Всего за 29.95 руб. Купить полную версию
Панича акция не удовлетворила. Не то чтобы он жаждал большой крови (кровь была как раз по части наркомана и психопата Гены и его головорезов), но схема засветки канала так и не была установлена. Связь с рэкетирами держал кто‑то из таможенников, но вот и предстояло выяснить, от кого он получал информацию.
Очередной караван с медью уходил двадцать первого. – С тобой поедет мой крестник, – напутствуя Бригадира, сказал Панич. – Хочу посмотреть его в деле. Место Пантеры вакантно, а дел предстоит невпроворот.
Карательную экспедицию готовил лично Бригадир: подозреваемые в измене получили ложную информацию о том, что в «КамАЗе‑4310», взятом в аренду «Перигеем» в одном из подмосковных АТП, поедет пресловутый чемоданчик.
В Смоленске Бригадир присоединился к колонне из двух машин, следовавших из Краснодольска в Литву с лицензированным металлом. О том, что в чемоданчике, кроме дохлого таракана, никто не живет, знали двое – Бригадир и Панич: скандий давным‑давно отфильтровывал нейтроны в одном из ядерных реакторов Германии.
2
Он бежал на Запад, к границе. Бежал, в чем был – в камуфляже, в ботинках с высокой шнуровкой; «вальтер» в новой замшевой кобуре тяжелел с каждым километром, ремни растирали кожу.
Поток встречных машин становился плотнее. Изредка водители игриво сигналили одинокому бегуну на шоссе, что‑то кричали вслед солдатики из кузовов. Влад на них не реагировал – у них другая жизнь, другая работа, не зависящая от крепости мыщц и выносливости.
Километров через тридцать второе дыхание сменилось третьим, дышать стало легче, но одежда промокла насквозь, а к ногам будто привязали по гире. Мысли улетучились, как после сеанса медитации. Ритмично отталкивая обочину рифлеными подошвами, он сосредоточился на облаках. Они плыли домой, на восток – чистые, не подбитые еще газом домен и пылью руды. Икаром парил аист. Красиво парил, спокойно, с достоинством.
Длинный вонючий хвост транспортной колонны начинался за километр до пункта таможенного контроля. Здесь Влад перешел на шаг, пошел не спеша, с интересом разглядывая незнакомые иномарки. Его «девятка» стояла где‑то в середине. Узкоглазый напарник Крот дремал за рулем; шипела включенная рация. Впереди попыхивал сизым дымком суперМАЗ.
– Ну что там, Крот? Увалень пожал плечами:
– Пока по плану, – пробасил. – Таможенник наживку заглотил. Бригада где‑то под Крупками.
Влад взял с заднего сиденья пакет с полотенцем, пошел к колодцу. Ледяная вода взбадривала, возвращала в реальность.
Реальность была однообразной, изрядно надоевшей за те четыре года, что он сопровождал караваны с металлом. Раньше было проще: караваны доводили до Савелова или Кубинки, въезжали на аэродром, сбрасывали груз в брюхо «АН‑12». Пара «КамАЗов» – два рейса под охраной военлетов, по девятьсот баксов за рейс. Кожухов закладывал две «штуки», так что пара сотен оставалась на карман, а если поторговаться – армия соглашалась за полторы. Никакого риска – через час металл под Шяуляем. Теперь все по‑другому – нужно прикрывать груз до Ошмян, там его забирают литовцы. Вывели армию на свою голову, а что изменилось‑то? Металл как шел, так и идет, только охрана срывает вдвойне, на таможне по пятьсот баксов за транспорт берут, а их, машин, никак не меньше сотни в день.
Участились случаи разбойных нападений на трассе, «люди гибли за металл». Не те, что выписывали фальшивки на продажу, тем все побоку: двести тонн какого‑нибудь никеля через границу в день – четыреста процентов навара, есть на что охрану нанимать.
Обычно действовали так: в конверт клали «штуку», на конверте писали номера машин, которые нужно пропустить без досмотра. Срабатывало без сбоев, но в апреле рэкетиры положили троих под Витебском, в начале мая грабанули фуру с каким‑то редкоземом.