Всего за 249.99 руб. Купить полную версию
* * *
Автодром, на который отправили Алку, оказался за городской чертой. Ей пришлось минут сорок чесать пешком от конечной автобуса, пока наконец впереди не показалось огромное поле типа стадиона, изрытое колесами и уставленное покрышками разной величины.
Возле небольшой красной машинки стоял бритый мужик в псевдовоенной форме. В других обстоятельствах Алка не рискнула бы к такому подойти. Но сейчас она шла по дороге одна. А мужик сверлил ее таким мрачным взглядом, что сбежать было еще страшнее. Догонит.
– Я к вам, наверное, – пискнула Алка, подойдя к машине.
У мужика был очень красноречивый взгляд. Он не сказал ни слова, но Алка все поняла. И про то, что опоздала на пятнадцать минут, и про то, что с пигалицами этот чувак не работает, и про ее ботильоны, которые почему-то мужику особенно не понравились.
– За руль! – приказал мужик в тот момент, когда Алка уже готова была заплакать и уйти.
Алка юркнула в машину. Но легче не стало. Мужик на соседнем сиденье занимал слишком много места, даже дышать рядом с ним было тяжело.
– Пристегивайся, и поехали на исходную. Разгон будем начинать со стороны леса, – сказал он.
Алка застыла, уронив руки на колени.
– Чего ждем? – поинтересовался мужик.
Вот тут Алке удалось собрать в кулак все свое мужество и со спокойствием, которого она сама от себя не ожидала, сказать, глядя прямо в глаза инструктору:
– Я не умею водить.
Мужик выдержал удар достойно. Пару секунд он осмысливал то, что услышал, потом коротко спросил:
– Сколько тебе лет?
– Семнадцать, – ответила Алка.
– Посиди! – приказал мужик и вышел.
Алка видела, что он кому-то звонит. Она ожидала, что сейчас начнется ор и скандал, но не услышала ни звука. И даже по губам ничего не смогла прочесть, инструктор стоял к ней спиной. Как влитой стоял, ноги на ширине плеч, спина напряжена, голова поднята.
Минут через пять он вернулся в машину.
– Меня зовут Александр Боревский, – сказал он абсолютно ровным голосом, – я буду учить вас вождению. У вас под ногами три педали: под левой ногой – педаль сцепления, под правой – газ и тормоз. Для того чтобы машина поехала, вы должны…
– Можно на ты? – спросила Алла.
– Общение с клиентами подразумевает максимальную вежливость, – сказал Александр, – тем более в особых случаях.
И только минимальное интонационное выделение слова "особых" дало понять Алке, что Александр думает по ее поводу.
Но инструктор он был прекрасный, и Алка очень быстро забыла, что она "особый" клиент. Было интересно, у нее получалось. И час занятий пролетел незаметно.
Кажется, даже суровый инструктор слегка оттаял.
– Следующее занятие завтра в это же время, – сказал он почти тепло. – Одна просьба – никому о наших тренировках не рассказывать. Если кто-то узнает, что я вас учу вождению, да еще экстремальному…
Боревский внимательно посмотрел на Алку, она торопливо кивнула.
* * *
Домой Алла прибежала счастливая. Две недели каждый день с ней будет заниматься один из лучших инструкторов города, чемпион чего-то там международного и вообще крутой перец! Всю обратную дорогу Алка читала нагугленную информацию и чуть не лопалась от гордости. Забавно, что у них в городе оказалось два Александра Боревских: один – гонщик, а второй – жутко крутой банкир.
Алка влетела в кухню, собираясь вопреки своим принципам похвастаться отцу, но застала такую жуткую картину, что подавилась словами. Мрачный отец жевал кусок хлеба, напротив него сидела мать и держала на коленях Алкин ноутбук. Включенный. Раскрытый.
На Алку накатил ужас. Если родители прочитали ее переписку, то ничего страшнее в ее жизни еще не происходило. Время замедлилось. Алкин мозг лихорадочно просчитывал варианты поведения. Хотелось орать, топать ногами, визжать и кричать, что это частное, личное и "не ваше дело, я сама отвечаю за свои дела", но это было бы неправильно.
Алка вспомнила ледяное спокойствие инструктора Александра и, из последних сил держа лицо, отправилась к чайнику. Включила. Кинула в чашку пакетик, поискала на полке сахарницу и только после этого непринужденно спросила:
– Вы зачем мой ноут взяли?
За спиной у Алки зашептались.
Отец прогудел что-то вроде "не надо было", на что мать ответила, что "я должна была знать!", прокашлялась и громко спросила:
– Ты рисуешь китов?
– Чего?
Алка ожидала чего угодно, но только не этого.
– Что такое 4:20, знаешь? – продолжила допрос мама.
– Что?!
Алка посмотрела на отца в поисках поддержки, но тот жевал, не поднимая глаз.
– Я посмотрела, с кем ты общаешься в "Контакте", – голосом обвинителя на суде продолжила мама, – и я требую, чтобы ты немедленно удалила из друзей КаплюМрака.
Алка застыла с открытым ртом.
– Я же говорил, что это бред, – вздохнул отец.
– Это не бред! – взвилась мама. – Весь интернет гудит! "Мамочки подростков" просто в панике! Все неравнодушные родители сегодня не будут спать! Эти уроды из "Контакта" должны быть наказаны! Они убивают наших детей!
– Какие уроды? – не выдержала Алка.
– Вот такие, как эта твоя Капля. Неужели ты не видишь, что подросток так не напишет?! Это слишком взросло, слишком глубоко! Тебя заманивают, используют…
Мама еще минуты две говорила что-то про заговор в сети, но Алка не слышала. "Слишком глубоко" – это мама про КаплюМрака. То есть про нее. Круто…
Мама повернула к ней ноут:
– Удали!
Алка кивнула.
– Немедленно удали.
Алка машинально открыла список друзей, удалила оттуда свою вторую страницу. Попутно порадовалась тому, что на ютьюб она сегодня не заходила, а вся личная переписка с Пантой происходила в вайбере.
Алку потихоньку отпускало. Руки-ноги стали ватными, бросило в пот.
– Что у тебя по математике? – спросила мама.
– Не знаю, – ответила Алка.
– Как это ты не знаешь! – взвилась мама. – Сергей, поговори с ней!
– Тань, давай не сейчас, – устало сказал отец.
– А когда? У тебя всегда не сейчас! Она не поступит никуда! Она…
И тут Алку накрыло:
– Прекрати говорить обо мне, как будто меня здесь нет! Не лезь в мою жизнь! Не смей копаться в моих вещах! Отстань от меня вообще!
Алла схватила комп и вылетела из кухни. Хлопнула дверью своей комнаты.
Пароль на вход в систему, срочно.
"Янехочужить! КапляМрака".
Без пробелов, в английской раскладке.
Алка автоматически запустила браузер, открыла ютьюб, стала запускать одно видео за другим – просто чтобы успокоиться.
И на одном ролике зависла.
Гоночная машина на причудливо изогнутом трамплине двигалась по совершенно немыслимой траектории. Алка пересмотрела трюк трижды, сохранила ссылку и принялась искать другие каскадерские ролики.
"Надо Боревскому показать! – думала она. – Вот так я хочу!"