- Неладно вас высадили. Тут, в Кременце, полицаи появились. Я ваш самолет слыхал, потому и вышел из дому поране. А они-то, поди, и подавно учуяли. Уходить вам надо поскорее, такое дело...
Старик исчез в лесу вслед за девочкой. Наташа вернулась к своим.
- Кременец... При чем тут Кременец? - проговорила она, еще не совсем понимая, что произошло. И мгновенно сообразила, что Андрей с Таней говорили только что о том же самом. Теперь и на Танином лице Наташа уловила выражение угрюмой озабоченности.
- Да, неважно получилось, - сказал Андрей. - Зенитки эти, чтоб их... Поспешил летчик: высадил нас раньше, чем надо. Ну, рассказывай. Говоришь, полицаи кишмя кишат? А дед - молодец! Но уходить нам нельзя. Придется пока отсидеться. Сейчас мы далеко не уйдем.
Они долго сидели в ельнике, напряженно вслушиваясь в звуки проснувшегося леса. Потом Андрей выбрал поваленную сосну на берегу речушки. Заскорузлые корни, схваченные комьями засохшей земли, грозно торчали во все стороны - они были так устрашающе огромны, что между ними мог бы укрыться целый танк.
- Тут, под корнями, выроем землянку, - решил Андрей.
Он скинул рубаху, расстелил на траве и принялся энергично рыть землю. Лопата поминутно натыкалась на клубки корней - Андрей сильными точными ударами разрубал их. Землю он опускал на рубаху. Наташа с Таней, подхватив рубаху за рукава и полы, тащили ее вдоль берега и сбрасывали землю в ручей. Никаких следов не должно было остаться поблизости.
- Траву старайтесь не мять. Будьте воздушными, как балерины, шутливо подбадривал своих помощниц командир.
Немного спустя под корневищем появилась неприметная землянка. Тесная яма под старым деревом дала приют советским разведчикам. В тесноте, задевая друг друга локтями, они впервые после приземления перекусили.
Заканчивался первый тревожный день на оккупированной земле, такой знакомо доброй и такой настороженно чужой.
ЯМА ПОД СОСНОЙ
Ночью спали по очереди.
Проснувшись, как от внезапного толчка, Наташа увидела устремленные на нее немигающие глаза Тани. Нежная прядь у виска золотилась, подцепленная солнечным лучиком. И Наташа поняла, что наступило утро. Поднялась, преодолевая озноб, избегая взгляда Тани, хотя в нем не было укора - только тревога за нее, Наташу.
Привалившись боком к стене, похрапывал Андрей. Кажется, ночью он спал меньше всех, и даже теперь во сне с лица его не сходило выражение настороженности. Таня прижала палец к губам, и девушки ползком выбрались из своего убежища.
После застойной сырости землянки не угомонившийся с ночи ветер обдал терпкой свежестью. Пригибаясь, девушки побежали на журчащий говорок лесного ручья. От студеной воды прервалось дыхание...
Не сговариваясь, они пошли вдоль берега в надежде найти утерянный мешок, но переглянулись и остановились обе. Слишком рискованно было уходить сейчас от землянки, от Андрея. А вот и он сам - шагает навстречу, решительный, самоуверенный, отряхивает мокрые руки, и капли воды сверкают в темных кудрях. Похоже, проснулся сразу, будто и сквозь сон почуял их отсутствие.
- Надо уходить отсюда, - сказала Наташа. - С мешком прямо беда. Наткнутся немцы - начнут искать нас.
- Сейчас уходить опасно, - возразила Таня. - Разве можно вслепую бродить по лесу? Вон даже местные жители слышали гул нашего самолета, а немцы и подавно. Зенитки-то как палили...
Андрей согласно кивнул.
Он устанавливал рацию, наладил антенну.
Внезапно со стороны лесной опушки донеслись громкие голоса. Голоса приближались, вскоре можно было различить каждое слово.
Разведчики нырнули в яму под сосной.
- Не могли они уйти, здесь искать надо... Пройдем-ка берегом, донеслось до них. Потом заговорили по-немецки.
Таня и Наташа напряженно вслушивались: речь шла о мешке с патронами.