Сергей Ермолов - Формула действия стр 3.

Тебе мало того, что ты уже сделал? Говорил я. Иногда любопытство вытаскивает за собой смелость и подгоняет ее.

По желобоватому зонду вскрыл вторую фасцию шеи и отодвинул к ключице горизонтальную ветвь наружной яремной вены. В этом не было ничего личного, я просто спокойно делал свое дело. Там на самом деле было на что посмотреть, не так ли?

Я почувствовал, что счастлив. Я ведь все сделал так, как намечал сделать заранее. Достаточно ли я был умел? И насколько это важно?

А это может получиться интересно, подумал я.

Он лежал тихо-тихо, а как будто кричал.

Я никак не могу избавиться от чувства, что все это справедливо. Не позволял жалости обманывать меня.

Я знаю, что кто-нибудь обязательно воспользуется моим опытом. Любая подробность может оказаться важной.

Мне хватило времени, чтобы подумать: я это сделал. Я прошел весь путь до конца. Слабость делает человека понятнее.

Я бил снова и снова. Я уже сам не понимал, с чего вдруг так на него набросился. Если бы я знал, что делаю, я бы остановился. Возможность причинять боль никогда не увлекала меня. Говорить об этом не следовало. Я не хочу вспоминать себя злым.

Воображение разыгралось, решил я. Мне просто хотелось, чтобы хоть что-нибудь произошло. А может, в конце концов даже и лучше, что так вышло. Такая мысль пришла мне в голову и тогда, и сейчас.

Спросишь: почему? Трудно объяснить логикой, словами.

Я не сразу понял, что происходит, но у меня сложилось впечатление, что я прикоснулся к какой-то тайне.

Я пытался быть предусмотрительным. Делал, что мог и делал так долго, как только мог.

Мне нравилось, когда осуществлялись мои мечты. Прежде я этого боялся. Я всегда боялся того, что не понимал.

Мне стало легче. Смерть делает всех людей одинаковыми. Я уже ничего не мог изменить. Мое спокойствие удивляло меня. Я перестал спешить.

Некоторое время я улыбался, глядя в воздух. Приятно сознавать, что я опасен. Я готов к непониманию. Оно подтвердит мое убеждение в ограниченности воздействия слов.

Я хотел одного: чувствовать чужую смерть. Никакое иное ощущение не могло сделать меня счастливее. У меня не возникло желания объяснить происшедшее иначе.

Я подумал, что сейчас у меня один из волшебных дней – и даже проклятые мысли были приятными.

Остановите меня. Если сможете. Смерть не просто цифра в статистической сводке.

Я это сделал. Я прошел весь путь до конца. Иначе и быть не могло. Я был в хорошем настроении. Я был довольно счастлив.

Я не мог выжить иначе. Очень хорошая мысль. Пытаясь понять себя, можно прийти к неожиданным результатам. Я был искренен, когда приносил жертву смерти. Обычно это чувство мне не свойственно.

Мне было трудно удержаться от смеха. Я потерпел несколько секунд, а затем разразился хохотом.

Я хочу быть понят. Но это невозможно. И вдруг мне показалось, что это не имеет значения – ничего больше уже не имеет значения.

Я был уверен, что каждый человек может принести жертву смерти. Эта мысль примиряла меня с самим собой. Я просто больше не мог терпеть.

Мне не обещано ничего, кроме смерти. Я уже не сомневаюсь – надежда – всегда ложь.

Я делаю, что хочу. Жить иначе нет смысла. Я очень старательно соблюдаю законы своей жизни.

Будущего уже нет. Только настоящее. Или сейчас – или никогда.

Ни одного случайного слова. Нужно уметь освобождаться от лишнего.

Я очень убедительно не похож на вас. Я испуган своей оригинальностью.

Стена – это еще не тупик. Я тороплюсь дойти до предела. Как будто меня можно остановить. Уже поздно.

Я не уверен, что изображаю себя правильно. Я не могу быть человеком, которым изображаю себя.

3

Час назад я проснулся. Я хорошо поспал. Глаза открылись без малейшего усилия воли. Я сразу же совершенно проснулся.

Я уже почистил зубы, но все еще стоял полуголый перед зеркалом. Подергал себя вправо влево за подбородок. Проведя языком по зубам, обнаружил в некоторых местах остатки налета. Под подбородком, там, где начинается шея, виднелась не выбритая до конца щетина. Я поднес бритву к горлу и осторожно сбрил оставшуюся щетину, после чего уставился в зеркало на свое отражение. Я задрал подбородок и устремил взгляд на вытянутую бледную шею. Повернув бритву в руке, приставил ее к горлу обратной стороной и медленно провел вниз от шеи через грудь к животу, остановив руку на уровне пупка. Между двумя его сосками вниз до самого живота протянулась тонкая белая линия. Я представил, что бритва – это на самом деле скальпель и что я препарирую самого себя.

Началось, наконец-то. Мне необходима каждая моя странность. Только Христос может быть моим соперником в достижении пределов отчаяния человека.

Мне необходимо жить только по своим законам. Мне нравится говорить себе: "Попробуй. Хотя бы попытайся".

Я не знаю, что может быть для человека важнее его свободы. Я боюсь променять свою свободу на кормушку для сытой еды.

Бог – сука. Он следит за каждым. Ни на минуту не смыкая глаз. Не получится ускользнуть. Ошибиться может кто-то другой. Не жди от него благодарности. Не позволяй себе обманываться.

Свобода – это не подарок. Свобода – это трофей. Не успеешь моргнуть глазом, как проживешь жизнь раба.

Для того, чтобы сделать первый шаг, иногда достаточно только подняться с колен. Иногда простое только притворяется сложным.

Может быть, для тебя удобнее не замечать решеток клетки, чем пытаться из нее выбраться.

Мое особое предназначение стало сбываться. Я знаю, что такое опасность. Я тоже часть опасности.

Я был слишком закупорен внутри самого себя. Я так крепко держался за свое я, что терял все остальное. Вряд ли возможен человек, которому захочется приблизиться ко мне.

У меня не возникает желания искать оправдания для всех своих поступков. Я не смогу измениться.

Проснувшись, я был удивлен тем, что на улице еще темно. Спал меньше двух часов.

Я боюсь своего воображения. Мне необходимо путешествие на край своего сознания. В моей жизни нет другого маршрута.

Я тороплюсь прожить ненормальную жизнь. Стараюсь разрушить свою реальность. Я никогда не был только нормален. Мое ощущение своей нормальности – одна из моих иллюзий.

Я тороплюсь оказаться вне контроля. Я никогда не захочу подчиниться смыслу.

Если хочешь, чтобы дело было выполнено хорошо, делай его сам. У меня нет плана действий. План мне не нужен.

Мне не нравится ограничивать себя. Так и должно быть. Ведь в конце концов человеку ничего не остается – только справляться с жизнью в одиночку.

Потому-то, наверное, я все это и пишу.

Принеси смерти жертву. Это проще, чем ты думаешь. Факт пришлось признать. Сколько не обманывай, все равно никуда не денешься.

У меня нет причин сомневаться. Думая об этом, я почему-то стыжусь своего счастья. Смерть – это всегда соблазн. К жизни не сложно относиться, как к ошибке смерти.

Мысли человека о смерти – самые важные из всех его мыслей. Мне нравится знать, что я нарушаю все правила жизни.

У моей жизни может быть только одна награда – смерть. Я выстраиваю свою жизнь не для того, чтобы жить. Наверное, из моих слов кажется, что это трудно. Но когда разберешься – ничего сложного.

Я должен принести смерти жертву. Мне никуда не деться от всего этого. И убегать я никуда не должен.

Мне нельзя распускаться, нельзя отдыхать. Мне надо следить за тем, чтобы мысли, которые рождаются в голове, я додумывал до конца. Даже если они меня пугают.

Я уже не могу не замечать ритуального смысла своих действий. Я не соглашусь стать нормальным. Меня не уговорить. Мою шизоидность питают мои неудачи.

Иногда возникало ощущение небытия и к нему хотелось привыкнуть. Хотелось остаться в нем. Никакое другое решение не могло быть более правильным.

Я вынужден постоянно контролировать себя.

Мне недостаточно прежних признаний. Я не хочу упустить самое важное в себе. Смерть подтвердит все мои слова. Человек способен только ненавидеть и бояться. Я неудобен для самооправданий. Моя покорность может быть только неловкой. Каждый человек кажется себе значительнее, чем есть в действительности.

Я вынужден сам защищать себя. Спрашиваю себя, есть ли на земле кто-нибудь способный мне помочь. Мне и самому иногда это трудно.

Я тороплюсь изменить свое сознание. Опасное не проходит мимо меня.

Невозможно не ощущать расстояние отделяющее меня от реальности. Я опять увлечен сопротивлением реальности. Мне не интересна предсказуемость.

Проникая в неизвестные области своей внутренней жизни, я испытываю такие чувства, которые никогда ранее не испытывал. Хотя мне кажется, что они всегда были во мне, но казались такими пугающими, что я никогда не осмеливался выпускать их на свободу. И сейчас чувствую себя ужасно неуверенно, как будто мой мир раскалывается на части. Раньше он был прочный и безопасный. А сейчас он шатающийся, проницаемый и уязвимый. Вы можете увидеть во мне то, о чем я и сам не знаю.

Я рассказываю о страдании и надежде. Я не хочу, чтобы меня поняли неправильно. Я уже готов разбить себя о реальность. Мне нравится обходить запреты сознания.

Трудно поверить, что человек говорит вам правду, когда вы знаете, что на его месте вы бы соврали. Каждый человек должен обладать мужеством отстаивать свои убеждения. В этом мире есть то, что многие стараются не замечать.

Кто боится нападок на свои убеждения, тот сам сомневается в них. Люди, которые понимают лишь то, что можно объяснить, понимают очень мало. Когда сомневаешься, следует говорить правду.