Варга Василий Васильевич - Оранжевая смута стр 17.

Юрий Анатольевич бросился в комнату к книжным стеллажам и нашел сонник, быстро разобрал значение слов "змея" и "рожа" и ужаснулся: змея – коварство, предательство; рожа – тяжелая болезнь, не только телесная, но и духовная, в первую очередь духовная.

Все сходится, решил он, холодея. Болезнь я уже получил, и довольно давно. Искупался в холодном Днепре ранней весной и схватил… простатит, который привел к аденоме. Теперь у меня аденома. А от аденомы нестоиха. Он порылся в библиотеке и нашел сборник заклинаний, в том числе и от нестоихи, и с превеликим удовольствием, стоя на коленях, запричитал: "Встану я, раб Божий… благословясь, и пойду перекрестясь, в чистое поле, под красное солнце, под млад светел месяц, под частые звезды, мимо Волотовы кости могила. Как Волотовы кости не дрогнут, не гнутся, не ломятся, так бы у меня, раба Божьего Юрия, фирс не гнулся, не ломался против женской плоти. Во имя Отца и Сына, и Святаго Духа, аминь. Господи, благослови, Господи, прости, Господи, помози! Как у стоячей бутылки горлышко завсегда стоит прямо и бодро, так бы у меня, раба Божьего Юрия, фирс завсегда стоял на плоть женскую, и во всякое время для любви и для похоти телесные, аминь, аминь, аминь!"

Никто в Верховной Раде не знает об этом. И не узнает никогда. А что касается предательства, то их уже было неисчислимое количество. Депутат Пердушенко предал меня? Предал. Мы с ним вместе бизнесом занимались, я мог бы быть богатым человеком, но ведь он, Пердушенко, все сгреб под себя, у него сотни миллионов в зарубежных банках, а у меня кукиш. Я по существу нищий человек, живу только на депутатскую зарплату и больше ничего. Иногда, правда, будущий президент подбрасывает да высокие должности обещает. Скорее бы уж эти выборы прошли.

Последняя мысль, мысль о выборах, за которыми последует назначение на высокую должность, немного согрела его мятущуюся душу, он даже начал варить кофе на кухне, но змеи, явившиеся во сне, не давали покоя. Ведь змея это коварство, предательство. Кто его предаст в очередной раз? Неужели Дьяволивский? Хитрая бестия. Должно быть, Вопиющенко ему тоже должность обещает после победы на выборах. Дьяволивский, правда, реже выступает с речами, чем он, но речи Дьяволивского более, так сказать, соленые, перченые, что ли, в них больше злобы и непримиримости к москалям. Если он станет премьером – беда. Он всех россиян, проживающих на Украине, вырежет, сгноит или отправит в тюрьмы. А их немало, около десяти миллионов. Но это же война. Все в нем бурлило, все негодовало, только фирс висел ливерной колбасой и не проявлял признаков жизни.

Выпив три чашки крепкого кофе, он полностью взбодрился, сна не осталось ни в одном глазу. Благо бриться не надо: бородка клинышком просто шик. Курвамазин ушел в свой рабочий кабинет и стал готовиться к выступлениям на предстоящем утреннем и вечернем заседаниях Верховной Рады. Вопросы, подлежащие обсуждению, на сегодняшний и на завтрашний день он знал.

Одарка проснулась в девять утра и, как была в ночной рубашке, вошла к нему в рабочий кабинет.

– Мой пупсик, мое перышко подслеповатое, ты уже работаешь на благо отчизны? Ну, поцелуй свою Одарку-кухарку. Кто ето говорил, что кухарка будет править государством? Чорновол или Вопиющенко? Если ты будешь министром иностранных дел, я с тобой зачну ездить по странам Азии и Америки. А ежели начнешь игнорировать свою Одарку, то я начну претендовать на управление государством. А покажи, что ты там написал, может, любовную записку кому, а? Ну-ка признавайся, лучше будет.

– Одарка, мне уже пора, – сказал муж. – Я опаздываю.

– Великие люди не опаздывают, они только задерживаются, – сказала Одарка, лаская своего мужа масляными глазами.

Всегда подтянутый, аккуратный и точный, Курвамазин опоздал к началу заседаний ровно на пятнадцать минут. Никто его не спрашивал, почему он опоздал, никто не встречал его овациями, а председательствующий посмотрел на него только когда он уселся на место и только тогда едва заметно улыбнулся. Обсуждалась поправка к закону о гражданах Украины, живущих за рубежом.

Из четырехсот депутатов на заседании присутствовало меньше половины, но и те вели себя из рук вон плохо: кто-то разговаривал по мобильному телефону с женой, кто с любовницей, кто с партнером по бизнесу, кто друг с другом, кто травил анекдоты, а кто и вовсе расхаживал между рядами.

А депутат Пердушенко не только кричал в трубку громче всех, но еще и стучал кулаком по столу и употреблял крепкие словечки. По существу на заседании работали только два человека – председательствующий Литвинов и выступающий на трибуне. Каждый выступающий знал, что его речь транслируется по радио и телевидению на всю Украину и на другие страны.

Юрий Анатольевич только уселся и подал заявку на выступление перед телекамерой, но тут к трибуне подбежал депутат Дьяволивский. Высокий, крепкого телосложения человек решительно оккупировал трибуну и тут же сунул руку во внутренний карман, чтоб извлечь заготовленное выступление, но текста там не оказалось.

– Козни москалей, – махнул он рукой и начал свою сумбурную речь. – Уважаемые депутаты, уважаемый Владимир… короче, господа. Национальный вопрос наша фракция, фракция Вопиющенко, шо означает владеть не только ненькой Украиной, но и москалями, поскольку раньше была Киевская Русь и где-то там, на севере, наши земляки-бедолаги поселилися и от нечего делать начали распивать горилку, курить махорку, женились на татарках и основали Московию. Потом расплодились, проклятые, разрослись, численно увеличились до такой степени, шо их стало больше нас. А када они поняли это, они замыслили и нас поработить. В этом им оказал услугу Богдан, как его там?… Хмельницкий. Народ Западной Украины не любит его, и я, ваш покорный слуга, не люблю его також. К слову должен сказать, шо тутечки, был у памятника, долго стоял, плевался и думал: шо ты, сука, продал Украину-неньку, сколько тебе за это москали заплатили?

– Депутат Дьяволивский! По существу, пожалуйста, – сказал председательствующий.

– Счас будеть по сучеству! Господа депутаты! В так называемой братской стране России, будь она неладна, проживает свыше двух мильонов щирых украинцев. Доколь мы будем терпеть, шоб москали там над ими издевались и называли их хохлами? Доколе, до каких пор, я спрашиваю вас, народные депутаты? Я предлагаю послать протест от имени Верховной Рады и указать: коль мы хохлы, то вы москали. И далее. Почему в нашей Украине так много русских школ, а у России ни одной украинской? На каком основании многие наши телеканалы балакают на русском языке, языке мата и попсы и прочей уличной брани и непотребных выражений, а красивый, певучий (Реве та стогне Днипр широкий) наш ридный язык москали запретили? Почему ни одной украинской газеты у Москви нет? А мы тут сидим и обсуждаем черт знает что. И ишшо. И это самое важное! Президент России Попопутин, хитрый и коварный и, должно быть, умный, как наш будущий президент Вопиющенко, затеял хитрую игру про двойное гражданство. Еще бы! Ему нужны наши хлопцы для войны в Чечне. Не следует также забывать, шо в нашей вильной Украине проживают русские, их свыше десяти мильонов, представляете, шо будет, если им дадут российское гражданство? Да они нас поработят. Однажды утром мы проснемся, а нам скажут: все! Украина в составе России. Тогда прощай свобода, прощай… незалежность. Мы рабы, вот кто мы. Я предлагаю прямо сейчас дать бой двойному гражданству. Фигу вам, а не двойное гражданство, москали неугомонные. А вот, забыл, значит…

"Гм, черт, как чешет, а? – подумал Курвамазин, ковыряясь в носу. – Сколько гнева в его лице с пупырышками. Видать, он умывается в Днепре, а Днепр течет к нам из России. Наши так называемые братья отравили днепровскую воду. Ее надо вначале кипятить, и лишь потом умываться". Он уже приподнялся с места, готовый взобраться на трибуну, но Дьяволивский, не реагируя на предупредительный сигнал и на последующее отключение микрофона, продолжал произносить речь, стучал по трибуне и даже грозил кулаком председательствующему. Он с еще большей энергией стал доказывать, что его мать, великая гражданка Львовщины, отсидела двадцать пять лет в концлагерях в Сибири, а получает пенсию наравне со всеми. На этом месте председательствующий выключил микрофон, но оратор не сходил с трибуны, пока его не вытащили за шиворот. Казалось, национальный вопрос его больная тема. В кулуарах он с пеной у рта доказывал, что украинская нация – самая молодая нация в смысле независимости и она еще свое покажет. Почему бы Украине не иметь своего атомного оружия? Почему бы не ликвидировать враждебный язык и не внедрить родной во все уголки великого государства? Избиратели Львовской области звонят ему беспрерывно с требованием наказать отщепенцев, живущих в восточных областях.

17

Юрий Анатольевич почесал затылок и направил свои очки на подходившего соратника Дьяволивского.

– Ты что, сука старая, чешешь с трибуны по десять минут? Это же нарушение регламента. Три минуты дается для выступления, а ты занял больше десяти, почти тринадцать минут по моим часам. И мое выступление проглотил. Так не годится.

– Я тшинадцать минут держал речь, а ты прошлый раз щемнадцать, помнишь, тебя стаскивали с трибуны оба председательствующие? К тому же ты выступаешь по десять раз на утреннем заседании и столько же на вечернем. У тебя блат, ибо только по блату можно так часто болтать на всю страну. Я тут подсчитал, что ты за этот сезон выступил более тысячи раз. И если учесть, что мы оба от одной коровы "Нашей Украины" пьем молочко и ожидаем еще от нее масла, то какая разница, кто из нас выступает, лишь бы больше критики высказывалось в адрес нашего противника на выборах. Надо как можно чаще поливать его грязью. Любое предложение правительства Яндиковича мы должны не принимать, а заваливать, помня ленинское выражение: чем хуже – тем лучше. Надо их оплевывать, да так, чтоб живого места на теле не было.