Полка была на уровне глаз, и когда он достал все три книги, образовалась солидная брешь. Обычно он пошел бы дальше, но поскольку никуда не спешил, заметил еще одну книгу, втиснутую позади других. Надеясь, что это окажутся "Гидропланы двадцатых годов", он вытащил ее.
Нет, не повезло. Это была книга даже не по авиации: "Энциклопедия артистов эстрады" Винстона.
И тут моментально включилась память: зал, сцена, транс, каменный мешок. Волнуясь, Джейми отыскал в указателе имен единственного шоумена, которого он знал лично:
Сэмюэль Блэк, известный под псевдонимом Великий Блэксмит.
Американский гипнотизер, выступавший на сцене (1948–1988). В середине 70-х Блэк не знал себе равных на этом поприще.
"А что, если мы верим, будто скованы чем-то, чего не существует? – спросил он репортера "Variety". – И что, если мир вокруг нас – это идеальное зеркало, в котором отражается то, во что мы верим?"
Блэк покинул сцену в 1987, на пике своей популярности.
В статье говорилось, что он экспериментировал с тем, что называл "другие измерения", и что он сделал "…ряд открытий, которые были для меня чрезвычайно интересны, и я решил покинуть свое тело и вернуться в него, оставшись в добром здравии" ("Los Angeles Times", 22 июня 1988).
Он был найден мертвым 12 ноября того же года. Причину смерти установить не удалось.
Его вдова Гвендолин (г. р. 1951) – тоже гипнотерапевт по профессии.
Он положил три книги по авиации на прилавок, испытывая чувство вины за цену на Бримма и Богеса, потом протянул "Энциклопедию" продавцу, который, похоже, был и хозяином магазина.
– Она была в разделе "Авиация". Это энциклопедия артистов эстрады.
– Благодарю вас. Простите. Я поставлю ее на место.
Он отложил книгу в сторону.
– По три доллара за эти две и четыре доллара за Невила Шюта. Идет? – словно хотел продать их дешевле.
– Отлично. Он потрясающий автор.
– "Радуга и роза", "За поворотом", "Попечитель из инструментального цеха", – сказал продавец, улыбаясь: у них были схожие вкусы. – Знаете, он написал двадцать три книги. Все его знают как автора "На берегу", но это вовсе не лучшая его книга, – во всяком случае, я так думаю.
Точно, хозяин.
– Знаете, цена на Бримма и Богеса у вас слишком занижена, – сказал Джейми. – Вы продешевили с такой ценой.
Мужчина махнул рукой.
– Сам поставил эту цену. В следующий раз возьму больше.
Они поговорили немного о Невиле Шюте Норвее, писатель, казалось, ожил и был здесь с ними в магазине, его истории убрали барьер между двумя незнакомыми прежде людьми, которых он никогда в жизни не встречал.
Форбс ушел через полчаса с Бриммом и Богесом, "Логарифмической линейкой" и двумя другими книгами Невила Шюта в дешевом издании, которые стоило перечитать, и решил остаться на ночь в Понка-Сити.
Считается ли обманом, думал он, заплатить за книги по цене, которую назначил магазин?
И решил, что не считается.
Глава десятая
В тот вечер Джейми Форбс все еще под приятным впечатлением от встречи со старыми друзьями на страницах старых книг отправился ужинать в ресторанчик при мотеле.
– Добро пожаловать в Понка-Сити, – сказала официантка, широко улыбаясь, чем заслужила щедрые чаевые, еще даже не приняв его заказ. Она протянула ему меню, шепнув заговорщицки: "У нас чудесные салаты".
Он поблагодарил и, когда она отошла, пробежал меню глазами. Оно было обширным, и салаты выглядели неплохо.
– Полагаю, горячий шоколад с тостом.
Он с удивлением поднял голову и встретил еще одну улыбку.
– Мисс Хаммонд!
– Хэллок, – поправила она. – Ди Хэллок. Мистер Форбс, вы преследуете меня?
Невероятно. От завтрака в Норд-Платт их отделяли четыреста миль, и он вовсе не в Арканзасе, как говорил ей тогда, откуда она могла знать, откуда он мог знать…
– Вы добрались автостопом. В Понка-Сити.
– Дальнобойщик. Восемнадцать колес. Три тысячи фунтов поддонов с дёрном из Норд-Платт, способные превратить высохший Понка-Сити в зеленый сад за одну ночь. Дальнобойщики – самые заботливые и обходительные люди в мире. Вы знаете, что у них даже есть Кодекс дальнобойщика?
– Полно, миз Хэллок, этого не может быть! Не могу поверить, что вы здесь!
Она рассмеялась.
– Ладно, меня здесь нет. Так можно поужинать с вами – или мне исчезнуть?
– Конечно, – сказал он, привстав со своего места. – Простите меня. Присоединяйтесь. Как вы…
– Мистер Форбс, здесь нет никакого "как вы…". Это совпадение. Ничего другого вы ведь не собираетесь мне сказать, правда?
А что говорят в подобных случаях? Отрывочные слова, бессвязные фразы, "это невозможно", "такого быть не может", – когда это преспокойно случается в данную минуту, невзирая на то, возможно это или нет.
Он решил ничего не говорить по этому поводу, но его ум сотрясался и грохотал, как пустая птичья клетка, выпавшая из поезда на всем ходу.
Ничего не оставалось, как делать вид, будто все в мире как прежде, хотя было очевидно, что это вовсе не так.
– Она говорит, салаты здесь хорошие.
Ди засмеялась.
О чем она думала, эта исследовательница совпадений?
– Все имеет свою причину, – сказала она. – Я это точно знаю. Все имеет свою причину.
Они заказали салаты, какие-то спагетти, ему было все равно, и сидели молча. Какую причину все имеет?
– Не могу не думать о том, что вы сказали. О том, что установки нас гипнотизируют.
– Если мы их принимаем, – улыбнулась она.
– Когда нам два дня от роду, выбор у нас невелик. А потом бывает уже поздно.
Она покачала головой.
– Вовсе нет. Выбор у нас есть всегда. Мы принимаем, потому что хотим этого. Отказаться от установки никогда не поздно. Разве вы не понимаете, Джейми? Никакой мистики: установка-утверждение-подтверждение. Вот и все, снова и снова. Установки отовсюду, словно через воронку, вливаются в наше сознание при помощи нашего ума.
Потом он решил сказать ей – ох уж эта игра в гипнотерапию – то, в чем он совершенно не был уверен.
– Помните, вы говорили, что, возможно, у нас есть общий друг? – сказал он.
Она подняла на него глаза, кивнула.
– Это правда.
Она улыбнулась в предвкушении.
– И?..
– Сэм Блэк.
Ни удивления, ни шока, улыбка стала нежной.
– Вы знаете Сэма… – сказала она.
Глава одиннадцатая
Джейми Форбс наблюдал за ней, следил за выражением ее лица, старясь постичь, что происходит у нее внутри. Она просто улыбалась, тепло, словно то, что он знал Сэма, означало, что он знал все.
– Как Гвендолин превратилась в Ди? – спросил он.
Если бы он ошибался, вопрос прозвучал бы дико.
Он не ошибался.
– Я не меняла имени, когда мы поженились. Но после того, как Сэм… – снова эта нежная улыбка, – умер, Гвендолин стала Венди, потом наша внучка, дочка Дженнифи, сказала: "Бабуля Ди". Так и повелось, пока я была там с ними.
– Пока вы были там с ними?
– Она до сих пор здесь, и Дженнифи тоже. Эти слова вызвали у него вопросы, но все они казались слишком личными, – пилот не решился об этом спрашивать, ведь они были едва знакомы.
– Я читал о нем, – сказал он.
– В Энциклопедии артистов сцены?
Он кивнул.
– Постойте. Вы нашли книгу случайно.
Его рассказ не удивил ее, она сочла его восхитительным: книга, найденная позади книг по авиации на полке букинистического магазина в городе, в котором он не собирался останавливаться, в день, когда его мысли были заняты гипнозом, когда он встретил Гвендолин Хэллок Блэк, не имея до этой минуты ни малейшего представления о ее существовании, за несколько часов до того, как встретил ее во второй раз, и эта встреча была совершенно невероятна.
Принесли салаты, но она к своему едва притронулась.
– Как понимать, – спросил он, – все эти совпадения, связанные с вами?
– Вы еще не догадались?
– Что-то связанное с гипнозом?
– Так вы догадались. Помните мою гипотезу? Как раз сегодня с вашей помощью она стала теорией.
– Что совпадений не бывает?
Он чувствовал себя обезьяной, которая не знает, что делать с фрагментами детсадовской мозаики, все вроде бы просто, а как их сложить – непонятно.
– Возьмем, к примеру, встречу с человеком, который сыграл важную роль в вашей жизни, уже в этой Игре. Позволите мне спросить?..
– Конечно.
– Как вы встретились со своей женой?
Он засмеялся.
– Это нечестно! Кэтрин взяла короткий отпуск в НАСА, направлялась из Флориды в Калифорнию, но почему-то сделала огромный крюк через Сиэтл, остановилась в маленьком аэропорту, где я приземлился, пережидая страшную грозу…
Он замолчал, прежде чем начать долгий рассказ.
– Вы правы. Мы не должны были встретиться, но это случилось.
– Это было?..
– Десять лет назад.
Это был счастливый брак, мелькнула мысль. И до сих пор счастливый.
– Ну вот. Я говорю, что совпадений не существует, а вы говорите, что судьбы не существует.
– Совпадение – это судьба, – сказал он в шутку.
Она положила вилку, скрестила руки перед собой.
– А знаете, что вы только что сказали?