Лев Толстой - Греческий учитель Сократ стр 5.

- Да как же вы не знаете? - сказал Сократ. - Переехал к тебе сосед, ни он тебя, ни ты его не знаешь; как тебе узнать, будет ли он хорошим другом: ждать ли, чтобы он тебе помог, или тебе помочь ему?

- Да, я думаю, лучше подождать, что от него будет, - сказал один.

- А он скажет, что и ему лучше подождать, что от тебя будет. Тогда уж вы никогда друзьями не будете.

- Правда твоя, Сократ, - сказал другой.

- Все мы хотим, чтобы нам люди добро делали, а сами начать не хотим, - сказал третий.

- Оттого–то и говорим, что быков хороших много, а людей мало. Да и как же им быть хорошими, коли мы сами не хотим быть хорошими и за то других укоряем, - сказал четвертый.

И сказал Сократ:

- Сами говорим мы, что людям вместе лучше. И вместе жить лучше в дружбе, чем в ссоре. Говорите, что дружба между людьми дороже всего, что дружба в том, чтобы делать добро людям. А делать сами добро не хотим, а только хотим, чтобы нам добро делали. От этого и живем мы вместе не в мире и радости, а во вражде и горестях.

IX. ЧТО НУЖНО ЗНАТЬ КАЖДОМУ ЧЕЛОВЕКУ?

Возвращался раз Сократ с работы и увидал, что в холодке собрался народ и много знакомых. Подошел к ним Сократ, поздоровался.

- А мы давно поджидаем тебя здесь, - сказали ему. - Садись: нужно нам с тобой поговорить.

Не успел Сократ присесть, как стали люди собираться к нему со всех сторон: кто шел мимо, останавливался; кому сказали на улице, что Сократ учит у стены, а кто и сам увидел и подошел. Мастеровые оставляли работу и шли на то место, где учил Сократ. Стали четыре человека спрашивать Сократа, чему обучать детей.

- Посоветуй, - говорят, - Сократ, чему нам учить сыновей. Подросли, хочется, чтобы из них люди были. Научи, как и чему их учить?

- А чему думали вы их учить? - спросил Сократ.

- А вот я думал отдать сына обучаться кузнечному ремеслу, - сказал один.

- А я своего к каменотесу. Вот и ты, Сократ, этим мастерством занимался.

- А я всю жизнь на земле работал; хотелось бы, чтоб и сын со мной работал.

- Мой сын к учению прилежен; желает учится лекарству.

- Все это хорошо, - сказал Сократ, каждому человеку нужно работать на пользу людям, и одному - одно, другому - другое. Да так ли? - спросил Сократ. - Если у нас все мастерства будут, все ли у нас будет, что нужно? Чего же еще? Понадобится дом, храм, пойдем к каменотесу, к плотнику; понадобится новые корабли строить, пойдем к плотникам. Ну, а понадобится жить мужу с женой, сыну со скупым отцом, брату с сердитым братом, соседу со злым соседом, хозяину с гордым гостем, человеку с чужим человеком. Какого мастера звать?

- На это мастерства нет, тут нужно только быть справедливым человеком, - сказал один.

- Тут годится и каменщик, и плотник, и лекарь, - сказал другой.

- Это дело всякий хороший человек понимать должен, - сказал третий.

- Так и выходит по–твоему, - сказал четвертый, - что, кроме своего мастерства, каждый человек должен еще понимать, как всякому человеку с людьми жить.

- Так и выходит, - сказал Сократ, - что, кроме своего мастерства, еще одно дело есть такое, что надо знать каждому человеку.

- Это дело уж как кому дано понимать, - сказал один. - Один умеет, другой нет.

- Этому не научишься, как мастерству, - сказал другой.

- Да и как научиться этому? - сказал третий.

- Этому нельзя научиться, - сказал четвертый.

- Удивительное дело, - сказал Сократ, - что нельзя того–самого, что нужнее всего. Скажи хоть ты, что тебе дороже - хорошо с женой жить или хорошие башмаки?

- Да я готов всю жизнь босиком ходить, только бы жить всегда согласно с женой.

- Ну, а что хуже - в ссоре с отцом быть или не носить богатого платья?

- Да, известно, что от всякого платья откажешься, только бы не было ссоры.

- А какая болезнь хуже - лихорадка или то, что тебя все люди не любят?

- Да уж хуже этой болезни нет.

- Ну, так и выходит, что то дело, которое всякому знать надо, дороже всех других дел, дороже и башмачного, и портняжного, и лекарского; и тем всем делам учиться можно, а этому, самому нужному и дорогому делу, и научиться нельзя. Звезды счесть и травы все узнать каждый человек может, а как ему с людьми жить, этого не может узнать. Так ли это?

- Да, должно быть, что–нибудь не так, - отвечали Сократу.

- И я так же думаю, - отвечал Сократ. - Жили люди прежде нас - не сказали ли они что об этом? Да вот хоть бы надпись на храме. Что там написано? Написали это в старину. Не про то ли самое, про что мы толкуем, как человеку с людьми жить?

- Там написано: "Узнай самого себя", а не про то, как людям жить, - отвечали Сократу.

- А может, и про то сказали: "Узнай самого себя". Может быть, если мы узнаем самих себя, то и узнаем, как нам жить.

- Растолкуй нам это, Сократ, - сказал один.

- Вы знаете, я не умею толковать, - сказал Сократ, - я только умею спрашивать, а вы мне сами растолкуете. Вот везут быки виноград. Ну, вот скажите мне: кто знает быков и кто знает виноград? Тот ли, кто будет есть говядину и виноград, или тот, кто знает, как водить быков и виноградники?

- Разумеется, тот, кто умеет водить.

- Ну, а чтобы хорошо водилась скотина и хорошо родился виноград, что надо знать?

- Надо знать, когда кормить, когда копать, когда подвязывать.

- А чтобы это делать хорошо, нужно знать, что нужно скотине и что нужно винограднику. Не так ли? Не то ли же и про себя? Мы знаем себя, когда знаем, что нам нужно. Знаем ли мы, что нам нужно?

- Как же не знать, что нам нужно? Это мы все знаем, - сказал один.

- Нет человека, который не знал бы, что ему нужно, - сказал другой.

- Теперь тебе что нужно? - спросил Сократ.

- Мне многое нужно, но нужнее всего мне богатство. Было бы у меня богатство, все бы было.

- Если бы у меня спросил, Сократ, я бы сказал не богатство, - сказал другой - а власть над людьми. Была бы у меня власть, у меня было бы и богатство.

- А мне, - сказал третий, - ни богатства, ни власти не нужно, мне нужно только жить безбедно и заниматься науками, и никто б мне не мешал и не отрывал меня от моего дела.

- А мне, - сказал четвертый, - нужно только то, чтобы я был славен и все почитали бы меня.

- Что ж это? - сказал Сократ. - Спрошу, что нужно, чтобы быки были сыты и виноградник хорош, - все скажете одно. А вот спросил, что человеку нужно, - все сказали розно. Вот видите, что не знаем мы сами себя, потому что узнать самого себя - значит узнать, что человеку нужно, да так, чтобы все были согласны. Ты говоришь, богатство нужно, - сказал Сократ. - Ну, все мы согласны с тобой. И нам нужно будет богатство. Как же мы разделим его? Согласен ты поровну разделить все?

- Нет, какое же это будет богатство? - сказал первый.

- Стало быть, нам и нельзя с тобой согласиться, - сказал Сократ. - Не согласимся ли во власти? Если нужна власть тебе, так и мне то же нужно. Как же мы с тобой будем властвовать друг над другом?

- Нельзя нам разделиться, - сказал другой и засмеялся.

- Так и с тобой не разделим, - сказал Сократ. - Давай же разберем с тобой, - обратился он к третьему, - можно ли по–твоему нам хорошо прожить. Ты говоришь, что тебе только нужно жить безбедно и заниматься наукой, потому что ты ее любишь. А мне вот нужно играть на флейте. Я это люблю. Хочу есть, пить, когда мне хочется, и играть на флейте и слушать хороших игроков, да так, чтобы мне никто не мешал. Что, коли я с тобою буду рядом жить? Как бы я не помешал тебе? Да и ты, когда станешь вслух говорить стихи, как бы ты не помешал мне? Ну, да, положим, мы разойдемся, но беда в том, кто нас с тобой кормить будет? Ты не станешь мне готовить, потому что ты любишь науки, и я тебе не стану готовить, потому что люблю флейту. Ты скажешь: мы рабам велим готовить. Да ведь и рабы захотят тоже на флейте играть и звезды считать. Как же нам тогда быть? Не подходит и твое дело. То, что тебе нужно, не всем людям нужно. И потому мы не узнали еще человека.

- Ну, а про мое что ты скажешь, Сократ? - сказал четвертый.

- Да твое слово хорошее, - сказал Сократ, - и ближе всех к делу. Ты говоришь, что тебе нужно только то, чтобы почитали тебя все люди. Это правда, и это всякому человеку нужно. Тебе нужно, чтобы я тебя почитал, а мне нужно, чтоб ты меня. Так и с другими. А как заставить людей почитать себя?

- Вот это–то и трудно, - сказал один.

- Да, это трудно, - сказал Сократ, - но в этом–то все и дело. Все, что вы скажете, все сходится к одному: к тому, чтобы люди делали нам добро и не мешали бы нам жить в свое удовольствие. Так ли?

- Так именно, - подтвердили все.

- Ты сказал, что тебе нужно богатство, ты сказал - власть, ты сказал - свободно заниматься наукой, ты сказал - почести. Все вы хотите, чтобы люди не мешали вам жить, делали вам добро, и всем другим то же нужно; стало быть, надо, чтобы добро для вас не мешало бы добру других. Мы заговорили про быков и про виноград. Если ты говоришь, что быку водопой нужен, то ведь ты не говоришь, чтоб ему нужно было затоптать колодец, так, чтобы другим пить мутную воду, и не говоришь, чтоб ему нужно было сбить весь корм под ноги, чтобы другим есть корм с навозом. Если ты говоришь, что виноградной лозе нужны простор и окопка, то ты не говоришь, чтобы надо было срезать и выкопать все соседние лозы. Так же и с людьми. Если мы узнаем человека и то, что ему нужно, то мы узнаем, чего ему не нужно делать. Не нужно этому человеку делать всего того, что мешает и вредит другим. Не так ли?

Все согласились.

- Точно так же мы узнаем и что нужно делать человеку. Все мы хотим, чтобы нам делали доброе, а доброе нам делает кто?