Сестры возмущались, а я впитывала мамины слова, как губка: любезность - идеал, любезные люди никогда не кричат, но и не пугают тебя молчанием. Будь любезным, и тогда ни с кем не надо будет ссориться. Но как это непросто! Ведь окружающие бывают такими злыми!
Когда я подошла к бару, Кирстен, разумеется, уже убежала, но незнакомая девчонка все еще была там. Ждала, пока бармен пробьет ей шоколадку. "Вряд ли что получится", - подумала я.
- Привет! - Девчонка посмотрела на меня. Непонятно было, о чем она думает. - Меня зовут Аннабель. Ты недавно переехала?
Довольно долго девчонка молчала. Из туалета за ее спиной вышла Кирстен и, увидев нас вместе, остановилась.
- Мы… - Мне стало совсем не по себе. - Мы, наверно, в одном классе будем учиться.
Девчонка поправила очки, подняв их немного выше.
- И что дальше? - спросила она тем же резким и ехидным голосом, что и в прошлый раз.
- Я просто подумала… Поскольку мы ровесницы, может, сходим куда-нибудь вместе? Погуляем, например, ну или что-то вроде того.
И снова молчание.
- То есть ты, - уточнила девчонка, - хочешь, чтоб я куда-нибудь сходила вместе с тобой?
Это прозвучало так глупо, что я тут же принялась искать пути к отступлению:
- Необязательно, конечно, просто…
- Нет! - резко перебила она меня и рассмеялась. - Ни за что на свете.
Будь мы с ней вдвоем, мне б ничего не оставалось, как только, покраснев, развернуться и пораженной вернуться к Кларк. Но с нами была Кирстен.
- Ну-ка, ну-ка! - повысила она голос. - Что ты сказала?
Девчонка обернулась и удивленно взглянула на мою сестру.
- А что не так? - Как же изменился ее тон! Со мной она разговаривала совсем по-другому.
- Ну-ка повтори, что ты сейчас сказала! - потребовала Кирстен.
"Ой-ой-ой!" - подумала я.
- Да ничего! Просто… - ответила девчонка.
- Это моя сестра! - Кирстен указала на меня. - А ты сейчас ей нахамила!
Я уже покраснела, и мне очень хотелось провалиться сквозь землю. Кирстен же положила руку на бедро - верный признак того, что все только начинается.
- Ничего я не хамила, - возразила девчонка, снимая очки. - Я просто…
- Хамила! И ты прекрасно это знаешь! - перебила ее Кирстен. - Прекрати выкручиваться! И хватит уже повсюду за мной ходить! Бесишь! Пошли, Аннабель.
Я как будто приросла к месту. Стояла и смотрела на девчонку. Она была так напугана, что сразу стало понятно, что ей действительно двенадцать. Кирстен схватила меня за запястье и потащила к своему шезлонгу. Я обернулась и увидела удивленную Кларк, смотрящую нам вслед.
- Поверить не могу! - твердила сестра, усаживая меня на свое место.
Молли выпрямилась, заморгала и принялась разглаживать смявшиеся завязки на бикини.
- Что случилось? - спросила она, и Кирстен подробно ей обо всем рассказала.
Я же взглянула на бар, но девчонки там уже не было. Она босиком, с опущенной головой, брела по парковке за изгородью позади меня. Все ее вещи остались на соседнем шезлонге: полотенце, обувь, сумка с журналом, кошелек и розовая расческа. Я все ждала, что она вернется, но нет. Девчонка упорно двигалась дальше.
Вещи весь день пролежали у бассейна. Я успела вернуться к Кларк и рассказать ей о случившемся. Потом мы долго играли в карты и купались, пока кожа на руках не сморщилась. Ушли Кирстен и Молли, забрали свои шезлонги остальные, засвистели спасатели, объявляя о закрытии. Мы собрались и, загорелые и голодные, побрели домой.
Я прекрасно понимала, что незнакомая девчонка не должна меня волновать. Она дважды мне нахамила, и не стоило ни помогать ей, ни жалеть ее. Но Кларк остановилась у ее вещей:
- Нельзя их тут оставлять. - Она засунула обувь в сумку. - К тому же нам все равно по пути.
Мне было что возразить, но тут я вспомнила, как незнакомка босиком одна брела по парковке. Я сняла с шезлонга полотенце и сложила его поверх моего.
- Ладно, пошли.
К счастью, в окнах прежнего дома Дафтри не горел свет и на парковке не было машины. Мы решили оставить вещи и уйти, но, когда Кларк хотела поставить сумку у входа, дверь неожиданно растворилась. На пороге стояла незнакомка.
В шортах и в красной футболке, с хвостиком. Без очков. Без босоножек на шпильках. Взглянув на нас, она покраснела.
- Привет! - поздоровалась Кларк, когда молчать дальше стало уже неудобно. А затем, чихнув, добавила: - Мы принесли твои вещи.
Мгновение девчонка недоуменно смотрела на Кларк. Возможно, она и вправду не поняла, что та сказала - нос у подруги как всегда был заложен. Я подняла сумку:
- Ты оставила ее у бассейна.
Девчонка настороженно взглянула на сумку, а потом на меня:
- А… Спасибо!
Позади нас промчались на велосипедах дети. Они громко кричали и звали друг друга, затем снова воцарилась тишина.
- Детка! Кто пришел? - послышался голос из темного коридора.
- Нет-нет, никто! - ответила девчонка. Вышла на крыльцо и захлопнула за собой дверь. Она быстро проскочила мимо нас, но все же я успела заметить: глаза у нее были красные и опухшие, по-видимому, от слез. И тут, как обычно, у меня в голове зазвучал голос мамы: "Всегда тяжело переезжать. Может, она просто не умеет знакомиться".
- Слушай, моя сестра… - начала я.
- Все хорошо, - перебила меня девчонка. Голос у нее сорвался, она отвернулась и закрыла рот рукой.
Я не знала, что делать, но Кларк уже извлекла из кармана шорт упаковку бумажных платочков, с которыми никогда не расставалась, вытащила один и протянула его девчонке. Та молча прижала его к лицу.
- Я - Кларк, а это - Аннабель.
Много лет спустя я буду постоянно вспоминать этот момент. Летом после окончания шестого класса мы с Кларк стоим за спиной незнакомой девчонки. Поступи мы по-другому, вся наша жизнь пошла бы иначе. Но тогда казалось, что это всего лишь очередное событие, совершенно обыденное и неважное. Девчонка перестала плакать и на удивление спокойно обернулась:
- Привет! Я - Софи.
Глава вторая
- Софи!
Наконец наступила большая перемена. Слава богу, хотя бы половина первого дня в школе позади. В коридоре было полно народу, звенели дверцы шкафчиков, гудел громкоговоритель, и все равно я отчетливо расслышала голос Эмили Шастер. Отчетливее некуда.
Она появилась со стороны лестницы и пошла по коридору. Ее короткие рыжие волосы сразу выделялись в толпе. Когда Эмили почти миновала меня, наши взгляды встретились, но лишь на долю секунды. А затем она поспешила к Софи.
С Эмили я познакомилась первая и поэтому надеялась, что, возможно, мы останемся друзьями. Но нет. Между нами как будто выросла стена, и преодолеть ее я была не в силах.
Конечно, Эмили и Софи - не единственные мои друзья. Есть еще одноклассницы и девчонки из модельного агентства, где я работала уже много лет. Но видимо, мое затворничество летом возымело больший эффект, чем я предполагала. После всего, что случилось, я решила ни с кем не общаться - лучше уж быть одной, чем слушать, как кто-то тебя осуждает. Не отвечала на звонки, старалась не встречаться со знакомыми в магазинах и кинотеатрах. Не хотела ничего вспоминать и поэтому ни с кем не разговаривала. В результате когда сегодня я здоровалась со знакомыми или пыталась прибиться к весело болтающей компании, то сразу ощущала холод и отчужденность, и мне приходилось извиняться и отходить в сторону. В мае я мечтала побыть одной. И вот мое желание исполнилось.
Ну и конечно, сказалась дружба с Софи. Я поддерживала подругу во всех ее мелких хулиганствах, каких было немало, и, естественно, большинство знакомых не бросились мне навстречу с распростертыми объятиями. Софи обидела немало девчонок, а кто-то из-за нее остался в полном одиночестве, и теперь они радовались, что и я испытаю на себе прелести ее гнева. Объявить бойкот Софи было ой как нелегко, почему бы тогда не объявить его мне?
Я вышла в главный вестибюль и остановилась напротив длинного ряда стеклянных дверей. Во дворе на газоне и на дорожках, сбившись в группы, стояли школьники: спортсмены, любители искусства, политики и прочего. У каждого - свое место. Мое же раньше было на длинной деревянной скамейке справа от главной дороги, рядом с Софи и Эмили. А теперь… Может, вообще не стоит выходить?
- И снова наступила осень, - пропел кто-то за моей спиной фальцетом.
Послышался хохот. Я обернулась и увидела у кабинета директора компанию футболистов. Изображал меня высокий парень с дредами. Он, как и я в рекламе, протягивал руку, а остальные смеялись. Парни просто валяли дурака, и раньше я б на них и внимания не обратила. Но теперь все изменилось. Я покраснела и вышла во двор.
И первым делом попыталась найти себе хоть какое-нибудь место. Справа на длинном кирпичном настиле, на почтительном расстоянии друг от друга, сидели двое. Сразу было ясно, что пришли они не вместе. Кларк Рейнолдс и Оуэн Армстронг. Выбирать особо не приходилось, поэтому я устроилась между ними.
Теплые от солнца кирпичи приятно грели ноги. Я вытащила из сумки завтрак: на этот раз мама положила бутерброд с индейкой, бутылку воды и нектарин. Я жадно попила и наконец решилась взглянуть по сторонам. На скамейке напротив сидела Софи. Наши взгляды встретились, и она ехидно улыбнулась. Затем покачала головой и отвернулась.
"Она меня презирает!" - мелькнула мысль, но я тут же прогнала ее прочь. Больно надо сидеть с Софи! Хотя вот уж не думала - не гадала, что окажусь между Кларк и самым злым мальчиком в школе.