Уже само китайское название настоящего сборника представляет собой своеобразный гунъань - "Чань лай - си цюй", что дословно можно перевести как "Чань пришел - путы спали" или "Созерцание пришло - скованность ушла". Такое название объясняется тем, что каждая история состоит из двух частей: собственно гунъаня (что и обозначается как "приход Чань", или "приход созерцания") и небольшого комментария к нему ("путы спали"), в ряде случаев действительно дающего нам пояснения наиболее сложных мест, а в других случаях - представляющих новую чаньскую загадку, над которой стоит поразмышлять. Такое построение текста по принципу "основной текст - комментарий" вполне традиционное для чаньской литературы: человеку кажется, что он вот-вот достигнет ответа на внутренний вопрос гунъаня, а комментарий внезапно разворачивает его к совсем иной грани реальности. К ряду историй переводчиками составлены некоторые пояснения, дающие интерпретацию наиболее сложных понятий, связанных с буддийским учением.
В настоящий сборник вошли гунъани из нескольких произведений. В своей основной части он представляет собой набор историй из "Записей о передаче светильника, составленных в годах правления под девизом Цзиньдэ" ("Цзиньдэ чуаньдэн лу", XI в.). Часть юйлу пришла из следующих сборников: "Сутра помоста Шестого патриарха" (в разных редакциях V I–VIII вв.), "Речения чаньского наставника Мацзу из провинции Цзянси" ("Цзянси Мацзу Даои чаньши юйлу"), "Речения наставника Линьцзи" ("Линь-цзи лу", IX в.), "Речения с Лазурного утеса" ("Биянь лу", XII в.) и "Застава без врат" ("Умэнь гуань", XIII в.).
Перевод текста гунъаней и комментариев к ним выполнен Е. С. Логиновой и А. А. Масловым, примечания - А. А. Масловым.
А. А. Маслов,
доктор исторических наук, профессор
* * *
Переводчик большей части текстов, включенных в этот сборник, Евгения Логинова (1990–2009), к сожалению, не успела увидеть выход этой книги в свет. Удивительно одаренный, упорный и мужественный человек, она много лет сначала самостоятельно, а потом под руководством педагогов изучала китайский язык и культуру, причем в самой сложной ее части - традицию философской классики. Несколько лет она работала над тем, чтобы подобрать наиболее точные и адекватные для западной публики толкования сложнейших китайских текстов, превратив их в увлекательное и поучительное чтение. Свет ее юной души - в ее переводах.
СОЗЕРЦАНИЕ ПРИШЛО - И ПУТЫ ТОТЧАС СПАЛИ
Во всём повинуйся судьбе
Приход созерцания
Стояли дни последней декады летней жары.
Газоны у монастыря совсем пожухли и пожелтели.
- Надо бы поскорее разбросать немного семян травы! А то очень неприглядно! - сказал молодой монах.
- Подожди пока спадет жара, - отмахнулся наставник. - Следуй времени!
В осенний праздник Луны наставник купил мешок семян и велел молодому монаху посеять их. Но поднялся осенний ветер, половина семян была посеяна, а половина оказалась развеяна ветром.
- Так не годится! Слишком много семян развеяно ветром! - воскликнул молодой монах.
- Ничего страшного. Из развеянных семян больше половины - бесплодны и всё равно не дали бы всходов, - сказал наставник. - Следуй природным свойствам!
Посеянные семена тут же начали склевывать налетевшие птицы.
- Что за наказание! Птицы склюют все семена! - молодой монах в сердцах затопал ногами.
- Ничего страшного! Семян много, до конца их не склюют! - сказал наставник. - Принимай мир, какой он есть!
Поздней ночью внезапно полил дождь. Утром молодой монах влетел в зал для медитаций с криком:
- Учитель! На этот раз всё кончено! Дождем смыто так много семян!
- Куда смыло, там и взойдет! - сказал наставник. - Следуй судьбе!
Прошла неделя, и на прежде голой земле, вопреки всем ожиданиям, взошло много изумрудно-зеленых ростков травы. И даже на нескольких незасеянных прежде участках проступила зелень.
Молодой монах от радости без конца хлопал в ладоши. Наставник, кивнув головой, сказал: "Следуй радости!"
Путы спадают
"Следуй времени", "Следуй природным свойствам", "Принимай мир, какой он есть", "Следуй судьбе", "Следуй радости" - так старый монах понимает время Небес, постиг природу вещей, осознал путь Чань, проник в чувства человека. Слова этого наставника высокого уровня, даже записанные на бумаге, заставляют людей слышать и видеть по-новому.
Следовать - не значит лишь идти вслед, а значит следовать естественному ходу событий, не роптать, не забегать вперед, не искать помощи.
Следовать - не значит "плыть по течению", а значит использовать шансы, данные судьбой, не быть догматичным и негибким, не жить в плену своих иллюзий
Упрек вора
Приход созерцания
Как-то раз, когда чаньский наставник Усян лежал и то ли спал, то ли нет, в зал для медитаций пробрался воришка. Он все перерыл, но так и не нашел никаких ценных вещей. Вор тяжело вздохнул и только приготовился уходить, как монах Усян произнес: "Дружок, пожалуйста, закрой заодно мою дверь как следует!"
Вор, остолбенев, произнес: "А ты, оказывается, настолько ленив, что даже двери должен закрывать кто-то другой. Неудивительно, что у тебя в монастыре нет ничего ценного!"
Монах Усян ответил: "Ну, это уж ты, мой друг, слишком! Неужели я должен в поте лица зарабатывать на вещи для того, чтобы ты их украл?"
Столкнувшись с таким "ленивым" монахом, воришке и в самом деле, не оставалось ничего иного, кроме как в сердцах захлопнуть дверь монаха и с задумчивым видом уйти.
Путы спадают
У человека, что довольствуется малым, есть спокойствие и непринужденность, которых нет даже у небольшой части обычных людей.
Даже если твое сердце слишком сильно привязано ко всякого рода вещам, не мешай себе тоже иногда немного полениться и расслабиться.
Давно отпустил ее
Приход созерцания
Как-то во время странствий наставник Тань-шань и его спутник молодой монах подошли к реке. Совсем недавно прошел дождь, воды реки оказались довольно глубокими. В тот момент, когда монахи уже приготовились пересечь реку, на берегу показалась одетая в шелковые одежды молодая девушка. Она не решалась перейти через речку и оказалась в затруднительном положении, явно из-за того, что река оказалась довольно глубока.
- Девушка, идите сюда, - сказал Тань-шань. Он взял ее на руки и перенес через речку.
Собрат-монах, увидев такую картину, шел мрачный и расстроенный до самой остановки на ночлег.
Наконец он, не выдержав, сказал Таныпаню:
- Мы, монахи, вообще не должны приближаться к женщинам. А подходить к такой молодой и красивой девушке еще опаснее. Так зачем же ты нарушаешь уложения?
- А, ты о той девушке, что переходила через реку? - спокойно ответил Таньшань. - Я ее давно уже отпустил, почему же ты все еще несешь ее?
Путы спадают
Когда восходишь в чертоги чистого и свободного духа, то никакая вещь уже не сможет загрязнить их.
Каждый из нас, по сути, - гигант, взваливший на спину множество людей и явлений этого мира. С рождения до смерти он никогда даже не мечтает о передышке, не помышляя о возможности сбросить груз и отдохнуть немного. Слишком длительная нагрузка стала уже привычной и заставила нас забыть о том, каково это - жить расслабленно.