Всего за 33.99 руб. Купить полную версию
Я пробормотал что-то невнятное, а ценительница моды уже дергала какой-то рычаг на приборной панели. Меня пихнуло в спину так, что я чуть не сунулся носом в эту самую панель. Трап втянулся внутрь. Дракон захлопнул пасть. Летчица ткнула в кресло второго пилота рядом с собой:
– У "сушки" жесткий взлет.
Я не стал ожидать еще одного приглашения и плюхнулся на потертое сиденье. Хорошо снова почувствовать себя человеком.
– А как тебя зовут? – осмелился я спросить наконец.
– Машура, – неожиданно сверкнула улыбкой летчица и надавила что-то на приборной доске. Если мое приземление в этом мире я не назвал бы мягким, то что сказать о взлете! Настрадавшееся тело тряхнуло и вжало в кресло десятью жэ. Тряска продолжалась, и я бы точно полетел на пол, если бы не размазавшая меня по спинке сиденья сила.
– Ты забыл пристегнуть ремни, – прощебетала Машура и дернула за рычаг в потолке. Меня швырнуло вперед – ощущение было такое, будто с меня встал слон. Точнее, его жэ… Рука летчицы поймала мое плечо прежде, чем я снова расквасил нос. Второй рукой она отчаянно дергала за всевозможные штукенции, украшавшие панель управления. "Стрекозел" не слушался, дрожал и заваливался то вправо, то влево. Я понял, что веревка размоталась до упора, и Су-13 сидит на "попугаевом" секаче, как на якоре. К картине должен был прилагаться натужный вой двигателей, но его-то я как раз и не слышал. Напряженную тишину в кабине нарушали только пощелкивание переключаемых рычажков и шорох стрекозиных крыльев за бортом. "На чем же эта "сушка" летает? – мелькнуло у меня. – На атомной энергии?"
Я снова начал серьезно беспокоиться за здоровье – как собственное, так и моей отважной спасительницы. Свистопляска земли и неба за ветровым стеклом, или как оно тут называлось, вызвала тошноту. Зажмурившись и вцепившись в подлокотники кресла, я беззвучно проклинал свою дурь: "В новом мире прошлялся какой-то час, и вот нате, уже полез советы давать! За язык-то кто тянул?" Дракончик дернулся в последний раз, накренился и вдруг – рванул в высоту! С перепугу я распахнул глаза. Мы неслись прямо в бирюзовое небо с зеленой ватрушкой солнца посреди. Тонированные стекла в кабине приглушали яркий свет, зато предметы за бортом виделись в несколько искаженных цветах. Скорость движения скрадывалась из-за отсутствия ориентиров, но у меня все равно захватило дух. Я ведь никогда раньше не летал! Моим самым острым связанным с воздухом ощущением был поход в Луна-парк в девятилетнем возрасте.
Машура напомнила о своем существовании, сунув мне в руки деревянный штурвал:
– Держи курс, я щас!
– Так я ж не умею!.. – возопил я, но девчонка уже исчезла за задней дверкой.
Я судорожно сглотнул и вцепился в штурвал обеими руками. "Стрекозел" дернулся, сзади послышались приглушенные стенкой проклятия, но мы не упали. Я сосредоточился на том, чтобы держать машину по возможности ровно. В общем, это оказалось не сложнее, чем играть на имитаторе полетов. По крайней мере, если лететь по прямой. Расслабившись, я даже начал рассматривать ландшафт внизу, но пока он был все такой же – однообразно унылый и каменный. Тут я понял, какое счастье мне привалило в лице Машуры и "стрекозла": пешком я бы из этой Дарры живым никогда не выбрался.
Тут девушка, легкая на помине, уселась в капитанское кресло и взяла управление на себя. "Ну вот, а я только вошел во вкус!" Выглядела она довольной, как слониха.
– Все в порядке? – робко поинтересовался я.
– Угу. Махайра в грузовом отсеке. Даже ни единой царапинки на ней. Мы на пути домой. Тяги в кристалле должно хватить, – радостно отчиталась Машура.
Ясно. Махайра – это, видать, секач лысого "попугая". У меня кожа пошла пупырышками при одном воспоминании о хищном "вжихе" над вихрами.
– А куда это – домой? – пошарил я глазами внизу, где все было бесприютно и голо.
– В Саттард.
И "стрекозел" заложил вираж.
3
Какое-то время мы летели без приключений, чему я был несказанно рад. Смотреть было по-прежнему не на что. Чистое небо, каменная пустыня да бегущая по ней, обгоняя "сушку", "драконья" тень – вот и весь пейзаж. В голове, напротив, кружилась карусель вопросов, но задать их я не решался. Сидел, скромно сложив руки на коленях, и украдкой разглядывал первую встретившуюся мне иновселенянку. Девчонка как девчонка. Загорелая, с ямочками на щеках, вздернутым носом и пушистыми ресницами. Если бы не чудной шлем, ее можно было бы принять за обычную девятиклассницу. Только вот ни одна из девиц в моей школе не умела водить "стрекозлов".
Болтанка кончилась, и желудок вернулся на положенное место. Он тут же напомнил о своих нуждах громким урчанием. Машура покосилась на меня:
– Ты когда ел?
А действительно, когда? Бутерброд с колбасой в обед – которого дня? Чтоб не затягивать с ответом, я ограничился неопределенным:
– Давно.
Летчица хмыкнула:
– Придется потерпеть до Саттарда. А вот попить предложить могу.
Я благодарно кивнул, и вскоре в пересохшую глотку уже лилась влага из оплетенной фляги. От горлышка я оторвался только тогда, когда высосал тепленькую водицу до дна. Видно, это было не совсем то, чего ожидал мой измученный желудок. Кабину огласили громовые раскаты отрыжки. Машура только головой покачала – похоже, я здорово упал в ее глазах. Хотя, как низко может упасть червь? Мне отчего-то казалось, что именно на его место девушка поставила бы меня в эволюционной цепи. А что? Голый, извивающийся на асфальте розовый тип с одноклеточными мозгами. Да, умел я произвести впечатление… Ну и чего теперь стесняться?
– Машура, а почему на меня напал э-э… каннам? – забросил я пробный шар.
Девушка только дернула плечиком:
– Ну, если ты этого не знаешь, то мне-то откуда?
Да, против логики не попрешь.
– А почему ты меня спасла?
– Что, зря? То-то я сомневалась!
Ух, эта особа могла бы открыть курсы по ехидству!
– Да нет, спасибо тебе большое! Извини, не успел поблагодарить…
"Попросту забыл", – со стыдом подумал я.
– Всегда пожалуйста. В Саттарде мы тебя откормим, а потом вампирам на мясо продадим.
– На кровь, – машинально поправил я, и тут эта самая жидкость заледенела у меня в жилах. Я уставился на профиль Машуры в поисках улыбки. Со скучающим лицом она всматривалась в горизонт, на котором как раз возникла робкая зеленоватая полоска. Я представил себе местный рынок, запруженный оголодавшими вампирами. Представил упитанных чужаков в алых шортах, сажаемых аборигенами на весы, и клыкастых кровососов, которые… С губ сорвалось жалкое "ой!", и я обмяк в кресле.
– Ну ты даешь! – летчица обернулась ко мне и постучала пальцем по шлему до боли знакомым жестом. – У тебя что, птички на крыше? Я же шучу! Вампов в наших краях уже давненько не видели, а со стефами мы хоть и торгуем, но вовсе не мясом.
Я тяжело задышал. Признаться, девица с ее юмором начала действовать мне на нервы.
– У меня не птички. У меня тараканы. И вообще, там, откуда я родом, меня Психом звали. Так что – поосторожнее на поворотах!
Машура сделала испуганные глаза и вдруг вывернула штурвал. "Сушка" завалилась на бок, мой желудок – за ней, а я – на пол между креслами. Тут обнаружились Машурины сапоги и конец ремня безопасности, который я так и не удосужился пристегнуть. Придерживаясь за него, я вытянул ладонь вверх, как поверженный гладиатор:
– Мир?
Маленькая рука ухватила меня повыше локтя и помогла усесться в кресло.
– Мир, Легкий.
Наши взгляды встретились, и мы рассмеялись.
Веселье мое, впрочем, быстро прошло. Упоминание о вампирах, вампах и таинственных стефах, вероятно, бывших из той же компании, повергло меня в уныние. Вот попал так попал! С каннамом я уже познакомился, к сожалению, даже слишком близко. Теперь оказалось, что этот мир населяют и другие существа, возможно, еще более кровожадные. И этой вселенной мне предстояло править?! У дамы в шляпе чувство юмора сродни Машуриному. Не удивлюсь, если они родственницы!
У девушки между тем настроение было великолепное. Она радостно щебетала, пока зеленая полоска на горизонте росла, превращаясь в луга и холмы:
– Я искала кристаллы. Увидела вспышки и стала снижаться – думала, это они блестят. А тут каннам! Представляю себе рожу Динеша, когда он увидит махайру! Считается ведь, что каннамы вымерли или мигрировали на Запад… Нет, Динеш точно от зависти собственный шлем слопает!
Из этой тирады я мало что уяснил, кроме того что волчок, очевидно, спас мне жизнь. Точнее, его солнечные зайчики.
– А кто это – Динеш? – поинтересовался я.
– Мой брат, – погрустнела Машура. – Старший и вредный. Скоро я вас познакомлю.
Почему-то захотелось сказать: "А может, не надо?" – но меня опередили:
– А у тебя это в первый раз?
Я захлопал глазами:
– Чего – в первый раз?
– Чего-чего, – передразнила Машура, – по Оси ходить, ясное дело.
Пораскинув мозгами, я припомнил, что дама в шляпе упоминала какую-то ось. Но если она и имела отношение к моему путешествию, то я скорее летал по ней, чем ходил. На всякий случай, решил подыграть девушке:
– А как ты догадалась?
Машура торжествующе фыркнула:
– Кто же еще посреди Дарро в голом виде шастать будет? Я сразу поняла – ты только что с Оси. По неопытности промахнулся, и тебя в пустыню занесло. А штукенцию эту ты где нашел?
– Какую штукенцию? – встревожился я.
– Круглую и полосатую, – терпеливо пояснила Машура. – Ты ее в карман спрятал.
Мне вспомнились слова дамы в шляпе: "Никому не показывай…" Что? Волчок? Интересно, а куда мне его было деть? В задницу засунуть?
– А-а, ты об этом… Это так, просто игрушка. Я ее с собой принес и вовсе не прятал…