– Почему к сосне?…
– Ну да. Почему ты побежала стряхивать на себя росу с сосны, а не вон с той березки, например? Она ведь на том же самом расстоянии от тебя была, что и сосенка. И вон с той елки тоже неплохой дождик бы получился, и она даже ближе к тебе была. Но ты почему-то побежала именно к сосне. Почему?
Оксана обернулась и посмотрела на сосенку.
– Не знаю. Я как-то не задумывалась, когда выбирала дерево. Просто выбрала сосну.
– Но раз ты не задумывалась, то кто-то должен был сделать этот выбор за тебя.
– И кто?
– Так твое тело, которое без тебя прекрасно знает, чего ему надо. И оно почувствовало, что роса с сосны для него сейчас наиболее полезна.
– С ума сойти! – Оксана села на траву рядом с Александром. – Значит, надо не задумываться над поиском лекарств и не сбивать своей логикой тело, а просто делать то, что хочется?
Александр кивнул. Но его взгляд излучал удивление, как бы говоря: "Представляешь, как все просто! Вот бы не подумал!"
– Но почему-то вчера мне совсем не хотелось купаться в росе. Разве вчера моему телу не было это полезно? – продолжала допрос Оксана.
– А вчера твое тело еще не знало, что ему это полезно! – Александр обрадовался, что ответ нашелся так быстро. – Ведь только попробовав и оценив результат, можно понять, что помогает, а что нет.
– Тогда пойду и сделаю себе душ из березы и из елки, чтобы тело сравнило, что ему больше нравится.
Набрызгавшись в росе, Оксана и Александр вернулись на то место, откуда был виден восход. Солнце уже вышло из-за горизонта наполовину. Александр встал к нему лицом и выставил вперед ладони.
– А зачем ты греешь руки? – спросила Оксана, тоже подставляя ладони солнцу. – В лечебных целях или это какой-то древний ритуал?
– Не знаю, – ответил Александр. – Просто мне так нравится.
Оксана тоже немного постояла с поднятыми руками, сказала:
– Пожалуй, пойду оденусь, – и побежала в дом.
Кошмар
Через несколько секунд или минут (Александр не замечал времени растворенным в солнце сознанием) из домика донесся пронзительный, полный ужаса и паники крик. Не успев прийти в себя, Александр ринулся на помощь, представляя по пути причины этого звука. Пожар? Медведь? Инопланетяне? Что еще?…
Оксана с вытаращенными глазами выскочила на крыльцо, держа в одной руке полотенце, а другой придерживая верхнюю часть купальника, которую уже успела расстегнуть, но, слава богу, не успела снять, иначе пришлось бы вылетать из домика голой.
– Что случилось? – спросил Александр, не решаясь войти в избушку, но вместо ответа Оксана присела на корточки, закрыла голову полотенцем и издала еще один вопль, значительно тише прежнего, зато с рыданиями и всхлипываньем.
Поняв, что ответ будет чуть позже, Александр все-таки вошел в дом, захватив на всякий случай в сенях топорик.
Ничего необычного, а тем более пугающего он не обнаружил. Заглянул под топчан, потом зачем-то внимательно осмотрел потолок, пожал плечами и вышел.
– Ты можешь объяснить, что произошло? – спросил он у Оксаны, которую колотила мелкая дрожь.
– Там крыса, – выговорила она и зашлась истерическим смехом.
– Крыса? И все?
– А разве этого мало?!
– Оксана! Крыса – это всего лишь маленькое добродушное животное.
– Не скажи. – Она встала, подошла к скамеечке и медленно опустилась на нее. – Принеси мне, пожалуйста, одежду. Я туда больше не зайду.
Александр сходил в дом и вынес ее белый "скафандр".
– Нет, – опять занервничала Оксана. – Крыса на нем сидела. Я не могу его надеть, пока не постираю. Принеси мой спортивный костюм.
Через какое-то время она успокоилась.
– Ты знал, что у тебя там крысы?
Александр решил, что врать не стоит.
– Ну, знал, – развел он руками, – но я…
– Знал!!! И поселил меня в этом крысятнике!
– Но я даже не представлял, что это может быть так ужасно!
– Но ты же знал, что у меня на животных аллергия! Я же могла ночью просто задохнуться!
– Но не задохнулась же! – Александр чувствовал себя полным идиотом. Он никак не мог поверить, что какая-то крыса способна довести человека до истерики. И кого! Женщину, которая не задумываясь ринулась с пятидесятиметровой высоты по опасному крутому склону спасать подругу. – Ну и что теперь будем делать? – спросил он.
– Не знаю. Но туда я больше не зайду.
– Ну, тогда тебе придется пойти жить к Кузнецовым или… – Александр тяжело вздохнул, – уехать обратно в город.
– А Кузнецовы пустят?
– А почему нет? Заодно и "скафандр" твой постираем. Пошли.
Галина и девочки уже доили коз, а Владимиры еще спали, поэтому на звонок долго никто не выходил. На ночь Князя спускали с длинного поводка, и он мог спокойно передвигаться по всей территории двора, поэтому Александр решил не рисковать слабыми нервами Оксаны и подождать.
Они уселись на бревно, лежащее возле дороги, и Александр спросил:
– Ну вот скажи мне, пожалуйста… я серьезно не понимаю, ну чего такого ужасного ты увидела в этой милой забавной зверюшке?
– Ты находишь эту тварь забавной? – Оксана состроила брезгливую гримасу.
– Ну, мы с ней, по крайней мере, дружим, – признался Александр. – Я ей даже сухарики оставляю.
Оксана посмотрела на Александра с подозрением, что он над ней издевается.
– Я серьезно! – заверил ее Александр. – Она у меня даже эти сухарики из рук берет.
Вдруг Оксана ощутила то знакомое состояние, когда требуется на всякий случай схватить ингалятор. Но ингалятора не было – сумка осталась в избушке. Это обстоятельство перепугало Оксану, и от ужаса ком удушья медленно, но неумолимо начал набухать в легких. И тут мимо них по дороге пробежала стая деревенских собак. Для Оксаны это оказалось последней и решающей каплей. Начался приступ.
Александр не сразу понял, что произошло. Оксана закатила глаза и судорожно пыталась вдохнуть. Но вдох не получался, как будто легкие уже были переполнены и воздух не мог ни войти, ни выйти. Из горла вырывался странный звук – то ли свист, то ли лай, на кашель это было уже не похоже.
Сначала Александр растерялся, но потом все стало происходить само собой. Он повалил Оксану на спину и несколько раз резко нажал ей на грудь, выдавив из легких воздух. Потом посадил ее и резко надавил ногтями ей на пальцы. Он не знал, почему и зачем это делает, но ее посиневшие губы слегка порозовели, а взгляд приобрел некоторую осмысленность. Только дышать она так и не начала.
Тогда Александр снова положил ее на землю и медленно выдохнул воздух ей в рот, а потом снова выдавил его из легких. И так несколько раз. Увидев, что Оксане полегчало, он еще раз решился на эксперимент с кристаллом. Посадив Оксану, он положил руку ей на грудь и, быстро выстроив лучи и запалив яркое солнце в своей груди, начал переливать свет в грудь Оксаны. Но "свет" сопротивлялся, словно натыкаясь на какие-то барьеры.
Александр сосредоточился на этих помехах и обнаружил, что легкие Оксаны как будто переполнены чем-то, раздуты и не вмещают в себя больше ничего, в том числе и свет. Тогда он принялся по тому же каналу выкачивать это лишнее из легких Оксаны.
Серая, похожая на вязкий дым масса медленно и тягуче начала перетекать в его руку. Несколько раз он стряхивал эту массу на землю и снова продолжал вытягивать ее из легких. Когда легкие показались ему относительно чистыми, он еще раз попытался влить в них свет. И получилось! Оксана вдохнула и закашлялась. Потом она перегнулась через бревно и стала сплевывать серую вязкую слизь.
Александр отошел, чтобы не смущать ее, понимая, что именно эти не очень эстетичные моменты заставляли ее стесняться своей болезни.
Галина, увидев обессиленную после приступа Оксану и выслушав "ужасную историю" про крысу, сразу же согласилась, что Оксане лучше пожить у них. Она привела ее в гостевую комнату, где зимой жил Александр, предложила располагаться и вернулась к своей утренней работе.
Александр ушел к себе, чтобы собрать вещи Оксаны и принести сюда.
Оксана осталась одна в не очень большой, но уютной и светлой комнате, которая была намного комфортнее тесной избушки. Она сидела у открытого окна с видом на далекий лес и с наслаждением, насколько это было возможно, дышала утренним воздухом. Состояние после приступа еще не пришло в норму, да и, как показывала практика, должно было нормализоваться не скоро.
Через пару часов в дверь постучалась и вошла Галина.
– Привет, – устало, но искренне улыбнулась ей Оксана.
– Привет, пойдешь завтракать? – на всякий случай предложила Галина, по виду Оксаны понимая, что аппетита у нее нет.
Оксана помотала головой.
– Понятно. Тогда отдыхай.
– Галя, – позвала Оксана, когда хозяйка уже собиралась уйти, – мне очень неудобно тебя просить, но…
– Что? Говори.
– А можно Александру тоже пока пожить у вас? Я боюсь оставаться здесь без него. Приступ может повториться. Я чувствую.
– Конечно! Мы уже с ним об этом договорились. Он будет ночевать у Володи в комнате, это за стеной.