Всего за 199 руб. Купить полную версию
Глава 5
Прошло несколько недель. Все это время я провел в нервном напряжении и старался не выходить из дома без особой надобности. Каждый день по многу часов я сидел за компьютером, внося в свой роман последние штрихи. Мне хотелось довести его до совершенства. Я хотел удивить этот мир. Мечтал, что после выхода моей книги он уже никогда не будет прежним.
И когда роман был, наконец, закончен, я с облегчением выдохнул. В нем был смысл моей жизни, вся моя душа, весь я. Эта книга стала целым событием для меня, может быть, вообще самым важным из того, что я когда-либо делал и даже когда-либо сделаю в будущем. И как жаль, что мои эмоции не мог разделить никто из близких людей. Когда я пытался донести всю важность произошедшего до родителей или Наташи, когда прибегал к ним, такой радостный и счастливый, с горящими глазами, и очень эмоционально рассказывал – представляете, ВАУ, я это сделал! Я сумел! У меня получилось – они отвечали примерно одно и то же: "Да, Алексей, здорово. Ну а с работой-то что?"…
По воле общества, единым дружным строем,
Презрев и растоптав свои мечты.
Так ждем, когда начальник строгий
Обрежет крылья и наденет кандалы.
О чем после этого я мог с ними разговаривать? Чем делиться? Да вообще даже жить под одной крышей и дышать одним воздухом…Он был отравлен – так же как и их сердца, их разум, их души. Своим романом я хотел спасти и их тоже, подобно экзорцисту, крестом и молитвою изгоняющего бесов из несчастных человеческих созданий. Я хотел раскрыть их сердца, показать новые смыслы. Мечтал, чтобы они увидели свой потенциал, осознали миссию, с которой находятся здесь. Что есть нечто большее, чем быт, деньги, никому не нужная работа. Словами сделать этого не получалось, быть может, их глаза откроются благодаря книге?…
Я отправил ее в несколько издательств и отметил свой праздник в одиночестве. Обхватил себя руками за плечи крепко-крепко, весь сжался от умиления и прошептал себе несколько добрых, ласковых слов. Гладил себя по волосам, по щекам и подбородку, подбадривал и признавался себе в любви. А потом танцевал с воображаемой красоткой под воображаемую мелодию, но такую красивую, черт возьми, какую, пожалуй, и в жизни-то никогда не слышал.
А потом нажрался в хлам и уснул. Дело было сделано. Теперь оставалось только ждать…
Я не знал, сколько должно пройти времени. На литературных форумах писали по-разному. Кому-то отвечали через неделю, кому-то через два месяца, а многим не отвечали вовсе. Эта неопределенность немного нервировала, но еще больше меня выводили из себя бытовые хлопоты.
По сути я жил за счет Наташи. Мы ходили за ее деньги в кафе и кино, на ее же плечи легла и выплата моего кредита. Я испытывал огромное чувство вины. Наташа совсем не была обязана делать все это – она хотела быть слабой женщиной, рядом с которой находился бы сильный мужчина. Обеспечивал семью всем необходимым, решал возникающие проблемы, был лидером и надежной опорой. И я все время чувствовал свою неполноценность в этом плане. Я давал обещания – мол, с такого-то числа уж точно куда-то устроюсь, но не устраивался. Игнорировал ее просьбы, казавшиеся мне мелочными и не важными, я жил в каком-то своем мире, где было лишь творчество и ничего кроме него. Я не мог себя переделать. Не мог заставить себя выйти на обычную работу и рекламировать условные шампуни, чтобы постепенно возвращать ей долг и вкладывать что-то в наш совместный быт. Потому что и шампуни, и кредит, и совместный быт – я считал ничего не значащей мелочью по сравнению со своими глобальными замыслами. Освободите меня ото всей этой мишуры – дайте возможность творить, и я буду счастлив!
Но Наташа рассуждала совершенно иначе. Для нее любовь проявлялась в действиях – для меня в эмоциях. Она хотела денег – я поцелуев. Она хотела, чтобы я работал – я, чтобы она меня ласкала. Мы были словно из разных миров, и мне было очень грустно, что с каждым днем мы все больше отдаляемся друг от друга …
Впрочем, у меня тоже были свои причины для обиды. Ты – жена, ты обязана поддерживать своего мужа. Любые его проекты и начинания! Должна быть рядом, верить в него, восхищаться им. Безмерно и безо всяких условий. Спускаться за ним хоть в ад, потому что любишь его безмерно и не представляешь без него своей жизни. Наташа не голодала, особо ни в чем не нуждалась, денег от ее работы с лихвой хватало нам обоим. Просто она была чудовищно задавлена стереотипами – муж должен содержать семью. Муж – это твердое плечо. Муж – это…
Муж – это я, черт возьми. Такой, какой есть. Да, не идеальный, но ты вышла за меня, а раз так – иди за мной, верь в меня, ласкай меня, восхищайся мной, даже если я бедняк, бомж, зек, инвалид – плевать!
Женщины забыли о преданности. Они поучают, взрывают мозг, придираются к мелочам вместо того, чтобы закрыть свой рот и просто любить и вдохновлять. Быть кроткими музами. А еще запастись терпением и ждать. Может, и всю жизнь, если придется! Потому что рядом с тобой не рабочий завода, не офисный планктон, не скучный чиновник – а яркая творческая личность, которая творит историю и меняет мир. Мыслит в масштабах, которые тебе и не снились. Не о том, какую шмотку купить, в каком ресторане набить брюхо или на каком пляже погреть свою попу – а как помочь тысячам, миллионам людей, возможно, и не только в нашей стране.
Мне казалось это настолько элементарным, но до Наташи было не достучаться. Господи, да я бы с такой радостью завалил ее горой денег, чтобы она почувствовала себя счастливой. Чтобы я стал достойным ее любви. И между нами были только поцелуи, объятия, нежность и ласка – и никаких упреков, ссор, недомолвок, скрытого разочарования – а спокойная, счастливая жизнь в блаженстве. Пусть бы она покупала свои дорогие сумочки, шубы, драгоценности, набила бы деньгами подушки, выпотрошив из них весь пух и спала крепким сном с улыбкой на лице. Тогда бы она ценила меня, любила, гордилась и восхищалась мной. И я бы чувствовал себя нужным и любимым, а не каким-то приспособленцем, который со страхом ждет прихода своей жены – потому что снова не заметил крошки, не задернул шторы, не заработал денег, а только занимался какой-то никому не нужной ерундой – думал о спасении мира.
Были бы деньги – исчезли бы все придирки, никто бы не заметил этих несчастных крошек. Были бы деньги – Наташа проявляла бы гораздо больше нежности и чаще улыбалась. Были бы деньги – думаю, я стал бы для нее самым лучшим мужем, а она для меня – самой лучшей женой…
Деньги фонтанами бьют из земли,
И люди гогочут – от счастья пьяны.
Жрут они деньги и пьют, и ебут.
Укрывшись в сортире, ими же срут.
Но не было у меня этих бумажек, черт бы их подрал! А без них для Наташи теряло ценность и все остальное – нежность, поцелуи, объятия, мой внутренний мир. Она даже ни разу не спросила про мой роман – он не приносил денег, а значит, не представлял для нее никакой ценности…
Да и издательства как назло молчали. Впали в прострацию от великого труда, который попал им в руки? Заняты подсчетами грядущих прибылей? С момента отправки рукописи минула пара недель. И ни ответа, ни привета. Вообще ничего…Но я ждал. И это ожидание стало на время смыслом моего бытия.
Глава 6
Минуло еще несколько дней, абсолютно пустых и безрадостных. Все мечты рушились, как карточный домик. В мою честь не назовут города и улицы, не воздвигнут памятники, не покажут по телевизору, не напишут в газетах. Так и суждено умереть в забытьи, брошенным, ненужным, непонятым… Неужели я это заслужил, неужели по праву остался не у дел? Месяцы трудов коту под хвост. Я никогда не стану любимчиком женщин, к моим ногам не упадут великие мира сего. Мне придется самому заполнять жалкие квитанции, носиться как угорелому в поисках денег, прованивать потом, трястись в метро… стать таким, как все. Такой же пустышкой и марионеткой, такой же жалкой песчинкой и отбросом истории. Невыносимо! Этого просто не может быть…
Так хотелось успеха. До одури! До умопомрачения. И Наташа…Даже когда она не предъявляла претензий – все можно было прочитать по ее лицу. Считывать ее недовольство и разочарование было ужасно больно. Я постоянно был на каком-то нервяке. Когда мы шли в магазин, и она оплачивала продукты. Когда она рассказывала мне про начальника, который отстроил себе огромный дом или про подругу, которой муж подарил очередную дорогую сумочку. В каждой такой истории я видел упрек. Я не мог пригласить ее в кино, в кафе, у меня не было денег даже на цветы. Я весь сжимался внутри, чувствовал себя каким-то недочеловеком. Уродом. Все хорошие, а я – плохой. Всем так везет на хороших мужчин – а Наташа со мной страдает…
Я так завидовал молодым политикам, бизнесменам, спортсменам, артистам – всем успешным людям, многие из которых были значительно моложе меня, и, тем не менее, добились того, о чем я не мог и мечтать. У них были деньги, поклонники, про них писали СМИ. Иногда я предпринимал попытки встретиться с ними, и порой даже встречался. Хотел их заинтересовать, а если точнее – выклянчить работу и бесился, когда из этого ничего не получалось. Я был им не нужен. "Подумаем", "пока нет свободных вакансий", "будем иметь вас в виду на будущее"…