Но вскоре спокойное течение жизни Анны было нарушено. Как-то в воскресный день, когда Анна и Гликерия уехали в храм Святой Мамы, в покои царевны нагрянули её братья Василий и Константин. Поводом к тому послужило замечание Иоанна Цимисхия за трапезой:
- Из дворцовой библиотеки унесли в розовый дворец книгу по истории Руси, написанную вашим прадедом Константином Багрянородным. Кто взял её, пусть немедленно вернет в библиотеку и читает там. Таков неписаный дворцовый закон.
- Но мы с братом в библиотеку не ходим и книгу не брали, - ответил царь Василий.
- У вас большая любительница чтения сестра Анна, вот и спросите её, зачем ей понадобилось знать историю Руси.
- Мы так и сделаем, Божественный.
- Я на это надеюсь. А поскольку мы вспомнили о царевне, то, пожалуй, пора вернуться к разговору о её судьбе. Я вашу волю не угнетаю. Вы против того, чтобы выдать сестру замуж за сына Святослава - Владимира. Он ныне всего лишь удельный князек. Поэтому забудем о Руси и подумаем о другом будущем царевны Анны, о пользе для державы. Вы помните, что её руки добивался для своего сына германский император Оттон Первый. В чем же дело?
- Божественный, мы будем только рады, если германский император пришлет послов-сватов. Он обещал, но их нет и нет. Он боится обжечься во второй раз.
- Я дозволяю напомнить Оттону о нашей царевне. Пошлите Калокира, и на этот раз, надеюсь, император не обожжется. Может, кто-то из вас тоже наведается к Оттону, и тогда у него исчезнет повод для боязни. Действуйте, мои соправители, судьба царевны в ваших руках.
- Спасибо, Божественный. Мы будем думать и действовать, - ответил царь Василий.
В тот же день Василий и Константин явились в покои сестры. Искать книгу не пришлось. Она лежала на столе в Голубом зале, раскрытая на страницах, где описывалось время правления Рюрика и Олега, поход Олега на Киев. Но, рассматривая царственное произведение, братья не могли прикоснуться к его содержанию, к тому, о чем было написано в нем. Как и большинство мужей императорского рода и дома, они не умели читать и писать, но сильны были во владении мечом, копьем, луком. Этого у них было не отнять, особенно У ловкого в воинском искусстве старшего брата - Василия. Поэтому они с легким сердцем осудили сестру за приверженность к чтению и за то, что своевольно унесла книгу из императорской библиотеки.
- Вот как выдадим замуж, так и забудет о своих забавах, - нашел чем завершить осуждение сестры Царь Константин.
Старший, Василий, добавил озабоченно:
- Надо бы отучить её от посещения храма при монастыре Святой Мамы. Гликерии нужно внушить. Думаю, что это просто сделать. Надо всего лишь запретить настоятелю монастыря пускать её с царевной в храм. Я попрошу об этом патриарха.
- А если он спросит, зачем накладывать запрет?
- Чтобы не заразилась российской ересью. Там ведут службу молодые христиане, они же не избавились от влияния язычества. Отсюда и ересь. Да служители патриарха в том разберутся. Однако я думаю о другом. И впрямь, не выехать ли тебе вместе с Анной навстречу германским послам? То-то будет славно. Они же вот-вот должны появиться в пределах нашей державы, хотя это и не сваты. Но все равно донесут императору.
- Брат мой, это рискованно, и я боюсь, - возразил Константин.
- В чем ты видишь риск? И тебе ли, будущему военачальнику, чего-то бояться?
- Но ты же знаешь, что магистр Варда Склир в Малой Азии, а патрикий Петр без него уже покинул под натиском рати Святослава Филиппополь и отходит к Адрианополю.
- Господи, я это знаю, но забыл из-за нашей сестрицы. Грядет угроза Константинополю! - воскликнул Василий.
- По-другому и не скажешь!
- Но Божественный уже отправил гонцов к патрикиям за Босфор, чтобы слали легионы на помощь Петру. Сам василевс выезжает завтра к Адрианополю, и кому-то из нас придется ехать с ним.
- А вот тут я готов! - горячо воскликнул Константин. - И поведу легион, если позволит Цимисхий.
- Увы, братец, ты ещё молод. Он и мне того не дозволяет.
Взяв книгу, братья покинули покои сестры, отнесли фолиант в библиотеку и сдали хранителю.
- Теперь иди к Божественному, - сказал Василий Константину. - Я же отправлюсь в монастырь за непослушной девчонкой.
В сопровождении пяти воинов царь Василий выехал из Влахерна в город и удивился тому, что увидел на площадях и улицах. Всюду было довольно людно, и народ вел себя обеспокоенно, все куда-то спешили. От северных ворот по улицам двигались вереницы экипажей. Василий понял, что это беженцы, спросил выглядывающего из оконца кареты пожилого господина:
- Из каких мест спешите?
- Мы убежали от варваров из Филиппополя, - ответил господин.
Зябко стало Василию: Филиппополь в пяти дневных переходах от Константинополя. И Василий поскакал к монастырю Святой Мамы. "Заберу эту негодницу и немедленно отправлю в Никею под строгий надзор эпарха Анимаса", - в сердцах подумал возбужденный царь. Он доскакал до монастыря, спешился, проследовал во двор, направился к храму и вошел в него. В храме, кроме священнослужителей, никого не было. Василий попросил дьячка позвать настоятеля Иону. Тот вскоре появился из алтаря, и царь спросил его:
- Святой отец, не была ли сегодня в храме царевна Анна с услужительницей?
- Сын мой, государь, я видел их на утреннем богослужении. А как началась гроза, я вышел в ризницу, и, когда вернулся, их уже не было. Они же всегда стояли у амвона.
- Странно. Почему во время грозы ушли? Может быть, кто-либо из ваших услужителей видел, как они уходили?
- Все здесь, кто вел службу, - ответил Иона и подозвал к себе священника и дьячков.
- Мы все их видели, - произнес моложавый священник в монашеском облачении.
- Вместе с певчими мы исполняли канон чудотворцу Илье-пророку, в сей миг к ним подошли два инока, что-то сказали, и царевна с услужительницей вольно ушли с ними.
- А лики иноков не видели? - спросил игумен. Все молчали, припоминая.
- Нет, святой отец, не видели, - ответил за всех священник.
И тут из-за спин ближних вышел дьячок с жиденькой бородкой.
- Отче преподобный, я видел лик одного. Я стоял у окна, и он открыл капюшон, пока что-то говорил царевне. Суровый лик с черной бородой, глаза жгучие. Он показался мне воином Господним. Истинный крест. - И дьячок перекрестился.
- Откуда иноки пришли? - спросил Василий.
- Они вошли во врата храма, туда же и ушли. А больше мы ничего не знаем, - снова ответил священник.
Воцарилось молчание, лишь слышалось, как потрескивали свечи, потом настоятель Иона сказал Василию:
- Есть такие суровые воины Божий у патриарха в услужении. Может, к нему и увели вашу сестру.
- Патриарх её и во дворце бы увидел, если бы понадобилась, - заметил Василий и спросил: - А не увел ли их в свою келью отец Гликерии? Он ведь здесь в монахах.
- Отца Ивора в обители нет. Он с братией в горах собирает грецкие орехи, - ответил Иона.
- Спасибо, святой отец. Будем искать царевну, не иголка.
Василий поклонился игумену и покинул храм. Он поспешил во Влахернский дворец, при этом подумал, что надо бы встретиться и поговорить с митрополитом Андрианом, прежде чем идти к патриарху. Въезжая в городские ворота, он спросил стражей, не видели ли они царевну Анну. Нотарий - старший наряда - ответил:
- Утром она с госпожой Гликерией выехала из города, но не возвращалась.
Приехав во дворец, Василий поспешил в покои Анны, но и в них её не было. Он встретил только прислугу и наказал ей:
- Мидия, найди спафария Сфенкела. Прислуга ушла и долго не возвращалась. Василий потерял терпение. Когда Мидия пришла, он напряженно спросил её:
- Что так долго?
- Ваше высочество, спафария Сфенкела во дворце нет. Так сказал дворецкий Скилиций.
Василием овладело беспокойство: что могло случиться с сестрой? Он заторопился в свои покои, к брату, чтобы вместе отправиться на поиски царевны, но нашел его лишь на конном дворе, где тот выгуливал арабского скакуна.
- Беда у нас, Константин: пропала Анна, - сообщил Василий.
Тринадцатилетний брат побледнел:
- Куда она пропала? Ты был в монастыре?
- Был. Сказано служителями, что во время грозы к ним подошли два монаха и увели. Вот и все, что я узнал.
- Какие монахи? Может, Сфенкел что-то знает?
- Сфенкела нет во дворце. Настоятель монастыря Иона сказал, что монахи могли быть из услужителей патриарха. Давай вместе сходим к святейшему.
Но патриарха в эти дни в Константинополе не было: он пасторской рукой благословлял в сечи воинов под Адрианополем. И братьям в этот день не удалось разгадать загадку исчезновения сестры-царевны. Они не сумеют разгадать её за несколько лет отсутствия царевны Анны в Константинополе.