Глава 4
БАРДО: ОПЫТ НАСТОЯЩЕГО
Последнее ключевое слово в названии трактата - "бардо". Именно этот термин раскрывает характерные особенности данных текстов и позволяет выделить их в особую группу. Мы с Трунгпой Ринпоче предпочли сохранить в переводе это тибетское слово, поскольку оно уже пользовалось широкой известностью. В этой книге я первоначально собиралась обозначить его описательным выражением "промежуточное состояние". Но затем мне попалась на глаза статья о не опубликованных при жизни стихотворениях Теда Хьюза, одно из которых называлось "Ворон в бардо". Я поняла, что слово "бардо" прочно вошло в английский язык, и решила на нём остановиться.
И всё же против его использования у меня было два аргумента, которые я хочу сразу же указать во избежание возможной путаницы. Первый заключался в том, что "бардо" - это тибетское слово, и под его влиянием читатель может подспудно связывать всё учение о посмертном состоянии исключительно с Тибетом. Действительно, обстоятельства сложились так, что "Освобождение посредством слушания" - самый знаменитый из трактатов на данную тему - был написан в Тибете. Но заключённые в нём идеи зародились в Индии и прочно укоренены в буддийском учении, перенесённом из Индии в Тибет. Второй аргумент состоял в том, что слово "бардо" звучит слишком экзотично и может ассоциироваться с чем-то неведомым и чуждым, тогда как явление, обозначающееся этим термином, в действительности общеизвестно. Чтобы понять смысл "Освобождения посредством слушания", необходимо твёрдо усвоить, что бардо - это не только мистический опыт или нечто связанное с посмертным состоянием, но и часть нашей повседневной жизни.
Первоначально слово "бардо" обозначало только период между инкарнациями; так его следует понимать и в современном употреблении, если при нём не стоит никакого дополнения. В эпоху раннего буддизма теория бардо вызывала массу разногласий: одни утверждали, что перерождение (или зачатие) происходит сразу же после смерти, но другие были убеждены, что воплощения отделены друг от друга определённым временным промежутком. С утверждением махаяны возобладало второе мнение. Позднейшие буддийские мыслители разработали концепцию бардо более детально и стали выделять шесть (или даже больше) схожих с ним состояний, охватывающих весь цикл жизни, смерти и перерождения. Однако бардо можно понимать и как любое промежуточное состояние, любой переход от одного состояния к другому. Бардо в исконном значении слова, то есть пребывание в промежутке между смертью и перерождением, есть прототип всякого опыта бардо; а шесть бардо, выделенных позднейшей традицией, суть формы, в которых качества этого опыта проявляются в другие переходные периоды. Сделав ещё один шаг к прояснению сущности бардо, мы поймём, что понятие это применимо к каждому без исключения моменту нашего существования. Текущий момент, наше "сейчас", есть не что иное, как непрерывное бардо, промежуточное состояние между прошлым и будущим.
Рассматривая бардо с различных точек зрения, можно выявить в этом понятии множество скрытых смыслов. Бардо - это интервал, пробел, или брешь. Оно может играть роль границы, разделительной черты, отмечающей конец одного явления и начало другого; но оно же может служить связующим звеном между двумя этими явлениями, своего рода мостиком между ними, стыком, или точкой соприкосновения. Бардо - это перекрёсток, на котором мы можем выбирать свой дальнейший путь; это "ничейная земля", межа, разделяющая владения двух хозяев. Это кульминационный момент, вершина переживания - и в то же время ситуация предельной напряжённости между двумя противоположностями. Это пустое пространство, в котором царит атмосфера неопределённости и неуверенности. Одни испытывают в таком состоянии смятение и страх, других же, напротив, охватывает чувство необычайной свободы в предвидении бесчисленных новых возможностей, когда может случиться всё что угодно.
Подобные ситуации повторяются в нашей жизни постоянно (хотя мы распознаём их далеко не всегда), и, согласно учению Трунгпы Ринпоче, в этом и заключается глубинный смысл состояний бардо. По его мнению, это ситуации неопределённости, в которых мы колеблемся между здравым рассудком и безумием или между смятением сансары и преображением этого смятения в мудрость. "Эти состояния - обострённые проявления различных типов "эго" и, в то же время, возможности избавиться от "эго". Кульминация переживания, в которой нам даётся возможность ослабить хватку "эго" и не допустить, чтобы оно нас поглотило, - вот с чего начинается бардо".
Где умирает одно состояние сознания, там рождается другое, а бардо - это связующее звено между ними. Прошлое уже ушло, а будущее ещё не наступило; поймать это "промежуточное" мгновение мы не можем, однако в действительности ничего не существует, кроме него. "Иными словами, это опыт настоящего, непосредственное его переживание, - опыт того, где ты находишься "сейчас"".
Согласно преобладающей традиции, шесть бардо таковы: бардо жизни (или рождения), бардо сна, бардо медитации, бардо умирания, бардо дхарматы (или реальности) и бардо существования (или становления). В других традициях выделяется ещё несколько дополнительных бардо, но общий принцип остаётся неизменным. Разграничения между бардо проводятся на основе различий в образе действия сознания: например, в состоянии бодрствования сознание функционирует иначе, чем в состоянии сна. Длительность этих состояний различна (вплоть до целой жизни, которую охватывает первое бардо), однако все они обладают одним и тем же таинственным и, в потенциале, невероятно могущественным качеством "промежуточности". Научившись относиться ко всем этим различным периодам нашей жизни именно как к бардо, мы можем получить доступ к этой силе, которая незаметно для нас таится в каждом без исключения моменте нашего существования.
Подробные наставления к упражнениям во всех шести бардо содержатся в другой терме того же цикла, к которому принадлежит "Освобождение посредством слушания". Она переведена на английский язык под названием "Естественное освобождение". Упражнения эти имеют много общего с более известными "шестью дхармами" ("шестью йогами") Наропы, которые первоначально именовались "наставлениями к освобождению в состояниях бардо". Краткую сводку этих наставлений представляют собой "Стихи о сущности шести бардо", дополняющие текст "Освобождения посредством слушания". Природа бардо и пути к пробуждению в каждом из них описываются в этих стихах настолько сжато и выразительно, что я решила взять их эпиграфами к следующим далее описаниям шести бардо.