удрученными. Было похоже, что между ними произошла размолвка.
- Вы не расстраивайтесь, - пыталась утешить их Клавдия Михайловна, сразу где же медведя добудешь? Прошлой осенью семеро две недели сюда ездили и то не могли добыть.
- В том-то и дело, что время поджимает! - нервно воскликнул бородач. - Мне в понедельник вот так в городе надо быть! - И он провел ребром белой ладони по шее, будто отсекал свою роскошную черную бороду.
- Я же говорю вам - поезжайте! - сказал толстяк. - Пока посижу один, а освободитесь - снова приедете. Но это место нельзя упускать.
По тому, как бородач обращался к толстяку на "ты", Валерка догадался, что бородач, видимо, большой начальник - ведь толстяк много старше, а обращается к нему на "вы".
- А не может быть такое, - предположил Валентин Игнатьевич, - что медведь почувствовал опасность и нашел более подходящее место?
- Но вы же сами говорили, - возразил толстяк, - что других овсяных полей поблизости нет!
- Это у нас. А за лесом - другой колхоз, и я не знаю, что там посеяно.
- Ерунда! - тряхнул головой бородач. - Медведи тут. Мы же слышали сегодня, как кричали дрозды. А мне один опытный охотник говорил, что дрозд никогда молчком не пропустит зверя, обязательно даст сигнал!
- Значит, надо набраться терпения, - подытожил Валентин Игнатьевич. - Голод не тетка, и раз звери тут, рано или поздно они выйдут в овес.
- Выйдут!.. - Бородач вздохнул. - Но когда? В том вся соль...
Утром бородач завел голубой "Москвич", сказал толстяку: "Чуть что звони хоть среди ночи!" - и укатил. Валерке показалось, что толстяк остался у крыльца в растерянности.
- Вы, дяденька, один и будете ходить на медведя? - сочувственно спросил он.
- Один. А что?
- Так... Не страшно?
Охотник пожал плечами и отвернулся: дескать, нашел о чем спрашивать!..
Борька Сизов видел, что в пропылившей по улице машине сидел человек, и поспешил к Андрюшке. Тот тоже видел промелькнувшую машину, но был уверен, что охотники уехали оба.
- Точно говорю - один! - стоял на своем Борька. - Бородатый такой, за рулем сидел. В жизни не видал бородатых шоферов, вот и разглядел хорошенько.
- Вам-то какое дело, один али оба-два уехали? - подала голос бабка Перьиха.
Андрюшка промолчал. Вышли на крыльцо.
- А ты к Валерке сходи и узнаешь, - посоветовал Борька.
- Нет. К нему я не пойду.