Вэй У Вэй - Открытая тайна стр 21.

как нет и у меня - поскольку я есть то, что они есть, и они есть то, что я есть.

Я есть то, что есть вселенная, и вселенная есть то, что я есть.

И нет никакого другого и даже никакого одного вообще.

Гате, гате, парагате, парасамгате,

Бодхи!

Сваха!

II

Хотя такие проявления, как ураганы и торнадо, наводнения и цунами разрушительны по своей при­роде, может показаться, что о недружелюбных фено­менах забыли упомянуть выше. Феноменально раз­рушительные аспекты чистого функционирования можно представить следующим образом:

Кошка играет с мышкой и ест ее, лев убивает ан­тилопу и пожирает ее,

Охотник стреляет в фазана и съедает его на обед, каннибал готовит миссионера и пирует,

Солдат сбрасывает атомную бомбу и уничтожает десять тысяч живых существ.

С точки зрения злодеев, происходящее с кошкой, львом, охотником, каннибалом и солдатом оценива­ется как "добро".

С точки зрения жертв, происходящее с мышкой, антилопой, фазаном, миссионером и бомбардируе­мыми оценивается как "зло".

Для каждого каждое деяние кажется его деянием или его переживанием, но никто не может совершать никаких деяний или испытывать какие-то пережи­вания, поскольку никакой феноменальный объект сам по себе не имеет независимого существования. И судей нет.

Только я есть функционирование, проявляемое таким образом,-и все чувствующие существа с пол­ным правом могут повторить эти семь слов.

Между этими видимыми действиями невозмож­но разделение, потому что действие должно быть предпринято деятелем, а поскольку ноуменально я не сущность, нет и никакой сущности, которая

могла бы совершать действия. Функциональный аспект ноуменальности, будучи лишенным качеств, не имеет отличительного свойства, которое можно было бы приложить к феноменальному проявлению. И ответственность - это психологическая концеп­ция, основанная на воображаемой независимости волеизъявления.

Радость и печаль, удовольствие и боль - эмо­циональные феномены, которые, как кажется, ощу­щаются объектами во всех стадиях сна, например, в ночных кошмарах или в "сновидении в бодрство­вании" обычной жизни, а чистое функционирование ноуменальности лишено различий и неуязвимо.

"Глаз видит, но не смотрит", - как указал Чжуан- цзы более двадцати столетий назад. "Ты" видишь, но смотрю Я. Кажется, что чувствующие объекты переживают и действуют, но все это функциониро­вание ноуменально. Нет никакого деятеля, нигде и никогда, как говорил Лотосорожденный (Падма- самбхава), и никакого деяния, поскольку как иско­мое есть искатель искомого, так и содеянное есть деятель деяния, а такового не существует.

Я есть искание, которое есть и искомое, и искатель, и я есть делание, которое есть и деятель, и деяние.

57. Зопотой ключ

Любой, кто когда-либо ощущал чисто концепту­альное существование времени или пространства, держал в своем уме ключ к вратам без ворот, за кото­рыми простирается понимание природы проявлен­ного - то есть вселенной по отношению к чувству­ющим существам.

Вряд ли можно узнать, сколько из них воспользо­вались этим золотым ключом, но не был ли открыт более прямой путь к этому пониманию?

Чтобы воспринимать, все проявленное зависит от протяженности того, что требуется воспри­нять - в видимом пространственном измерении, а также продолжительности такой протяженности в измерении времени. Без этих двух неразделимых посредников, называемых "пространством" и "вре­менем", никакое проявление не может возникнуть в восприятии.

Другими словами, чувственно воспринимаемая вселенная полностью подчиняется концепции про­странства-времени, чтобы обрести объективное су­ществование.

Но независимое существование пространства- времени как вещи-в-себе, т. е. как объективной ре­альности, так же немыслимо метафизически, как не­приемлемо в философии или физике.

Если считать пространство-время психическим механизмом, созданным с целью сделать восприятие возможным, оно будет рассматриваться как не более чем умозаключение, лишенное какого бы то ни было существования, кроме концептуального.

Признание чисто концептуального существова­ния пространства-времени автоматически требует признания чисто концептуального существования чувственно воспринимаемой вселенной, которая за­висит от пространства-времени, и, как результат та­кого признания, и пространство-время, и вселенная видятся принадлежащими к пустоте объективности, то есть непроявленности.

58. Это и то

ТО (то есть "объективируемое") не может быть свободным.

Это (то есть необъективируемое) не может быть несвободным.

Если я отождествлен с тем, что объективируемо, такое "я" несвободно.

Если я остаюсь неотождествленным с объективируемым, или если я освобождаюсь от такого кажущегося отождествления, я, хотя и вечно свободный, кажусь вновь обретшим свою кажущуюся потерянной свободу.

Я есть Это, лишенное объективности как отождествления.

И я не То, что кажется отождествленным с объективированным.

Да, это действительно так просто.

Замечание: Упомянутое отождествление чисто концеп­туально.

То-что-не-есть-я - не я, только пока я воспринимается как сущность, в противном случае то, что можно объекти­вировать и что нельзя (феномены и ноумен), идентичны.

Сказанное здесь может быть повторено тобой, кем бы "ты" ни был, но не о "тебе", не о "нем", не о "ней", не о "них" и уж точно не о "нас" (поскольку все это объекты), потому что только я могу истинно сказать это, и любое чувствую­щее существо может сказать это как "я".

59. Кто?

Как сущность я непознаваем, ни феноменально, ни ноуменально, то есть не существует никакой лич­ностной сущности как "меня" или как "я".

Если "меня" как сущности нет в области познания, то "я" как сущность тоже не существую, поскольку если объекта нет, нет и субъекта.

Фраза "Я есть, но меня нет" - не более чем ука­зующий палец, поскольку нет ни меня-объекта, ни я-субъекта, потому что если бы был один из них, оба были бы объектами.

Я ни есть, ни не есть - это единственное, что можно сказать обо мне. Или, я есть отсутствие того, что не есть я, как и того, что я есть, небытия я, как и бытия я.

Абсолютное отсутствие какого бы то ни было я - это все, что я есть концептуально. Но поскольку отсутствие и присутствие - взаимозависимые про­тивоположности в разделенном уме, ноуменально все, что я есть, - это отсутствие как присутствия, так и отсутствия, то есть отсутствие моего отсутст­вия как я.

Это вне концепций, то есть это невозможно нико­им образом ни понять разумом, ни выразить.

Но это может быть постигнуто несознавательно, реализовано неконцептуально, не в мыслях, которые есть знание, а в не-мысли, или в абсолютной мысли, которая есть не думание, а прежде-думание, то есть спонтанное осознание, не осознающее осознание.

Замечание 1. Во всех формах адвайты - веданте, чань, дзэн, ваджраяне и т.д., самый главный вопрос, относя­щийся и к практике (хуа-тоу, коан, садхана и т.д.), и к не-практике (практике не-практики) таков: "Кто я?", неза­висимо от того, кто из чувствующих существ задает его или как он задается.
Не может быть никакого ответа, кроме повторения сло­ва "Кто?", но он может дать не-ответ, который пробудит понимание, почему не может быть никакого ответа.

Замечание 2: Некто непривычный к метафизическому мышлению может попытаться утверждать, что фено­менальное (то есть видимое) "я" познаваемо, но такое предположение слишком поверхностно для детального рассмотрения здесь. Даже психологи выделяют, по край­ней мере, две сильно отличающиеся предполагаемые личности в каждом из нас, ясно различимые, если проду­блировать фотографии каждой половины человеческого лица (сделать целое лицо из каждой половины). Но в них не больше "бытия" (не больше внутренней природы я), чем в разнообразных бесчисленных психических импульсах, выражаемых разными и часто противоречивыми спосо­бами гласной "я" в каждый день нашей жизни. Термин "я", которым чувствующие существа определяют свой фи­зический облик, - просто речевая условность, которая не имеет никакого отношения к данному высказыванию.

60. Присутствин и отсутствие

Пока мышление происходит как бы со стороны объ­ективной видимости, есть некое "ты", и "оно" думает, что несвободно.

Как только такой мыслительный процесс прекра­щается, никакого "тебя" больше нет, чтобы думать, что оно несвободно.

Никакого "тебя" нет, когда ум "постится".

В постящемся уме не возникает "я"-концепция. И нет концептуальной сущности, чтобы допустить, что она несвободна.

Нет ничего последовательного или постоянно­го в понятии я. Оно периодически возобновляется, но сколь бы регулярно ни повторялись возвращения, промежутки между ними также регулярны, и его от­сутствия так же неизбежны, как присутствия.

Эти отсутствия безвременны, что феноменально проявляется как форма постоянства, а присутствия исключительно временны.

Присутствие в продолжительности согласуется с безвременным отсутствием, но временное отсутст­вие, будучи отсутствием присутствия, также есть безвременное отсутствие. Вот почему отсутствие отождествления с "я"-концепцией согласуется с ее безвременным отсутствием, поскольку оно есть от­сутствие присутствия во времени, и оно вечно в пол­ном смысле пребывания вне сферы пространствен­но-временного континуума.

Ноуменально, таким образом, его отсутствие по­стоянно.