- Ты отлично выглядишь. Доехал быстро? Как хорошо, что ты решил выбраться. Только посмотри - пытаюсь сделать дом более презентабельным для завтрашнего вечера. Ты и представить не можешь, сколько мороки с этой подготовкой. Юстас - ты помнишь моего старого садовника - помог в доме, передвинул мебель, а его жена все отполировала, даже собачьи миски. В кухне толпятся люди из ресторана. Я не узнаю мой собственный дом. Как родители?
Она снова взялась за секатор и продолжила составлять букет, пока Том, опираясь спиной о стол и сунув руки в карманы, рассказывал ей семейные новости.
- Бедняги, - заметила она, - угораздило же их отправиться на Майорку именно сейчас! Мне бы так хотелось, чтобы они приехали тоже. Ну вот! - Она воткнула в чашу последний нарцисс и отступила, чтобы полюбоваться результатом.
- И куда мы его поставим? - спросил Том.
- Думаю, на рояль.
- Тетя Мэйбл, ты, наверное, ужасно устала от всех этих приготовлений.
- Вообще-то нет. Я просто говорю людям, что надо сделать, и они делают. Это называется "делегирование полномочий". Кстати, оркестра не будет. Я имею в виду такого, какой бы мне хотелось. Все равно в наше время никто уже не танцует вальсы, так что я распорядилась устроить дискотеку. Один бог знает, что из этого выйдет.
- Значит, будет рок-музыка и стробоскопы? - поинтересовался Том. - И где же мы будем танцевать?
- В бывшей детской. Мы выволокли оттуда ваши старые игрушки, кукольный домик и книжки, а Китти сейчас украшает стены - дискотека должна быть похожа на джунгли.
- Китти? - после секундной задержки переспросил Том.
- Ну да. Китти, племянница Неда. Наша Китти.
- Она здесь?
- Ну конечно она здесь. Как она могла бы заниматься дискотекой, если бы ее тут не было?
- Но… в последний раз, когда мы с ней виделись… она жила на лодке на Хэмбл-ривер.
- О дорогой, ты отстал от жизни. Брак ее распался. Она получила развод. Удивительно, что ты этого не знал.
- Я не поддерживал отношений с Китти. А что случилось с ее жутким Теренсом?
- Думаю, он вернулся во Францию.
- А ее сын?
- Остался с ней.
- Она живет здесь?
- Нет. В Кэксфорде. - Деревушка под названием Кэксфорд находилась за верещатником в нескольких милях от Кинтона. - Она приехала пожить у меня после развода, а потом купила себе старенький коттедж. Бог знает на какие деньги, потому что у нее, похоже, с финансами совсем туго. Так или иначе, но она его приобрела, а потом сообщила всем, что собирается его отреставрировать и жить в деревне. Правда, совет графства объявил коттедж историческим памятником. Я, было, подумала, что ее планам пришел конец, однако ей удалось выбить приличную ссуду, и с тех пор она живет тут, в домике на колесах вместе с Криспином и работает наравне со строителями.
- Криспином?
- Так зовут ее сына. Ему четыре. Отличный малыш.
Том подумал, что только Китти могла наградить мальчишку этаким имечком.
- А чем она собирается заняться потом?
- Понятия не имею. Ты же помнишь Китти. Если что задумает, из нее и словечка не вытянешь. Хочешь чаю?
- Нет, спасибо.
- Позднее я угощу тебя коктейлем. - Она начала было собирать мусор, оставшийся после составления букета, однако тут в дверь постучали и кто-то незнакомый заглянул в комнату.
- Миссис Киннертон, привезли бокалы. Куда поставить коробки?
- Ах ты боже мой, не одно так другое. Пожалуйста, Том, прибери тут и подбрось еще полешко в камин… - С этими словами она вышла из библиотеки и отправилась разбираться с бокалами. Собаки бросились за ней; резиновые подошвы ее устойчивых туфель тихонько скрипели по только что натертому паркету.
Том остался один. Он аккуратно собрал обрезки цветочных стеблей и бросил их в огонь, потом добавил в камин дров и отправился разыскивать Китти.
Старая детская в Кинтоне располагалась на некотором удалении от основных помещений, за тяжелой дверью, обитой красным фетром. Она занимала целый этаж в одной из башен, поэтому была круглая, с двумя низкими арочными окнами, что делало ее еще более привлекательной для ребятишек. Обычно там валялись потрепанные игрушки и стояли древние стулья со сломанными ножками, но сейчас, распахнув дверь, он увидел, что детская совсем пуста. Потолок и стены были закрыты садовой сеткой, которая спускалась с крюка, ввинченного в крышу; сетку увивали длинные побеги вьющегося плюща и сосновые лапы.
А еще там была стремянка, на которой, сжимая в зубах кусачки, а в руках - моток зеленой проволоки, стояла высокая худенькая девушка со светлыми волосами, собранными на затылке в хвост, и со страшно сосредоточенным выражением на лице, - она пыталась закрепить на сетке особенно непослушную ветку папоротника.
Когда он вошел в комнату, девушка вынула изо рта кусачки и, не глядя на него, пробормотала:
- Если бы кто-нибудь еще убрал этот плющ у меня с лица…
- Привет, Китти, - сказал Том.
Она обернулась - с некоторым риском для своей безопасности - и взглянула на него. Ветка папоротника упала на пол, плющ обвил ее шею словно языческий венок. После короткой паузы она сказала:
- Том.
- Ты, похоже, тут неплохо развлекаешься.
- Я скоро с ума сойду. Ветки не держатся на месте, и у меня уже пальцы сводит - столько пришлось завязать узелков.
- По-моему, все выглядит просто прекрасно.
Она осторожно распутала плющ, затолкала его в ячейки сети, а потом потихоньку развернулась и села на верхнюю ступеньку стремянки лицом к нему.
- Я знала, что ты приедешь. Мэйбл сказала мне.
- А я вот не знал, что ты здесь.
- Значит, это для тебя приятный сюрприз.
- Ты так похудела!
- В последний раз, когда ты меня видел, у меня в животе был ребенок.
- Я не это имел в виду. Ты стала такая стройная. Тебе очень идет.
- Просто мне приходится много работать. Слышал про коттедж?
- Мэйбл меня просветила. И про развод рассказала тоже. Мне очень жаль.
- А мне нисколько. Все это была ужасная ошибка, мне ни в коем случае не надо было выходить за него замуж. - Она пожала плечами. - Но ты же меня знаешь. Если мне подворачивался шанс сделать какую-нибудь глупость, я обязательно ее делала.
- А где сейчас твой сын?
- Где-то поблизости. Наверное, подъедает хлеб от сандвичей на кухне.
На ней были старенькие джинсы и синие кеды. Свитер протерся, и в дырку на рукаве выглядывал ее острый локоть. Глядя на Китти снизу вверх, он вдруг понял, насколько сильно она переменилась. Раньше над вздернутым вверх подбородком округлялись розовые щеки, а теперь вместо них стали видны четко очерченные скулы. У рта залегли тонкие морщинки, однако форма его осталась прежней - казалось, Китти вот-вот рассмеется, - а когда она улыбалась, на щеке у нее появлялась ямочка.
Сейчас Китти улыбалась. Глаза у нее были ярко-синие. С трудом отведя взгляд от ее лица, он попытался найти подходящую тему для разговора. Все стены были закрыты зелеными ветками, закрепленными на сетке. Мэйбл назвала это джунглями.
- Ты все сделала сама?
- Большую часть. Юстас помог закрепить сетку. Тут будет дискотека. Ну разве Мэйбл не душка? Только представь - устроить дискотеку на свою семьдесят пятую годовщину!
- Ты здорово поработала. Выглядит как настоящий ночной клуб.
С деланой небрежностью она поинтересовалась:
- А как там в Лондоне?
- Как всегда.
- Ты по-прежнему на той же работе? В страховой компании?
- Пока да.
- Так оно и лучше. А что на личном фронте? Тебе разве не пора жениться? Я, конечно, в этом смысле не лучший пример…
- На личном фронте все прекрасно, большое спасибо.
- Рада слышать. Держи!
Он еле успел подхватить кусачки, которые она ему бросила, и моток проволоки, а потом придержал стремянку, чтобы Китти спокойно спустилась.
- Ты закончила?
- Пожалуй, я сделала все, что могла… Когда погасят свет, стены будут выглядеть вполне достойно - узелков видно не будет.
- Расскажи мне про свой новый дом.
- Вообще-то нечего рассказывать. Мы пока живем в домике на колесах.
- А ты покажешь мне коттедж?
- Ну конечно. Можешь заехать ко мне завтра. Правда я, наверное, привлеку тебя к работе. - Она зевнула. - Как ты думаешь, если мы спустимся вниз и немного поклянчим, нам нальют по чашке чаю?
Они выключили свет, вышли на лестничную площадку и направились в кухню. Там несколько дюжих поварих трудились над завтрашним парадным обедом. Из духовки извлекли жареную индейку; в миксере взбивались белки; в гигантской кастрюле кипел суп. В центре всей этой неразберихи, прямо на кухонном столе, сидел Криспин, поедая обрезки теста. Он был удивительно похож на мать, и даже в такой же одежде, только весь перемазан шоколадом и с подозрительно липкими руками.
Китти сняла мальчика со стола. Он попытался вырваться, но она расцеловала его в измазанные шоколадом щеки и повела к раковине: вымыла руки и потерла перед свитера влажным полотенцем. Вытерев ему руки первой попавшейся тряпкой, она подвела сынишку к Тому познакомиться.
- Это Том, мой родственник. Не знаю, как тебе лучше к нему обращаться: Том или дядя Том, а может, братец Том - скажи сам.
- Просто Том.
- Мы живем в домике на колесах, - сообщил Криспин.
- Я знаю. Твоя мама мне рассказала.
- Но скоро переедем в новый дом.
- И об этом я слышал тоже. Я собираюсь заехать и посмотреть его.
- По полу нельзя ходить, он весь липкий. Мама покрыла его лаком…