Козлов Владимир Владимирович - Свобода стр 15.

Виталий Ильенко: Марина – это вообще отдельная история. Провинциальная актриса. Причем актриса средняя весьма, да и в нашем зачуханном театре карьеры не сделала, была на вторых ролях. Но, в отличие от большинства актрис, девушка умная. Типичная актриса – что у нас, что в Голливуде – это кто? Барышня с хорошими внешними данными, у которой есть несколько штампов, которые она поочередно разыгрывает: несчастная любовь, ревность, верность, опять же, и тому подобное. И при этом все они себя считают офигенно великими актрисами и хотят много денег и славы. А Маринка была умнее, она отдавала себе отчет, что больших способностей нет, внешние данные – да, но как актриса она ничего из себя не представляет. При этом она все равно была настроена свинтить в Москву и пробиваться там. И правильно. Чем она хуже? Я не думаю, что она с ним была только потому, что считала перспективным, думала, что он сможет помочь перебраться в столицу… На одном этом, однозначно, отношения пять лет не продержались бы. Ее скорей наоборот заломало, что когда Ждан стал, так сказать, знаменитостью, к ней тоже началось повышенное внимание – как к его подруге… Интервью всякие и тэ дэ… Опять же, она могла отказаться, но те, кто брал интервью, находили подход: не как к подруге Ждана, а как к актрисе, а тут уже редко кто устоит, актрисы все – плохие ли, хорошие – одинаково тщеславные… Плюс, наверно, случился какой-то конфликт между ними. В конце концов, она бросила все и свинтила в Москву – как давно собиралась. Хоть ей на тот момент уже больше тридцатника было…

Сотрудник администрации губернатора в 1996–1997 годах, попросивший не называть его фамилию:

Почему администрация прекратила сотрудничество со Ждановичем? Формальным поводом было то, что в конце девяносто седьмого он больше внимания уделял открытию своих новых центров, чем обязанностям в области. По сути, графика никакого и не было – он звонил в администрацию, назначал день, за ним приезжала машина и везла на объекты. Со второй половины года он все реже и реже объявлялся, а начиная с октября и вовсе ни разу.

Но главным было не это. Некоторые в администрации были уверены, что Жданович использовал на открытие своих центров в других регионах средства из областного бюджета. Это я вам точно могу сказать, потому что знаком с вопросом, абсолютная чепуха. У него просто не было доступа ни к каким финансовым потокам в регионе и быть не могло. Он получал лишь свое содержание – как советник губернатора. Содержание немалое, но, сами понимаете, не те суммы, чтобы на них открыть целую сеть центров. Были у него другие источники, это само собой разумеется.

Ну, и еще могу сказать – а это уже ни для кого не секрет, потому что слухи такие давно ходят, – что губернатор, возможно, подумывает об уходе на пенсию, и ему уже в какой-то момент стало не до Ждановича и прочих подобных личностей. Мавр сделал свое дело – мавр может уходить.

Виталий Ильенко: С точки зрения политики – Ждан однозначно прав. Его идеи – для всех и ни для кого конкретно. Так сказать, универсальные. Для всех разочаровавшихся – во всем, что происходило в России в последние 10 лет. Для разочаровавшихся распадом СССР, для разочаровавшихся Ельциным, для разочаровавшихся коммунистами, элдэпээровцами и прочими. Все, кто разочарован, – все сюда! Плюс, в отличие от того, что было, скажем, пять-шесть лет назад, у него нет дебильного, примитивного популизма, и это не отторгает от него нормальных людей. А с другой стороны, даже те, кто пять лет назад велись на этот самый примитивный популизм, уже в нем разочаровались и готовы принять вещи более здравые и реальные, потому что поняли, что водки по рублю за бутылку уже не будет никогда.

Из интервью губернатора:

Вопрос: Вы сказали, что с некоторых пор начали сомневаться в способностях Сергея Ждановича…

Ответ: Поначалу я верил тому, что он говорил насчет электростанций, но потом мне стали говорить совершенно разные люди, в их объективности я не мог сомневаться, что не очень-то все сходится, что это все, грубо говоря, "от балды". Вся эта его "диагностика". И я решил его проверить. Мы с ним стояли в коридоре здания администрации, потом зашли в лифт, и я говорю: а можешь ты вот сейчас взять и остановить лифт? Вот совершенно реальное тебе задание, я хочу посмотреть, какой ты экстрасенс. И он сразу замялся, что сегодня у него слабый уровень энергии и тому подобное. Я покивал головой, но для себя все решил. Я бы мог его сразу посадить за шарлатанство – потому что был в курсе всей его деятельности. Но я не стал. Потому что он для меня стал как будто бы талисман, а я человек все-таки суеверный. Я понимаю, что меня за это можно обвинить – попустительство шарлатану. Но и меня поймите – любой человек в моем положении имеет право на ошибку. Знали бы, сколько людей вокруг меня крутилось! И он среди них еще далеко не самый плохой…

Вопрос: То есть вы абсолютно уверены в том, что Жданович – шарлатан?

Ответ: Абсолютно уверенным ни в чем быть нельзя. Чем больше живешь, тем больше сомневаешься. Могу лишь сказать, что у меня возникли сомнения. И мы по обоюдному согласию, как говорится, прекратили сотрудничество. Тем более что у него уже тогда были другие планы, он расширял сеть своих центров, открывал их в других городах и, как выяснилось, собирался заняться политикой.

Вопрос: Не исключаете ли вы вариант, что, скажем, через какое-то время Жданович может выдвинуть свою кандидатуру на губернаторских выборах в области?

Ответ: Абсолютно не исключаю. Он очень расторопный человек.

Виталий Ильенко:

Ждан – вполне прагматичный и расчетливый человек. Жулик? Это смотря кого называть жуликом… Мне нравятся кое-какие его политические идеи, я их разделяю. Именно политические. Вся эта хрень про развитие личности и тому подобное – не для меня, я это никогда не воспринимал всерьез. Но то, что он сейчас решил идти в политику, и то, что он говорит, – это все правильно…

Однозначно, у него есть ресурсы, кто-то его финансирует… И в бизнесе, и в криминале… Но он – персонаж интересный. Многие просто уже всем надоели или себя дискредитировали на фиг. И, опять же, многие идеи себя дискредитировали или просто приелись, потеряли смысл. А у него есть своя харизма, своя привлекательность. Он – как сосед по лестничной клетке, вежливый такой итээровец, который, если что, и гвоздь забить поможет, и денег даст взаймы до зарплаты. У Ельцина тоже была поначалу похожая фишка, но постепенно от нее ничего не осталось. Теперь он – этакий гибрид забулдыги и барина. Многим ли приятно иметь соседа-забулдыгу, который то займет сто рублей и про это забудет, то, по пьяни, начнет учить тебя жизни?

Часть третья Политика

I

Я подхожу к окну. За пыльными стеклами светит солнце. Над соседним домом растворяется в небе "хвост" самолета.

ПСЛ переехал в этот офис в старом административном здании на "Тульской" пару дней назад. Сегодня я в первый раз вышел на работу.

Кроме моего кабинета, в офисе кабинеты Ждана, приходящей бухгалтерши Валентины Семеновны, еще один пустой и "приемная" секретарши Светы. Гена – охранник и водитель – сидит с газетой сканвордов на стуле в коридоре, рядом с приемной.

Я вытираю мокрой тряпкой свой стол – старый, ободранный, с двумя выдвижными ящиками и дырой вместо третьего, – выбрасываю тряпку в мусорку, прохожу по коридору в приемную.

Света курит, сидя на столе. Ноги в черных колготках и черных туфлях без каблуков закинуты на ободранный подоконник. Ей лет двадцать пять. Невысокая, светловолосая, с короткой стрижкой.

Света кивает на пачку сигарет и зажигалку. Я мотаю головой.

– Не куришь? – спрашивает она.

– Не-а. Жданович у себя?

– Поехал с Геной за телевизором. Сказал, что в офисе обязательно должен быть телевизор. Сейчас уже должны приехать… – Она затягивается, стряхивает пепел в стеклянную банку от кофе. – Как он тебя нашел?

– Я работал журналистом, пришел брать интервью… А тебя?

– Он наш дальний родственник. Позвонил родителям – сказать, что переехал в Москву… А я как раз без работы осталась. Фирма лопнула…

– Кем ты там работала?

– Тоже секретарем. Я вообще-то закончила филфак, но… Так получилось. Политика меня не сильно интересует, но все-таки работа. И зарплата больше, чем в той конторе…

– У меня тоже больше.

Света тушит сигарету о край банки.

Хлопает дверь. Входит Гена с коробкой, за ним – Ждан. Гена распаковывает телевизор, ставит на столик в углу.

– Смотри, какой-то кабель валяется в углу, – говорит Ждан. – Может, работает?

Гена кивает, сует штекер сзади в телевизор, вставляет вилку в сеть, нажимает на кнопку пульта, копается в меню, включает автонастройку каналов. Появляется картинка: диктор читает новости.

– …Указом президента Ельцина в отставку отправлен премьер-министр Виктор Чер…

Диктор исчезает с экрана, начинается настройка другого канала, на нем идет бразильский сериал.

– Вот так новость, – говорит Ждан. – Хотя неожиданностью я бы не назвал. Кто-то же должен отвечать за то, что происходит. А то складывается впечатление, что все хорошо и великолепно… Андрюша, пошли в мой кабинет – поговорим про ближайшие планы…

Кабинет Ждана чуть больше моего, с такой же старой "советской" мебелью, необжитый, безликий.

Ждан садится на стул у стены, напротив окна, я – рядом с ним. Он смотрит в окно.

– Погодка ничего сегодня, да? Наконец-то, может, весна начнется… В общем, первым делом надо организовать презентацию нас как политической партии. Понимаю, это сложно будет сделать – без опыта, связей, контактов… Да и вообще, ты в Москве человек новый… Но и я тоже, кстати… Так что будем дергаться, стараться, выкладываться – и будь что будет…