И силы юношеских лет.
Мой друг! Мой брат! С тобой повсюду!
На жизнь, на смерть и на судьбу!
Я славно биться с роком буду
И славно петь мою борьбу.
Не утомлен, пойду я смело,
Куда мне рок велит идти -
На наше творческое дело,
И горе ставшим на пути!..
И там, одеянный лучами,
Венец сияющий сниму,
И вновь с любовью и слезами
Весь мир, как брата, обниму.
1836
КТО ОН?
Он силен - как буря Алтая,
Он мягок - как влага речная,
Он тверд - как гранит вековой,
Он вьется ручьем серебристым,
Он брызжет фонтаном огнистым,
Он льется кипучей рекой.
Он гибок - как трость молодая,
Он крепок - как сталь вороная,
Он звучен - как яростный гром,
Он рыщет медведем косматым,
Он скачет оленем рогатым,
Он реет под тучи орлом.
Он сладок - как девы лобзанья,
Он томен - как вздох ожиданья,
Он нежен - как голос любви,
Он блещет сияньем лазури,
Он дышит дыханием бури,
Он свищет посвистом Ильи.
Он легок - как ветер пустынный,
Он тяжек - как меч славянина,
Он быстр - как налет казака.
В нем гений полночной державы…
О, где вы, наперсники славы?
Гремите!.. Вам внемлют века!
1837
ЗЕЛЕНЫЙ ЦВЕТ
Прелестно небо голубое,
Из вод истканное творцом.
Пространным, блещущим шатром
Оно простерто над землею.
Все так! Но мне милей
Зеленый цвет полей.
Прелестна роза Кашемира!
Весной, в безмолвии ночей,
Поет любовь ей соловей
При тихом веянье зефира.
Все так! Но мне милей
Зеленый цвет полей.
Прелестны бледно-сини воды!
В кристалле их - и свод небес,
И дремлющий в прохладе лес,
И блеск весенния природы.
Все так! Но мне милей
Зеленый цвет полей.
Прелестна лилия долины!
В одежде брачныя четы,
Как кроткий ангел красоты,
Цветет в пустынях Палестины.
Все так! Но мне милей
Зеленый цвет полей.
Прелестны жатвы полевые!
При ярких солнечных лучах
Они волнуются в полях,
Как будто волны золотые.
Все так! Но мне милей
Зеленый цвет полей.
1837 (?)
КОЛЬЦО С БИРЮЗОЮ
Камень милый, бирюзовый,
Ненаглядный цвет очей!
Ах, зачем, мой милый камень,
Ты безвременно потух?
Я тебя ли не лелеял?
Я тебя ли не берег?
Что ж по-прежнему не светишь?
Что не радуешь очей?
Ах, я слышу, ах, я знаю,
Милый камень, твой ответ:
"Скоро, скоро нас оставит
Незабвенный ангел наш.
Свет очей ее небесных
Освещал меня собой
И дыханье уст прелестных
Оживляло красотой!"
Ты померкни, ты потускни,
Камень милый, дорогой!
Расколися, разломися,
Ты - заветное кольцо!
Что мне кольца, что мне камни,
Если нет со мной ее?
С ней и радость, с ней и счастье!
Без нее мне жизнь не в жизнь!
1837
МУЗЫКА
Как небо южного восхода
Волшебный храм горит в огнях.
Бегут, спешат толпы народа…
"Роберт! Роберт!" - у всех в устах.
Вхожу. Разлив и тьмы и света.
В каком-то дыме золотом
Богини невского паркета
Роскошным зыблются венком.
Вот подан знак. Как моря волны,
Как голос мрака гробовой,
Звук Мейербера, тайны полный,
Прошел над внемлющей толпой.
Всё в слух! Могильное молчанье
Как гений над толпой парит;
В каком-то мрачном ожиданьи
Душа томится и кипит.
И ткется звуков ткань густая,
И жарким облаком свилась;
По ней, прерывисто сверкая,
Трель огневая пронеслась.
Не так ли в мраке непогоды,
Огонь по ребрам туч лия,
Скользит зубчатый меч природы -
Молниеносная струя!
Мир чудесный! Мир мечтанья!
Рай земной небесных муз!
Чувств и звуков сочетанье
В гармонический союз!
Лейтесь, лейтесь, неба звуки!
Как отрадно в вас мечтать!
И в томленьях сладкой муки
Умирать и оживать!
Как отрадно в этом море
Волн гармонии живых
Забывать земное горе
И задумываться в них!
Улетать за вольным звуком
В область рая и чудес,
И проникнуть жадным слухом
На гармонию небес!
Упиваться их дыханьем,
Звучный бисер их ловить,
И на вспаханной страданьем
Ниве сердца хоронить!
Звуки ноют, звуки стонут,
Воплем чувства душу рвут,
То в гармонии потонут,
То в мелодии замрут…
Вдруг по взмаху чародея
Светлых звуков легкий рой,
Золотой мотив лелея,
Хлынул звонкою волной.
То совьются в ожерелье,
То раскинутся в лучах,
То рассыпчатою трелью
Задрожат на высотах.
Блещут молнии зарями
На аккордов мрачных сонм
И, осыпав всех цветами,
Исчезают легким сном…
Слыша звуки, я порою
У небес молю благих
Засыпать под их игрою
И проснуться вновь для них.
1837
К ДРУЗЬЯМ
Други, други! Не корите
Вы укорами меня!
Потерпите, подождите
Воскресительного дня.
Он проглянет - вновь проснется
Сердце в сладкой тишине,
Встрепенется, разовьется
Вольной пташкой в вышине.
С красным солнцем в небо снова
Устремит оно полет
И в час утра золотова
В сладкой песне расцветет.
Мир господен так чудесен!
Так отраден вольный путь!
Сколько зерен звучных песен
Западет тогда мне в грудь!
Я восторгом их обвею,
Слез струями напою,
Жарким чувством их согрею,
В русской песне разолью.
И на звук их отзовется
Сердце юноши тоской,
Грудь девицы всколыхнется,
Стают очи под слезой.
1837