Иван Иванович приезжал на место, где перед ним услужливо распахивали дверцы и где ему на шею вешалась любящая жена.
Потом ехал домой...
И та машина, что шла сзади, тоже ехала. В расположенный по соседству дом.
Уставшие пассажиры высаживались в подземном гараже, на ходу расстегивая воротники рубах и стягивая пистолетные сбруи. После чего шли на доклад.
— Сегодня ничего подозрительного не было.
— Ладно, идите отдыхать. Сергей, не забудь, что в час заступаешь на “вышку”.
В час ночи Сергей поднимался по винтовой лестнице на чердак, где, приняв вахту, вползал на высокий стул, установлений против забранного матовым стеклом оконца, и припадал глазами к окуляру сорокакратного, закрепленного на специальном штативе бинокля. И два часа не отрываясь осматривал прилегающую к дому Иванова территорию.
Пусто — никого и ничего...
— Ничего, — докладывал начальник “наружки” Шефу. — Боюсь, мы так никого не дождемся.
— Почему?
— Вряд ли его будут искать в кабаках и ночных клубах. Будут — по низам, по дну, на которое, считают, он залег. Он не прячется, и это лучшая маскировка.
— Что вы предлагаете?
— Предлагаю дать им в руки ниточку...
Деньги со счетов были сняты и были перетасованы. Эту часть комбинации Иванов отыграл. И теперь можно было рискнуть...
— Хорошо, действуйте.
Через несколько дней в России, в квартире Иванова, раздался телефонный звонок. Трубку взяла его жена. Российская жена. Законная жена.
— Вот вы здесь, милочка, живете и ничего знать не знаете, — сказал женский голос.
— Что не знаю? — не поняла жена.
— Про мужа вашего не знаете. Вот вы здесь, а он там с бабой по заграницам разъезжает. И, между прочим, ее своей женой называет, при вас-то живой! И еще с ней в казино ходит и дорогие подарки дарит! Поэтому она такая вся расфуфыренная!
— С чего вы взяли?! — вспылила первая и законная жена.
— Люди говорят! Потому что их видели. В Париже!
— А вы, кто вы такая?
— А это не важно. Только я бы на вашем месте этой стерве все глаза выцарапала!..
И бросила трубку.
И законная жена бросила.
И мужчина, который снимал квартиру в соседнем, через стенку, подъезде — тоже.
А другой, который жил напротив, дождавшись конца разговора и на всякий случай выждав еще минуту, выключил магнитофон.
Оказывается, Иванов не смотался в Южную Африку, не уехал в Ирак и не прятался в Парагвае! Оказывается, он был рядом, был под боком, был во Франции!
Кто бы мог подумать...
Теперь жизнь Иванова должна была измениться. Скоро измениться. И не в лучшую сторону измениться...
Глава 11
Статья называлась “Кровники”. Подзаголовок — “Приключения русского Шерлока Холмса”.
В статье рассказывалось о зэках, мстящих посадившим их следователям, и о Севе Александровском, у которого при задержании ОМОН пристрелил двух братьев и еще полдюжины каких-то родственников, за смерть которых тот поклялся отомстить ментам после отсидки.
Месть пришлась на день, когда журналистка брала интервью у одного из участников тех памятных событий. У известного читателю отечественного Шерлока Холмса, может быть, последнего честного и по этой причине отправленного начальством в досрочную от — ставку сыщика.
М-м...
Далее описывался бой местного значения, развернувшийся между превосходящими силами преступников, с одной стороны и следователем с журналисткой — с другой. В статье фигурировал наградной, с золотыми буквами маузер, подаренный следователю лично Брежневым за поимку серийного маньяка Михайлова и разоблачение узбекских взяточников, снайперы спецназа в доме напротив, нанятые Севой, куски штукатурки, выбитые пулями из стен, ответные, чрезвычайно меткие выстрелы следователя, крики “Держись, девочка!” и попытка закрыть ее своим телом, когда в форточку должна была влететь граната...