Всем поклон и Дыму. Л. Булгакова.
Приписка М. Булгакова:
На станциях паршиво. Всем мой привет.
М.А. Булгаков ― В.В. Лужскому
15 октября 1925 г.
Глубокоуважаемый Василий Васильевич ,
Вчерашнее совещание, на котором я имел честь быть, показало мне, что дело с моей пьесой обстоит сложно. Возник вопрос о постановке на Малой сцене, о будущем сезоне и, наконец, о коренной ломке пьесы, граничащей, в сущности, с созданием новой пьесы .
Охотно соглашаясь на некоторые исправления в процессе работы над пьесой совместно с режиссурой, я в то же время не чувствую себя в силах писать пьесу наново.
Глубокая и резкая критика пьесы на вчерашнем совещании заставила меня значительно разочароваться в моей пьесе (я приветствую критику), но не убедила меня в том, что пьеса должна идти на Малой сцене.
И, наконец, вопрос о сезоне может иметь для меня только одно решение: сезон этот, а не будущий.
Поэтому я прошу Вас, глубокоуважаемый Василий Васильевич, в срочном порядке поставить на обсуждение в дирекции и дать мне категорический ответ на вопрос:
Согласен ли 1-ый Художественный Театр в договор по поводу пьесы включить следующие безоговорочные пункты:
1. Постановка только на Большой сцене.
2. В этом сезоне (март 1926).
3. Изменения, но не коренная ломка стержня пьесы. В случае, если эти условия неприемлемы для Театра, я позволю себе попросить разрешения считать отрицательный ответ за знак, что пьеса "Белая гвардия" - свободна.
Уважающий Вас М. Булгаков.
Чистый пер. (на Пречистенке), д. 9, кв. 4.
М.А. Булгаков ― Всероссийскому Союзу Писателей
Во Всероссийский союз писателей
Уважаемые товарищи,
в ответ на приглашение Ваше на литературную выставку посылаю "Дьяволиаду".
Что касается портрета моего:
- Ничем особенным не прославившись как в области русской литературы, так равно и в других каких-либо областях, нахожу, что выставлять мой портрет для публичного обозрения - преждевременно.
Кроме того, у меня его нет.
Уважающий Вас М. Булгаков.
1925 г., 18 октября
М.А. Булгаков ― в Конфликтную комиссию Всероссийского Союза
Заявление
Редактор журнала "Россия" Исай Григорьевич Лежнев , после того, как издательство "Россия" закрылось, задержал у себя, не имея на то никаких прав, конец моего романа "Белая гвардия" и не возвращает мне его.
Прошу дело о печатании "Белой гвардии" у Лежнева в конфликтной комиссии разобрать и защитить мои интересы.
Михаил Афанасьевич Булгаков.
Москва. Чистый пер. 9 кв. 4.
26 октября 1925 г.
М.А. Булгаков ― В.В. Вересаеву
6 декабря 1925 г.
Дорогой Викентий Викентьевич,
я был у Вас, чтобы без всякой торжественности поздравить Вас . Вчера, собираясь послать Вам парадное письмо, я стал перечитывать Вас, письма так и не написал, а ночью убедился, насколько значительно то, что Вы сочинили за свой большой путь.
Не раз за последние удивительные годы снимал я с полки Ваши книги и убеждался, что они живут. Сроков людских нам знать не дано, но я верю, и совершенно искренно, что я буду держать в руках Вашу новую книгу и она так же взволнует меня, как много лет назад меня на первом пороге трудной лестницы взволновали "Записки врача".
Это будет настоящей радостью - знаком, что жива наша Словесность Российская - а ей моя любовь.
Крепко целую Вас
Михаил Булгаков.
Отрывки из дневника за 1922 год
Публикация В.И. Лосева
Говорят, что "Яр" открылся!
* * *
Сильный мороз. Отопление действует, но слабо. И ночью холодно.
25 января (Татьянин день)
Забросил я дневник. А жаль: за это время произошло много интересного.
Я до сих пор еще без места. Питаемся с женой плохо. От этого и писать не хочется. Черный хлеб стал 20 тысяч фунт, белый [] тысяч.
* * *
К дяде Колей силой, в его отсутствие Москвы, вопреки всяким декретам вселили парочку.
26 января 1922
Вошел в бродячий коллектив актеров; буду играть на окраинах. Плата 125 рублей за спектакль. Убийственно мало. Конечно, из-за этих спектаклей писать будет некогда, заколдованный круг.
* * *
Питаемся с женой впроголодь.
* * *
Не отметил, что смерть Короленко сопровождалось в газетах обилием заметок. Нежности.
У Н.Г.