Всего за 189.9 руб. Купить полную версию
На перекрестке св.Евстафиябулочникиивиноторговцы
поднималижелезныешторы;красныефасадылавокбуравилизажженными
газовыми рожками тьму вдоль серых домов; Флоранразглядывалбулочнуюна
левой стороне улицы Монторгей, всю заваленную, словно позолоченную булками
сегодняшней выпечки; ему казалось, что он чувствует вкусный запахтеплого
хлеба. Это было в половине пятого.
Между тем г-жа Франсуа сбыла товар.Унееоставалосьещенесколько
пучков моркови, когда вновь явился с мешком Лакайль.
- Ну как, пойдет по одному су? - сказал он.
- Я так и думала, что мы свамиещеувидимся,-спокойноответила
огородница. - Что ж, берите остаток. Здесь семнадцать пучков.
- Это будет семнадцать су.
- Нет, тридцать четыре.
Они сговорились на двадцатипяти.Г-жаФрансуаторопиласьуходить.
Когда Лакайль удалился, унося в своем мешке морковь, она сказала Флорану:
- Видите, он следил за мной. Этот старик_уторговывает_все,чтони
есть на рынке; иной разждетпоследнегоудараколокола,чтобыкупить
товару на четыре су... Ох ужэтипарижане!Поднимутсваруиз-задвух
медяков, а потом оставят последнюю одежонку в кабаке.
Когда г-жа Франсуа говорила о Париже, в каждом слове ее звучалиирония
ипренебрежение,онарассуждалаоПариже,какокаком-тодалеком,
совершенно нелепом идостойномпрезрениягороде,гдеонасоглашалась
бывать только ночью.
- Ну вот, теперь я могу уходить, -продолжалаона,сноваусаживаясь
подле Флорана на овощи соседки.
Флоран понурил голову; он толькочтосовершилкражу.КогдаЛакайль
ушел, Флоран заметил упавшую на землю морковку. Он ее подобрал изажалв
правом кулаке. За его спиной пряно пахли связки сельдерея, груды петрушки.
Он задыхался.
- Я собираюсь уходить, - повторила г-жа Франсуа.
Она сочувствовала этому незнакомцу, понимала, что он мучается здесьна
тротуаре, ведь он даже не сдвинулся с места.Онасновапредложиласвою
помощь; но он и на этот раз отказался с какой-тоожесточеннойгордостью.
Он даже поднялся и стоял перед ней, чтобыдоказать,чтоонещесовсем
молодцом. А едва она отвернулась, он сунул морковку в рот. Но ему пришлось
потерпеть немножко, как исступленно ни хотелось вонзить в неезубы;г-жа
Франсуа снова глядела ему в лицо, продолжала расспрашивать сприсущимей
добрымлюбопытством.Флорантолькомоталголовойвответ.Затем
потихоньку, медленно он сжевал свою морковку.
Огородница уже было решилась уйти, когдарядомснейгромкийголос
сказал:
- Здравствуйте, госпожа Франсуа!
Это был худой, ширококостный юношаскрупнойголовой,бородатый,с
тонким носом инебольшимияснымиглазами.Егочернаяфетроваяшляпа
порыжела, потеряла форму, а наглухо застегнутое широченное пальто, некогда
светло-коричневое, теперь полиняло от дождей, оставившихнанемширокие
зеленоватые полосы.