Когда он пришел в себя, над тайгой стыла морозная ночь. Холодные маленькие звезды с трудом продирались сквозь частую сетку ветвей. Чтобы видеть их - почему-то сейчас это ему было особенно важно, - он попытался стереть кровь с лица, но только размазал ее еще больше - руки его тоже были в крови. Он догадался погрузить ладони в снег, потер их одна об другую, зачерпнул пригоршню и протер глаза. Звезды засветились ярче.
- Ну, вот и ладно, - сказал он. - Проститься я с вами хотел.
И увидел Марию. Она сидела на краю обрыва, поджав ноги. Ее волосы были распущены по плечам, как тогда, когда они в первый раз остались наедине в ее каморке за печкой. Голое плечо ее угловато торчало из разорванного платья, ноги почему-то были босыми, и ни на ней, ни возле не видно было ее белого короткого полушубка.
- Маша! - еще не вполне доверяя своему сознанию, звал Шкет.
Она прислушалась, встрепенулась и босая метнулась к нему по снегу.
- Господи… Живой?! Да как же… Как же так? Я же видела… О, Божечка милостивый, помоги нам!
Она схватила его голову обеими руками - совсем как давеча волка - и прижала к наполовину обнаженной груди.
- Как же это? Он же тебя убил!
- Мы, воры, живучие, - с трудом произнес Шкет и попытался улыбнуться, но это не получилось: распухшие губы не двигались. Мария делала попытки прикоснуться к его телу. Наверное, чтобы ощупать его, но каждый раз в страхе отдергивала руки. Он же силился вспомнить, что с ними обоими произошло? И почему его тело перестало ему подчиняться, а каждое малейшее движение причиняет нестерпимую боль?
Вспомнил все, когда увидел мертвых волков. Пасти их были открыты, и кровь темными сгустками леденела на снегу.
- Где он?
- Ушел, - сказала она. - Ты ведь был… мертвый, он испугался…
- Он… бил… тебя? - по слогам произнес Шкет.
Она низко наклонила голову, чтобы он не видел ее лица. Он, с трудом ворочая языком, облизал пересохшие губы и попытался снова поддеть пригоршню снега, но на этот раз не смог. Мария сама набрала пригоршню холодного, колкого, пахнущего почему-то не зимой, а весной снега, осторожно приложила к его губам. Он с жадностью вылизал снег и, припав губами к ее ладони, по-собачьи лизал их, думая, что целует.
- Хочешь, я тебе свои стихи почитаю?
Ей показалось, что она ослышалась. Но он вдруг начал что-то тихо и складно произносить, прерываясь лишь для того, чтобы отхаркнуть очередной сгусток крови.
Ты лети в голубое небо.
Тебя примет чистая высь,
Только где бы потом я ни был,
Ты, пожалуйста, мне приснись.
"Господи, - подумала она, - откуда у этого мальчика такой талант?" И тут же вспомнила, что в лагере, еще в малолетке, он закончил не то семь, не то восемь классов.
А он не знал, слышит она или нет - произносил одними губами, но говорить громче не мог, не хватало воздуха:
В подвенечном воздушном платье
С золотою звездой во лбу.
Не забуду твои объятья
В самом черном страшном аду.
Слушая, она незаметно и осторожно отдирала его окровавленные одежды, но очень скоро поняла, что трогать его нельзя.
Начался обильный снегопад - вторично за ночь. Мария еще некоторое время пальцами счищала снег с лица своего друга. Затем, поняв, что он умер, села возле него и замерла. Очень скоро ею стал овладевать сон - она поняла, что замерзает, но шевелиться не было сил. Уже засыпая, услышала собачий лай, а немного погодя - скрип лыж по снегу. Сначала к ней подбежали две лайки - она видела загнутые колечком хвосты, затем скрип снега приблизился и оборвался у ее уха. Разлепив вторично веки, она увидела широкие концы самодельных лыж, обитых снизу шкурой росомахи. Такие лыжи имелись только у одного человека в округе - охотника Назара Долбасова. Но странное дело: лыжи остались на месте, а скрип продолжался. Приоткрыв глаза в третий раз, она увидела склонившееся над ней скуластое лицо, обрамленное редкими седыми волосами.
- Однако живая, - произнес человек и стал снимать с себя меховую парку, а потом - еще дольше - надевать ее на Марию, при всяком движении причиняя ей сильную боль. Далее она почувствовала, что ей раздвигают губы горлышком бутылки, и сама сделала большой глоток. Спирт ожег ей гортань и язык. Она на секунду задохнулась, но сон прошел. Она помогла Назару перекатить ее на лыжи и привязать к ним ремнями.
Потом все трое - Назар и обе его лайки - впряглись в постромки, и снег снова заскрипел возле уха Марии. И скрипел долго, пока она окончательно не заснула.
Снег шел остаток ночи и все утро и похоронил следы человека и его лыж и отпечатки лап собак. Но еще долго не мог скрыть от глаз тайги тело не то низкорослого щуплого мужчины, не то подростка и двух мертвых волков, почему-то брошенных охотником под старой лиственницей…
Примечания
1
После 1945 года в Эвенкии были переименованы многие поселки и стойбища. Автор дает их в прежнем названии.
2
Кумалан - коврик из оленьей шкуры, иногда из кусочков разного цвета.
3
Парка - верхняя меховая одежда, одинаковая для мужчин и женщин.
4
Аргишить - заниматься оленеводством, кочевать.
5
Белковать - охотиться на белку.
6
Белка, соболь, горностай, песец, лисица.
7
Пальма - нож на длинной ручке.
8
Амака - медведь.
9
Иргичи - волк.
10
Капканы.
11
Потакуй - переметная сума.
12
"Косая" - сотня, "кусок" - тысяча, "красная" - тридцатирублевая ассигнация.
13
Бригадир.
14
Вор в законе.
15
Любой наркотик, не обязательно тот, который нужно растворять.
16
Повторник - человек, отсидевший срок до войны и получивший новый, чаще уже по политической статье, но за ту же вину.
17
Последняя стадия физического истощения, дистрофия неизлечимая.
18
Сука или отошедший - вор, нарушивший воровской закон. После этого он переходит в другую "масть" - ссучившихся. По тем же "законам" каждый вор в законе обязан при встрече убить "отошедшего", иначе убьют его самого. Поэтому в тюремных камерах, а также на этапах и в ГУЛАГе суки и воры в законе сидят в разных вагонах.
19
Блатной жаргон.
20
БУР - барак усиленного режима, по сути дела, карцер.
21
Всех политических в лагере и тюрьме урки и охрана называли фашистами.
22
Вестка - деревня по-белорусски.
23
Карцер.
24
Мальчик.
25
С выбитым зубом.
26
Отбывающий срок не по уголовной, а по бытовой статье.
27
Медик, врач.
28
Вор в законе. Иногда - "честняк".
29
Молодой неопытный вор.
30
Членовредительство с целью задержаться в больнице.
31
Пиджак.
32
Ботинки.
33
Вообще всякие наркотики, но чаще те, что вводятся шприцем.
34
Полная "катушка" - срок зависел от статьи. Власовцам давали 25 лет ИТЛ, а иногда и каторги.
35
Отдельный лагерный пункт.
36
Карточная игра.
37
Божба.
38
Необходимый ритуал узнавания.
39
Сало.
40
Валенки, чаще укороченные.
41
Сундук.
42
Карманник.
43
Специалист по вскрыванию (ограблению) сейфов.
44
Блядь.
45
Верхняя одежда жителя севера, чаще из оленьей шкуры мехом наружу, без разреза спереди. Одевается через голову.