Андрей Дубровский - Ватиканские Народные Сказки стр 7.

XIII

Рассказав про открытие кинематографа, сказочник не мог пройти мимо изобретения и, пусть и недолгого, существования биржи.

Basilica Mercatoria Vaticana (Ватиканская биржа)

Однажды во время, когда искусственный свет занимает место света естественного, а проще говоря, ближе к вечеру, к Папе Неготию (VII пришёл некий человек. Глядя на его бизнес-камзол, Папа грустно подумал, что вот, мол, опять к нему явился очередной торговый агент, который будет предлагать ему электрощётку для усов (которых у Неготия и не было). Или же это бродячий софист, который будет уверять Неготия со свойственной их цеху непосредственностью, что тот так и умрёт ослом, если не выучится у него, мудрейшего из софистов, всей (вот так прям и всей) эллинской премудрости. Но незнакомец оказался Деловым Человеком. И предложил он Папе создать в Ватикане биржу. Деловой Человек красочно описывал, как неистово сражаются между собой на бирже быки и медведи, подобно легендарным льву и единорогу из мифов придворного министреля Л. Кэрролла; как одухотворённые мужи, имеющие чин маклеров, поднимают вверх палец и выкрикивают цифры, словно усердные почитатели Пифагора; и некие, называющие себя игроками, снуют меж колонн биржи, будто аристотелевы перипатетики. А главное, в результате всей этой деятельности проливается на биржевой люд золотой поток безантов, талеров и дирхемов.

И воспламенился Папа новой идеей, ибо в глубине души был очень даже склонен к авангардным экспериментам, и возжелал воздвигнуть биржу. В главе его уже создался рассказом Делового Человека красочный образ предстоящего нововведения, и был он похож на нечто среднее между ристалищем благородных рыцарей, ярмаркой в день святого Нуллия и багдадским зверинцем. И бросился Папа Неготий VII со всей неистовостью своего пылкого сердца в круговорот финансово-биржевых страстей. Каждый новый Божий день приносил какие-нибудь новости: Папа с удивлением узнавал, что продажа индульгенций на Парижской бирже резко возросла после дня Святого Варфоломея, а германский рынок ценных бумаг чутко отреагировал на интервью, данное газете "Wittenbergische zeitung" М. Лютером, – продажи индульгенций резко сократились. Папа выкупил контрольный пакет акций предприятия "Норильск шекель", и, наоборот, удачно скинул акции компании "Раста", которая вскоре после этого превратилась в дым (говоря образным языком ватиканских биржевых маклеров). Папа отреагировал гневным посланием на результаты соревнования по нахождению ссылок по слову "клибанарий", где поисковая система Yahve. com потерпела сокрушительное поражение от www. naydyotsyavsyo. ru, и акции последней поползли вверх. Впрочем, это никак не задевало финансовых интересов Неготия, и он даже и не знал, что такое или кто такой этот клибанарий. Папа, держатель акций многих стеклодувных и зеркалодобывающих мануфактур, немало поволновался, когда Республика Кот-д’Ивуар выбросила на ватиканский рынок огромное количество стеклянных бус и зеркалец, накопившихся в этой африканской стране за века общения с ватиканскими купцами, миссионерами и конкистадорами.

Дефолт всех финансовых надежд Папы Неготия VII наступил неожиданно (как это и должно происходить во всех уважающих себя сказках). Подобно тому, как ребёнок бросает в забвение игрушку, столь полюбившуюся в первые дни знакомства с ней, так и Неготий в один погожий день с гневом отрешился от дел биржи, и даже предал её анафеме. Поводом для этого послужило следующее: на ватикано-иранской границе иранскими пограничниками была арестована и уничтожена вместе с водителями и экспедиторами контрабанда сала и порнографии. В результате, Папа потерял все деньги, вырученные за экспедицию в тёплые моря купца Франциско Дрейка. Хотя в ответ ватиканская авиация и нанесла авиаудар по иранским арсеналам серпоносных колесниц, но это было слабым утешением для впечатлительного Неготия.

Такова была недолгая история Ватиканской биржи, оказавшейся, в итоге, непапоугодной.

XIV

Изменения в Ватиканской державе произошли не только внешние, материальные – совершился также переворот в головах ватиканцев. Ватиканское общество отходило от прежней, исполненной догматов, жизни и усваивало себе либеральные принципы и идеи Просвещения. Воистину, новое поколение, появившееся за время отсутствия сказочника, было совсем не похоже на прежние. Было дано право двух голосов на выборах беременным женщинам, отменено рабство и запрещена феодальная раздробленность. И много ещё других прогрессивных новшеств появилось в Ватикане за IV месяца путешествия сказочника.

О передовом либерализме и косном консерватизме

Однажды в тундре, которая, как вы уже догадались, окружает Ватикан, приземлился небольшой самолёт Ватиканских Священных авиалиний (SAV). Из него без особых китайских церемоний вытолкали некоего человека, судя по его внешнему виду, чиновника или бизнесмена. Наблюдавшие за всем этим с безопасного расстояния тунгусы явились, таким образом, свидетелями очередного прогрессивного опыта Ватиканских Весьма Просвещённых Людей Эпохи Очередного Возрождения.

Борясь с ретроградным утверждением о мнимом превосходстве цивилизованного человека мегаполиса над его не вполне цивилизованным собратом где-нибудь в джунглях или саванне, сей прогрессивный авангард ватиканского общества задумал на опыте доказать, что такие идеи несовместимы с жизнью.

Для чистоты эксперимента было решено использовать обычного, ничем не выделяющегося ватиканца. В один будний день, после полудня, во время обеденного перерыва, а точнее даже, к концу обедни, из толпы возвращавшихся на работу клерков незаметно был изъят среднестатистический синьор. Затем он был высажен в тундру, начисто лишённую всех удобств мегаполиса. Через месяц его, превратившегося в подобие древнего варвара в своих звериных шкурах, грубых манерах и накачанном торсе, вернули в Ватикан, где все – от мала до Папы – ожидали результатов столь необычного эксперимента. Передовые масс медиа ликовали: уж теперь ни один из старорежимных мастодонтов не посмеет явно стоять на прежних позициях!

Но тут был нанесён коварный удар: некими консервативно настроенными радикальными экстремистами в Ватикан был привезен из саванны туземец. Этот насильственный отрыв от корней возмутил всю передовую ватиканскую общественность. Особенно, когда через месяц туземец спился и умер от сифилиса. Сию вопиюще безнравственную выходку предали информационному бойкоту и решили забыть, подобно древним эллинам, приговорившим к казни забвением Герострата.

XV

Одним ничем особо не отмеченным утром, когда сказочник пролистывал разноцветную прессу, ему в голову пришла идея новой сказки. А может, она и не пришла откуда-то со стороны, а зародилась тут же, в голове. Вообще-то, непонятно, каким образом появляются у человека мысли такого рода и такой степени безумия. Судите сами.

Макрополитика

Однажды в Ватикан прискакал гонец. Вбежав в Латеранский дворец, прямо посреди конклава, он вскричал:

– Турки напали на Фолклендские острова!

– Вообще-то, Мальвинские, – поправил его кардинал из Патагонии.

– Вообще-то, их затопило II года назад, в результате частичного таяния Суматры, (– напомнил иранский наблюдатель.

Тут же вспомнили о ещё неразрешённом кризисе вокруг Исландии: по всему периметру этого острова выстроились китайские джонки, блокировав тем самым всякий траффик. А всё из-за того, что гренландская подводная лодка потопила авианосец Западной Кореи, и это, видите ли, показалось Китаю прямой угрозой для его безопасности. Подобного рода конфузы, происходившие с соседями, каждый раз вызывали у китайского короля приступы паранойи. Гренландия была далеко, и для устрашения оной была выбрана Исландия. Уж больно она была подозрительно нейтральна. Китайское министерство шуток и пословиц даже придумало поговорку: "Бей Исландию, чтобы другие боялись". Под другими, конечно же, подразумевалась Гренландия, и эта недосказанность лишь добавляла остроты поговорке.

Когда из Рейкьявика для прорыва блокады попытался выйти исландский ледокол, это вызвало взрыв возмущения у мировой общественности: потеря хотя бы нескольких китайцев могла принести непоправимый ущерб малочисленному и стремительно вымирающему китайскому народу.

– Да, Исландию надо выручать, – задумчиво проговорил только что избранный папа Адеодат CXVII. И совсем тихо добавил:

– Если мы потеряем этот бастион католичества на севере диком, то уже ничто не остановит яростные орды саамов.

– Предлагаю высадить десант тяжёлых миссионеров на Гренаду, – вступил в обсуждение антипапа Григорий III Великий IX, – этот отвлекающий манёвр обескуражит китайского полководца, и вот тогда-то мы и навяжем Китаю унизительный мир!

– У вас ничего не получится, Ваше Антипреосвященство! – воскликнул проходивший мимо господарь Нигерии. – Вы не расплатились с венецианцами за те XII галер, которые они предоставили для войны с нами. Можете, конечно, попробовать выпросить у византийцев пару дромонов.

Антипапа сделал вид, что не услышал этого дерзкого обращения "Ваше Антипреосвященство" – ведь он предпочитал, чтобы его называли Антиваше преосвященство.

– Допустим, мы как-то урегулируем этот вопрос…

И они говорили, спорили, предлагали аж до III стражи.

Весь тираж газеты "Ватиканский вечерний рабочий-курьер" с приведённой выше статьёй было решено вывезти из типографии под покровом ночи, погрузить на старый угольный танкер и утопить в Марианской впадине вместе с кораблём.