Всего за 12.42 руб. Купить полную версию
Вот уже 2000 лет.
Мистер Томпсон сказал:
- Что угодно?
Я спросил:
- Вы знаете, кто убил Веллингтона?
Я не смотрел ему в лицо. Я не люблю смотреть людям в лицо, особенно если я их не знаю. Несколько секунд мистер Томпсон молчал.
Потом он спросил:
- Ты кто?
Я ответил:
- Я Кристофер Бун из дома № 36, и я вас знаю. Вы мистер Томпсон.
Он сказал:
- Я брат мистера Томпсона.
А я спросил:
- Вы знаете, кто убил Веллингтона?
Он сказал:
- Что еще за хренов Веллингтон?
Я ответил:
- Это собака миссис Ширз из дома № 41.
Он спросил:
- Кто-то убил ее собаку?
Я сказал:
- Вилами.
Он сказал:
- Господи Боже мой!
Я объяснил:
- Садовыми вилами, - на случай, если он не понял. И спросил: - Вы не знаете, кто это сделал?
Он ответил:
- Не имею ни малейшего представления.
А я спросил:
- Вы не видели ничего подозрительного в четверг вечером?
Он сказал:
- Слушай, сынок, ты уверен, что тебе стоит здесь болтаться и задавать подобные вопросы?
Я сказал:
- Да, потому что я хочу выяснить, кто убил Веллингтона, и я пишу об этом книгу.
А он сказал:
- Ну, в четверг я был в Колчестере, так что ты пришел не по адресу.
Я сказал:
- Спасибо, - и ушел.
В доме № 42 мне никто не открыл.
Я видел людей, которые жили в доме № 44, но не знал, как их зовут. Они были чернокожие - мужчина и женщина, и у них было двое детей, мальчик и девочка. Дверь открыла женщина. На ней были ботинки, похожие на армейские, а на запястье пять браслетов из какого-то серебристого металла, и они звенели.
Женщина сказала:
- Ты Кристофер, верно?
Я ответил, что да, и спросил, не знает ли она, кто убил Веллингтона, Леди знала, кто такой Веллингтон, гак что мне не пришлось это объяснять, и она слышала, что он погиб.
Я спросил, не видела ли она чего-нибудь подозрительного в четверг вечером - такого, что могло бы дать ключ к разгадке.
Она спросила:
- Чего, например?
И я сказал:
- Например, чужих. Или как кто-нибудь ссорится.
Она сказала, что нет.
Потом я решил сделать то, что называется перевести разговор в другое русло, и спросил, не знает ли она кого-нибудь, кто хотел бы огорчить миссис Ширз.
И она сказала:
- Возможно, тебе стоит спросить об этом у своего отца.
А я объяснил, что не могу спросить отца, так как расследование тайное. Потому что отец велел мне не соваться в чужие дела.
Леди сказала:
- Что ж, может, он и прав, Кристофер.
Я спросил:
- Так вы ничего не знаете?
И она сказала:
- Нет. - А потом прибавила: - Будь поосторожнее, юноша.
Я сказал, что буду осторожен, поблагодарил ее за помощь и пошел к дому № 43, который находится рядом с домом миссис Ширз.
В доме № 43 жили мистер Уайз и мать мистера Уайза, которая сидит в инвалидном кресле, почему мистер Уайз и живет с ней. Он ходит в магазин и возит свою мать на прогулки.
Мистер Уайз открыл дверь. От него пахло телом, старыми бисквитами и попкорном - так будешь пахнуть, если долгое время не мыться. Так пахнет Джексон из нашей школы, потому что у него бедная семья.
Я спросил мистера Уайза, не знает ли он, кто убил Веллингтона в четверг ночью.
Он сказал:
- Черт возьми, полицейские становятся все моложе, верно?
Потом он засмеялся. Мне не нравятся люди, которые надо мной смеются, так что я повернулся и пошел оттуда.
Я не стал стучаться в дверь дома № 38, который рядом с нашим домом, потому что люди, которые там живут, принимают наркотики. Отец велел, чтобы я никогда с ними не разговаривал, и я не разговариваю. Они часто включают громкую музыку по ночам, и я пугаюсь, когда вижу кого-нибудь из них на улице. И на самом деле этот дом им не принадлежит.
Потом я заметил старую леди, которая живет в доме № 39, с другой стороны от дома миссис Ширз. Она в саду перед домом подравнивала живую изгородь Электрической машиной для стрижки кустов. Я знал, что старую леди зовут миссис Александер и у нее есть собака. Такса. Поэтому я подумал, что миссис Александер - хороший человек, раз она любит собак. Но собаки с ней во дворе не было. Она осталась в доме.
На миссис Александер были джинсы и кроссовки, хотя старые люди обычно такого не носят. Джинсы - с пятном, а кроссовки - фирмы New Balance, с краcными шнурками.
Я подошел к миссис Александер и спросил:
- Вы знаете что-нибудь о смерти Веллингтона?
Она выключила свою машину и ответила:
- Повтори-ка, что ты сказал. Я, видишь ли, немного глуховата.
Я повторил:
- Вы знаете что-нибудь о смерти Веллингтона?
Она ответила:
- Я слышала об этом вчера. Ужасно. Ужасно.
Я спросил:
- Вы знаете, кто его убил?
А она сказала:
- Нет, не знаю.
Я сказал:
- Кто-то должен что-нибудь знать, потому что человек, который убил Веллингтона, знает, что он это сделал. Разве что он сумасшедший и сам не понял, что произошло. Или у него амнезия.
Она ответила:
- Что ж, я думаю, ты прав.
Я сказал:
- Спасибо вам за помощь в моем расследовании.
А она спросила:
- Ты ведь Кристофер, верно?
Я сказал:
- Да. Я живу в доме № 36.
Она еще спросила:
- Мы ведь раньше не разговаривали, да?
Я сказал:
- Нет. Я не люблю разговаривать с чужими людьми. Но я провожу детективное расследование.
А она сказала:
- Я каждый день тебя вижу, когда ты идешь в школу.
Я на это не ответил.
Тогда она сказала:
- Очень мило с твоей стороны прийти поболтать со мной.
На это я тоже не ответил, поскольку то, что делала миссис Александер, называется беседой. Это когда люди говорят друг другу вещи, которые не являются вопросами и могут быть никак не связаны друг с другом.
Потом она прибавила:
- Даже если ты проводишь детективное расследование.
И я сказал:
- Еще раз спасибо.
Я уже собирался повернуться и уйти, когда она сказала:
- У меня есть внук твоего возраста.
Тогда я попытался тоже заняться беседой и сказал:
- Мне 15 лет, 3 месяца и 3 дня.
А она ответила:
- Ну, почти твоего возраста.
Потом мы некоторое время молчали, пока она не сказала:
- У тебя ведь нет собаки?
И я ответил:
- Нет.
Она сказала:
- Тебе, наверное, хотелось бы иметь собаку?
А я ответил:
- У меня есть крыса.
Она переспросила: - Крыса?
Я сказал:
- По имени Тоби.
А она сказала:
- О…
Тогда я сказал:
- Большинство людей не любит крыс, поскольку думают, что они разносят заразу - какую-нибудь бубонную чуму. Но это только если они живут в канализации или приходят с кораблей, которые приплывают из разных стран, где есть всякие чужие болезни. На самом деле крысы очень чистоплотные. Тоби всегда умывается. И его не нужно выводить на прогулку. Я просто позволяю ему бегать по моей комнате, и это для него зарядка. А иногда он сидит у меня на плече или прячется ко мне в рукав, как в нору. Но в природе крысы не живут в норах.
Миссис Александер спросила:
- Может, зайдешь на чашечку чаю?
А я сказал:
- Я не захожу в дома к чужим людям.
Тогда она сказала:
- Ну, я могла бы принести что-нибудь сюда. Ты любишь лимонный сок?
Я ответил:
- Я люблю только апельсиновый сок.
И она сказала:
- К счастью, апельсиновый у меня тоже есть. А как насчет баттенберга?
А я ответил:
- Не знаю. Потому что я не знаю, что такое баттенберг.
Миссис Александер сказала:
- Это такое пирожное. В середине у него четыре квадратика - два желтых и два розовых, а вокруг посыпано марципаном.
И я спросил:
- Это длинное пирожное с квадратным поперечным сечением, которое разделено на альтернативно покрашенные квадраты равного размера?
А она ответила:
- Да. Наверное, можно описать его и таким образом.
Я сказал:
- Я думаю, мне понравились бы розовые квадраты, но не желтые, потому что я не люблю желтый цвет. И я не знаю, что такое марципан, поэтому я не знаю, нравится ли он мне.
Она сказала:
- Боюсь, марципан тоже желтого цвета. Может, лучше вместо этого принести печенья? Ты любишь печенье?
Я сказал:
- Да. Некоторые сорта.
Она сказала:
- Я что-нибудь выберу.
Потом миссис Александер повернулась и ушла в дом. Она двигалась очень медленно, потому что была уже старая. Она оставалась в доме более 6 минут, и я начал нервничать, потому что не знал, что она там делает. Я не мог быть уверен, что она говорила правду насчет апельсинового сока и баттенберга. И я подумал, что она может позвонить в полицию, и тогда у меня будут очень серьезные неприятности, потому что мне уже один раз вынесли предупреждение.
Так что я ушел.
И пока я шел по улице, меня осенило, кто мог убить Веллингтона. Я составил цепь причинно-следственных связей у себя в голове, и вот как это выглядело:
1. Зачем убивать собаку?
а. Потому что вы ненавидите эту собаку.
b. Потому что вы сумасшедший.