Всего за 169 руб. Купить полную версию
Город был набит приезжими до отказа не только потому, что лето, море, разгар сезона, но прежде всего из-за фестиваля отечественного шоу-бизнеса. Кворум был полным, и форум удался, весь город дышал весельем, как Рио-де-Жанейро во время карнавала. Некоторые концерты, в частности – несравненного Оскара Балканского – впрямую напоминали бразильский карнавал, но вот общий накал веселья в городе ушел далеко вперед. Рио по сравнению с Севастополем в период фестиваля мог бы показаться унылым погостом, глухой осенней порой во время дождя. Вам может показаться, что это уж слишком, но нет! И я объясню – почему. Карнавал в Рио проходит все-таки по какой-то системе, к нему тщательно готовятся целый год, там есть какой-то план, сценарий, он проводится в строго определенное время, шьются костюмы, делаются куклы, отбираются танцоры и прочее. Там все всe заранее знают, как про Рождество или Новый год, а здесь же, в Севастополе, фестиваль организовался почти спонтанно, сценарий наспех писали случайные люди, да сценарию практически никто и не следовал, поэтому праздник носил характер стихийный и буйный. Что вы! Какая Бразилия! Ну сколько, например, они там могут выпить? Они там обычную суточную дозу любого представителя российской музыкальной элиты считают для себя смертельной. Да и секс там просматривается только в костюмах и телодвижениях танцовщиц. Ну, еще можно помечтать, что за сколько-то крузейро можно какую-нибудь танцовщицу уговорить, да и то, если ее не ждут дома пятеро детей и свирепый муж с навахой наготове.
А вот на Севастопольском карнавале – не виртуальным, а вполне реальным сексом было пропитано все. Казалось, все были готовы к любому греху, хотели испытать все и со всеми, кто попадется под руку, но, что характерно – бесплатно, только из любви к искусству. И, если уж быть честными до конца, большинство артистов и их поклонниц только для того и приехали, чтобы хорошенько напиться и вкусить прелесть случайных связей. У нас же в России всe, как известно, с перебором, а если это, так сказать, неформальный филиал России на Украине – Севастополь, то тем более. Совсем как отвязный филиал Китая – Гонконг. Предела нет ни в чем! Возможно все! И это, знаете ли, волнует не привыкшую к беспредельным наслаждениям душу россиянина или украинца. Их душа не готова и смущена, но только первое время, пока не освоилась.
Вечерние толпы отдыхающих, вобравшие в себя энергию дневного солнца, в густых облаках пота, перегара и вожделения фланировали по улицам и набережной с ленивым напряжением. Казалось бы – несовместимые слова, но вы только посмотрите, как лениво гуляющий человек с расслабленной походкой напряженно вглядывается во встречные лица. Он не ищет кого-то конкретно, он ищет приключения и непременно найдет, потому что на других лицах – то же самое: жадное ожидание удовольствия, флирта, легкого одновечернего соития, чтобы все было сразу и радостно. Да и утром точно так же сновали по пляжу пожилые дяди в радостных трусах (поскольку давно замечено, что – чем старше мужчина, тем цветастее у него шорты) и такие же тети, о которых принято говорить "ягодка опять", с явным предложением на лицах – отведать этой самой "ягодки".
Ежевечерние концерты отличались от общего настроения лишь тем, что вся любовная энергетика распространялась не по сторонам, а фокусировалась в направлении исполнителя, особенно если им был роскошный Оскар, прямо-таки источающий из себя желание нравиться, притом всеми средствами, которые имелись в его распоряжении.
Однако, наши девушки не "тащились" от него, как другие, они уже свой выбор сделали. Теперь, в сущности, оставались пустяки: попасть на концерт любимой группы, познакомиться с кем-нибудь из фанаток, а у них уже выяснить, в какой гостинице остановились милые сердцу избранники. Хотя – какому "сердцу", помилуйте! Что это я, в самом деле…
Первая задача – попасть на концерт – оказалась довольно сложной. Билеты были давно распроданы, и ничего не оставалось, как купить их у спекулянтов за сумму, в пять раз превышающую номинал. Всего лишь входные билеты, то есть – стоячие места. Уже на этом этапе подруги стали понемногу осознавать, что путь к достижению цели не будет пустяковой прогулкой, что их ждут препятствия, и придется проявить волю, упорство, терпение и, может быть, даже хитрость. Но это не так важно, главное, что первый шаг уже сделан, и пути назад уже не было.
Познакомиться с фанатками оказалось гораздо проще. За последними рядами, где столпились все со стоячими местами, рядом с ними устроились две девчонки с зажигалками в руках, чтобы потом вместе со всеми размахивать огоньками. Их звали Наташами, и обе были в почтенном возрасте – 13 и 14 лет соответственно. Местные девочки, Севастопольские, и обе хорошенькие, но возраст все равно бросался в глаза: фигуры недоедающих кузнечиков с такими же, как у кузнечиков, вытаращенными коленками, веснушки и наивно распахнутые глаза. Все это никак не могли прикрыть – ни "взрослая" одежда с мини-юбками, которые их незрелые коленки только подчеркивали, ни грубый, аляповатый макияж, ни дешевые сережки в безжалостно проколотых детских ушах. Столичный лоск Виолетты и Анжелики вызвал у девчушек завистливое внимание, и они познакомились. Разговорились, и тут Вете с Анжеликой пришлось испытать некоторую досаду. Выяснилось, что не они одни такие предприимчивые, что точно такие же намерения по отношению к солистам группы имеют и их новые знакомые, о чем те с доверчивым простодушием им тут же и рассказали, не подозревая, что делятся сокровенной мечтой с потенциальными соперницами. Похоже было, что и большинство поклонниц в зале хотят того же. А ребят-то всего пятеро, на всех явно не хватит, и становится понятно, что продираться сквозь дебри претенденток будет совсем не просто. Тем не менее, они внимательно и даже сочувственно выслушали признания двух Наташ, принявших недавно для себя такое же нешуточное решение – потерять девственность непременно с двумя ребятами из группы "Сладкий сон". Надо признать, что аргументы Наташ были серьезными и даже немного грустными, несмотря на то, что высказывались легко, просто и с разумным практицизмом. Наверное, от того-то и грустно, что так просто и обыкновенно. Буднично, как урок труда в ненавистной школе.
– Все равно же это когда-нибудь случится, – говорила одна, – только ведь обязательно с каким-нибудь пьяным матросом на каком-нибудь обшарпанном корабле…
– Ага. И на грязных канатах, – добавляла другая.
– Так что уж лучше заранее, по своему выбору, – снова включалась первая.
– Ага, – вновь перебивала вторая, – и пусть это будут два самых красивых мальчика из группы – Буфетов и Сeмкин.
– И больше никто! – категорически завершала первая.
В этом исповедальном месте Вета с Анжеликой переглянулись: соперничество, пусть и с недозрелыми девчонками, – обострялось. Почему-то совпало, у них выбор был тем же. Противно даже. Они – и вот эти недомерки. И все вместе в погоне за одним и тем же призом. Фу, прям неудобно! В такой компании! Однако стало еще понятнее, что бороться за счастье все же придется. И нехороший привкус досады не помешал-таки аккуратно выведать в антракте у глупеньких аборигешек – где живут солисты группы. Те, разумеется, уже знали, что ребята живут не в гостинице, а на корабле, круизном теплоходе, стоящем на причале во время фестиваля. И такую, с трудом добытую фору, девочки вот так запросто уступили тем, кто был постарше и похитрее. Ну что ж! Завтра надо было начинать и совершить первую разведывательную вылазку в глубокий тыл поп-группы "Сладкий сон", чтобы их собственный сладкий сон слегка потревожить.
Глава 3-я, в которой впервые появляется поэт Александр Велихов, он же – Шурец.
Поэт Саша – в своем роде контрапункт главной героини, молодой девушки, имеющей определенные задатки для того, чтобы пройти вполне закономерное эволюционное развитие в Бабу-Ягу. Развиться в Бабу-Ягу непросто, тут надо сильно постараться, надо пройти весь путь до конца, все этапы. Каждый промежуточный греховный экзамен должен быть сдан на "отлично", и только тогда можно будет идти дальше, чтобы в конечном итоге заслужить звание Бабы-Яги.
Поэт Саша и есть такая промежуточная ступенька. На ней она могла бы споткнуться, остановиться и, быть может, даже повернуть назад, еще было не поздно. Но… повернула или нет, это мы с вами еще увидим…
А теперь познакомимся все-таки с альтернативной Бабе-Яге фигурой нашего повествования – поэтом.