Мы сидели на одной из съемных квартир Маузера, но Малыш распоряжался в ней как у себя дома и даже хранил там небольшой запас травяных сборов, заваренным настоем которых меня и потчевал. Свой адрес Малыш мне не сказал, в гости не приглашал. Конспиратор, блин.
- У меня с почками порядок, - отставив пустой стакан отказался я и по старчески поделился своей проблемой, - геморрой вот мучает, а работа сидячая.
- Есть и на это отвар, - сострадая утешил Малыш, - я вам сбор подготовлю, только пейте его регулярно. Я и ребятишкам укрепляющие мышцы и кровеносную систему сборы и отвары готовлю, только врут "мерзавцы" что пьют, выкидывают небось.
- И это все что вы делаете в сопротивлении?
- А разве этого мало? - без улыбки и очень серьезно спросил Малыш.
А еще он использовал свою квартиру как явку, дежурил на связи, хранил оружие, укрывал нелегалов, при необходимости вел визуальную разведку. Малыш хотел чтобы его внуку было куда возвращаться и делал для этого все что мог.
- Знаете я ведь в конце сороковых родился, тогда шутили, что мы массовый послевоенный выпуск, - негромко, доверительно говорил Малыш, а я внимательно слушал, - мальчишкой помню все завидовал партизанам и подпольщикам. А вот теперь на старости лет ушел в подполье и стал партизанским связным, иногда как подумаю, просто жутко становится… что же это с нами делается? До чего страну довели?
- Думаю равнять не стоит, - с трудом подыскивая слова попытался возразить я, - тогда была нацистская оккупация, сейчас совсем другое время…
Время было после полудня когда к Малышу на явочную квартиру пришли Вадим и Маузер.
- Малыш, - мягко обратился немолодой, но еще полный сил Маузер к сухонькому старику, - я установил подходы к Крокодилу, охраны у него полно, он без нее даже срать не ходит, но охранников мы нейтрализуем, план ликвидации разработан.
- Ребята согласны принять участие в акции, - доложил Вадим, - у нас все твою историю знают. Мы готовы. Ты как? Лично будешь это тварь резать, а то может я, а? Разреши мне Малыш…
- Не надо Макс, - тихо и печально сказал Малыш, - Я не хочу убивать из-за угла. Я хочу чтобы его и ему подобных поставили перед народным трибуналом. Пусть их судят по совести, пусть за каждую капли крови, за каждую слезу ответят. А если я до этого не доживу, то…
Малыш суетливо достал из письменного стола и протянул Вадиму рукописные листочки.
- … вот это мои свидетельские показания, зачитай их на трибунале Макс.
- Хорошо, - взял листки и убрал их в куртку Вадим, - Я обещаю тебе Малыш, слышишь, обещаю твои показания дойдут до трибунала. Если убьют меня, то их зачитают другие. И твой внук будет знать об этом. Помни Малыш, я обещаю.
- Мы обещаем, - сухо поправил Вадима, Маузер.
Я молчал, сказать было нечего, что я могу сказать старику чья семья растоптана и уничтожена? Чем мне возразить эту гнусному пособнику националистического подполья, этому члену организованной преступной группы, этому бойцу сопротивления, какие найти аргументы? Объяснить, что частный случай не должен заслонять общую картину? Но разве я сам не знаю массу подобных ситуаций? Каждый день в интернете на блогах и форумах обсуждают как крокодилы безнаказанно давят, размазывают по дорожному покрытию людей. Обычных людей: зрелых мужчин и стариков; не щадят даже беременных женщин и детей, с равнодушием рептилий уничтожают всех кто случайно встал у них на дороге. А если дело в редчайшем случае и доходит до суда то приговоры звучат как насмешка, как оскорбление, как глумление над памятью погибших и презрением к горю их родственников. Но я не обобщаю, это всего лишь частные случаи, а частные случаи не в коем случает нельзя объединять, это искажает общую такую благополучную картину нашего процветающего государства. Правого государства где все должно быть только строго по закону. Закону Крокодилов.
- А это правда, что вы книжку про нас пишите? - деликатно тронул меня за руку Малыш.
- Пытаюсь, - немного смутился я, - не знаю только, что получится. Пока материалы собираю.
- Пожалуйста напишите и про мою историю, - вежливо попросил Малыш, - напишите, что втоптанные в грязь мы уже поднимаемся. Даже старики. Напишите?
- Обещаю тебе Малыш, Обещаю. И твой внук будет гордиться тобой, я напишу ему об этом. Пусть только в книжке.
Провожая меня Малыш не плакал, это у меня в глазах стояли не пролитые слезы.
Глава восьмая
Датчики раций
Ловят приказ:
"Русской нации"
Пробил час.
Сергей Яшин
"Происходит вымирание русской части населения, слом этнокультурного баланса в России. Вполне возможно, что если не через 8 лет, то через 20 точно Россией будут управлять выходцы с Кавказа не только в силу их большей сплоченности, но и в силу относительно большой численности", - сказал директор Института проблем глобализации Михаил Делягин в интервью "Русской службе новостей" - читал я распечатку сделанную с сайта rosbalt. ru.
И сделал вывод: Бред. А если нет? Зябко передернул плечами, этак через десять - двенадцать лет нас "кнутом и пряником" погонят голосовать за самого толерантного любимца власти из "россиянского" южного региона. И ведь пойдем, дорогие россияне пойдем, а всех недовольных в зиндан.
Напротив меня сидел юноша "бледный со взором горящим" и мелкими глотками пил горячий кофе.
- А почему вы не квас употребляет? - закончив чтение довольно язвительно поинтересовался я у русского нациста, - это более отвечает национальному духу истинного славянина - ария.
- Тогда уж лучше пивка, от кваса меня пучит, - добродушно сказал доморощенный ариец, - но не могу, я за рулем.
И в свою очередь так же язвительно отреагировал:
- Извиняй дядя, но кумыс я тебе предложить не могу, в этом кафе его не подают.
О том, что у меня от употребления молочных продуктов наступает желудочное расстройство я конечно не сказал. Еще чего.
Это я попросил Вадима познакомить меня с национал-социалистами. Интересно на них глянуть воочию в обыденной обстановке. Тот обещал и выполнил мою просьбу. И вот я сижу в кафе и внимательно рассматриваю совершенно заурядного по внешности молодого человека. Смотрю, но ничего демонического в нем не нахожу, хотя в среде у него псевдоним "Брок" производное сокращение от места шабаша европейской нечистой силы горы Брокен.
- Рекомендация Макса, - между тем говорил мне Брок, - это очень солидно. Очень. Его все уважают. Крутой, по делу крутой. Ну спрашивай, чего тебе интересно?
- Россия для русских! - начал я, - Это ваш лозунг?
- Наш, - кивнул Брок, - а чё?
- …й в очко! - разозлился я, - или нормально без "чё" разговаривай или иди на…
- Ты дядя, - гневно покраснел Брок, - за словами следи. У нас за… в очко, режут. Кабы не Макс, я бы тебя за эти слова прямо тут уделал.
Разговор с арийцем не получался. Кричать, что уделать меня не так просто, глупо. Это надо делом доказывать, а оно мне надо? Я молча встал и проходя мимо арийца пошел на выход их кафе. Замедлил шаг, крутнулся на носках, рукой резко, но не сильно ударил его в горло, он захрипел. Я обратно сел за стол. Оно мне надо. Годы идут, навыки остаются, а этим приемом я со времен службы в армии пользуюсь. При необходимости конечно. Когда Брок отдышавшись хрипеть перестал я вежливо заметил:
- Если задел ваши чувства арийца и гомофоба, то прошу прошения, а вот за угрозу "уделать" вы получили по заслугам. Будем продолжать беседу?
- Нечестно, - потирая горло буркнул Брок, - исподтишка…
- Честно, - возразил я, - у вас преимущество в возрасте, мышечной массе, скорости реакций, а у меня только опыт и знания. И мой опыт говорит, что Россия для русских (если считать русскими: чудь; мерю и берендеев исконно живущих в центре русских земель) возможна только в границах Московского княжества шестнадцатого века, далее идут земли инородцев. Что по этому поводу скажите?
- А я ждал этого вопроса, - пристально глядя на меня сказал и потирая горло чуть усмехнулся Брок, - меня и Макс предупредил, что ты за фрукт, мой ответ готов, держи…
Достал из своего пакета небольшое яблочко, протянул мне и спросил:
- Сорт узнаешь?
- Яндык, - нехотя сказал я.
А Яндык это не только сорт яблок, это еще и название села на нижней Волге. Живут там русские, казаки, калмыки, казахи, еще в советское время приехали и мирно со всеми уживались несколько семей переехавших с Кавказа. Бедное село. Работы много, платят за нее мало, пьют. Все как и в других селах и не только на Волге, но и по всей стране. В нулевые когда еще залпами гремела на Северном Кавказе война, в село стали приезжать чеченцы, кто к родственникам кто к друзьям, кто просто так. Начались драки, ну разумеется по исключительно бытовым причинам. В жестоких драках, местных били, они давали сдачи, не хотели ложится под пришлых. Напряжение нарастало, а потом полыхнуло…
В ночь с 21 на 22 февраля 2005 года на сельском кладбище в Яндыках были повалены несколько православных крестов, был осквернен и разбит памятник Эдуарду Кокмаджиеву - калмыку, солдату, погибшему в Чечне. Село забурлило, начались сходы местных жителей, главное требование, выселить пришлых.