Всего за 24.95 руб. Купить полную версию
– Во – первых, у меня черновые наброски, никто не разберет мои каракули. А, во-вторых, факса у меня нет. Не заработала еще на него…
– Ладно, – сказал Виктор, – перезвоню через полчаса…
Но и через полчаса ничего не изменилось.
– Ну, как дела? – вновь поинтересовался встревоженный Виктор.
– Все так же… Ну, не ругайся… Выход все-таки есть, – обнадежила собеседника Ирина, поглядев на шкаф с пылившейся на нем под самым потолком печатной машинкой…
– Какой? – обрадовался тот.
– Сделаем так: я сейчас засяду за печатную машинку. Потом сбегаю на почту – отправлю факс. Почта – рядом с домом, только дорогу перейти… Часа через два текст будет у тебя.
– Ирочка, ты прелесть… Я твой должник.
Ирина подставила стул, сняла тяжелую машинку. Поставила ее на стол, вышла за тряпкой. Затем стряхнула пыль с печатной машинки. Это была немецкая "Оптима", с которой Ирину связывало много воспоминаний.
Она обняла ее, как одушевленное существо, положив на нее голову…
– Ну, что? Тряхнем стариной? – и быстро-быстро застучала по клавишам…
К счастью, на почте в нужном окошке не было очереди. Почтовая работница быстро отправила факс. Выйдя на улицу, Ирина подошла к киоску с хлебом, накупила разнообразной выпечки и направилась домой. Она перешла дорогу с интенсивным движением транспорта и уже находилась в двух шагах от дома, когда вдруг сильно поскользнулась на тротуаре. Ей даже показалось, что в ноге что-то хрустнуло, когда она падала…
…В окошке травмопункта, расположившегося при районной поликлинике, регистратор, не оторвав даже взгляда от журнала с дежурными записями, потребовала у Ирины паспорт и страховой медицинский полис.
– Ой, а я полис забыла, – спохватилась Ирина, протягивая в окошко паспорт, и стоя на одной ноге в зимнем ботинке, а другую – в толстом шерстяном носке, держа в воздухе.
– Как это забыли? – метнула в сторону Ирины недружелюбный взгляд пожилая женщина.
– Ну, понимаете, я почти в шоковом состоянии от боли…наверное, перелом… – оправдываясь, говорила Ирина. – Но ведь в паспорте все написано, я живу в этом районе. И этой наш травмопункт…
– Да вы тут все с переломами и … в шоке – неизвестно от чего, – по привычке безразлично отозвалась регистраторша.
– Мам, я сейчас съезжу домой и привезу полис… – присоединилась к разговору Алина.
– Да-да, дочка сейчас привезет полис, – заверила регистраторшу Ирина.
Одна мысль о том, что из-за какой-то пластиковой карточки она не сможет попасть к врачу, приводила Ирину в ужас. К тому же, сильная боль делает нас беспомощными и не способными в адекватной форме давать отпор тем, кто, пользуясь нашей слабостью, откровенно хамит нам…
Регистраторша нехотя и лениво выписала талон.
Ирина, поддерживаемая дочкой, допрыгала до кабинета, у которого собралась огромная толпа "страдальцев".
Какой-то мужчина встал, уступая Ирине место.
Усадив маму, дочка собралась ехать за полисом.
– Не торопись, будь осторожна, так скользко на улице, – напутствовала Ирина дочь. – И захвати что-нибудь попить и почитать. Я чувствую, это надолго…
Отпустив дочку, Ирина огляделась по сторонам, рассматривая соседей по несчастью.
Прислонившись к стене, стоял паренек лет шестнадцати. Его привела мать, подозревая, что у сына сломана ключица… У него как-то странно и неестественно "зависло" плечо.
– Вот, поскользнулся на улице, – оповестила она собравшихся, занимая очередь и как бы требуя сочувствия от окружающих.
Еще были две старушки, одна из которых привела другую с повисшей, как плеть рукой. Та из них, что была здорова, склоняла плохо убранные улицы вместе с московским мэром и химическими реагентами.
– Вот вчерась по телевизеру сказывали… Закупили какуй-то химию…каких-то реагентов, – говорила старушка, делая в непонятном для нее слове ударение на букву "а". – Закупили на тыщи, а они все погнили… Сыплют-сыплют энти белые шарики, а толку нету… Люди падають шибко…
Еще были трое абсолютно здоровых, но подвыпивших парней, которые пришли за компанию вместе со своим четвертым – сильно избитым другом. Их начала ругать вышедшая из кабинета медсестра за то, что они сидят в медицинском учреждении, не снимая верхней одежды…
Еще был старичок, понуро сидевший, досушивая на воздухе зажатый металлическими зажимами рентгеновский снимок ребер…
Какой-то не совсем трезвый парень стоял под дверью кабинета и оповещал всех собравшихся, что он пойдет без очереди, потому что ему будут зашивать палец… С ним были готовы устроить потасовку четверо неразлучных друзей в кожаных куртках и черных вязаных шапочках…
Какая-то женщина возмущалась, что туалет закрыт на замок, а она уже четыре часа здесь сидит…
Под дверью врачебного кабинета в "Травмопункте" образовался некий социум, который жил своей жизнью: возмущался, охал, вздыхал…
Вот приехала милиция. Два молоденьких блюстителя порядка сопровождали троицу: сомнительного вида барышню с фиолетовым разводом под глазом и двух лиц кавказской национальности. Они, естественно, проследовали в заветный кабинет без всякой очереди. Оттуда какое-то время доносились ругань и крики. Потом все стихло. И криминальное трио, наконец, покинув кабинет врача, молча удалилась под присмотром милиционеров.
Потом приехала "Скорая". Врач "скорой помощи" привела своего пациента. Тоже без очереди.
Потом опять приехала милиция. Другая. С другими клиентами…
Казалось, не будет конца этой человеческой карусели.
– Не хотите хоть немного заглушить боль? – тихонько обратился к Ирине интеллигентного вида мужчина, сидевший рядом.
Он держал в руках небольшой, уже распечатанный пузырек коньяка. – Мне жена принесла, – как бы оправдываясь, сказал мужчина. – Я уже три часа здесь сижу… А боль невыносимая, – кивнул он на ногу свою ногу, обутую в домашний тапочек.
– Спасибо, – сказала Ирина, – но я потерплю. Мы женщины – вообще народ более выносливый. – И добавила, обводя глазами окружающих, – и как вам такая страховая медицина?
– М-да, – многозначительно отозвался собеседник.
Ирина прикрыла глаза и просидела так, пока рука дочери не коснулась ее.
– Ну, как ты? – спросила Алина, протягивая ей небольшую бутылочку минералки.
– Да я-то ничего, а вот движения никакого нет совсем, – сказала с отчаянием Ирина. – Очередь, что сидит на первичный прием к врачу, развернется потом в рентгеновский кабинет… А потом после рентгена – опять к врачу со снимками… Заколдованный круг…
Но все однажды кончается. Даже – "заколдованный круг".
Ирина лежала на кушетке, а медсестра заканчивала гипсовать ей ногу.
– Вы работаете, больничный нужен? – спросил молодой доктор.
– Работать-то я работаю, даже в нескольких местах, – невесело отозвалась Ирина, а вот больничный оплачивать некому…
– И такое бывает в нашей жизни, – понимающе кивнул доктор и, обращаясь к медсестре, попросил: "Танюша, завари мне чаю, а то в горле все пересохло".
Ирина лежала на диване, закинув загипсованную ногу на его спинку. Дочка сидела рядом.
– Ну, теперь у нас веселый период в жизни намечается, – сказала задумчиво Ирина.
– Под названием "костяная нога"? – попыталась пошутить дочка.
– Да уж. Пострадало "орудие производства"… Слава богу, голова на месте. Но планы придется пересмотреть. Так что поездку в Питер придется отложить…
– На месяц? – спросила Алина.
– Ну, что ты, дочка. Через месяц только гипс снимут. А там, как нога пойдет… Ведь все-таки перелом… Хорошо, что без смещения, как сказал доктор. И первое время я хромать буду. Думаю, два-три месяца понадобится, чтобы прийти в себя. Так что в Питер как раз к лету соберемся… Если они к тому времени вообще не передумают. Как хочется весны, лета, тепла… Как я не люблю московскую зиму, которая длится шесть месяцев в году.
– Хромоножка ты моя, хромоножка, – обняла маму дочка.
– Да, теперь от домашних дел тебе не отвертеться, – сказала Ирина.
Во время этого разговора большая красивая кошка сибирской породы запрыгнула на диван. Она стала ластиться к Ирине, а затем улеглась именно на загипсованную ногу, как бы прикрывая больное место всем своим телом.
– Ой, смотри, Марыся тебя лечить пришла, – сказала удивленно Алина и погладила кошку по спине.
– Надо же, – в свою очередь удивилась Ирина. Даже кошка меня пожалела… Ну, с такими лекарями и помощниками мне ничего не страшно, – сказала Ирина и попросила, – принеси мне три… нет, пять таблеток валерьянки… Я попытаюсь уснуть. А завтра утром напомни мне, чтобы я не забыла позвонить в издательство научно-технической литературы. То, чего я так не хотела, – Ирина вздохнула, – сейчас просто находка для надомницы с загипсованной ногой…
Ночью ей опять приснился тот же сон. Она опять заблудилась в неуютном, огромном современном здании, с длиннющими коридорами, нескончаемыми лестничными пролетами и лифтом, из которого выглядывает мужчина в шляпе и манит ее. А она все убегает, убегает от него, пока не оказывается, что бежит она уже по беговой дорожке стадиона… Сзади ей кто-то шумно дышит в затылок, а она все время почему-то хочет догнать, дотянуться рукой до того, кто бежит впереди нее в желтой футболке…чтобы тот повернулся и она увидела его лицо. Но он все время уходит. И уже из последних усилий Ирина хватает его за плечо, но молодой мужчина вырывается, а в руках у нее остается лишь кусок желтой материи…