- Твой сосед - человек гестапо. Остерегайся,- быстро проговорил он.
- Он сказал, что является венгерским коммунистом.
- Боюсь, он не знает, где Венгрия. Остерегайся. А мы, со своей стороны, примем меры, Мои друзья его уберут...
- Спасибо.
- За это не благодарят.- Отто, как всегда, чуть заметно улыбнулся: - Без такой взаимной выручки мы не могли бы жить, как без дыхания.- Он помолчал и, пристально глядя в глаза Баранникову, сказал: - Нам вообще надо установить тесный контакт. Я слышал, во второй пещере есть очень толковый русский майор Пепеляев. Ты его знаешь?
- Слышал о нем.
- Хорошо бы мне с ним связаться...
И вскоре эта связь была установлена.
А "венгерский коммунист", спустя два дня действительно исчез и в пещере больше не появлялся.
Одна из пещер, находившаяся на южной стороне горы и имевшая прямой выход на поверхность, называлась санитарным бункером. Санитаром там работал связанный с подпольщиками чех Карел Зубка. В организацию его вовлек Иржи Стеглик, который и здесь работал писарем в канцелярии. Санитарный бункер стал местом свиданий подпольщиков. Для этого Стеглик в список дежурных уборщиков бункера включал тех, кому необходимо было встретиться...
На заводе вступила в действие фаза "заселение". Начался монтаж оборудования. Стеглик через уборщиков сообщил, что лагерное начальство начало готовиться к отбору заключенных, которые останутся работать на заводе. В ответ на это руководящий центр отдал приказ всеми способами замедлять строительство завода, разъясняя заключенным, что время стройки для многих - срок их жизни.
Два серба, занятые на взрывных работах, сумели похитить заряд взрывчатки. Они заложили его под бетонные плиты, которыми укреплялись стены главного входа на завод. Действовавший вместе с сербами француз, работавший на монтаже электропроводки, подключил взрыватель заряда к линии освещения, а концы подключения вывел в потайное место. В нужный момент можно будёт произвести взрыв, устранение последствий которого потребует немало времени. Так была подготовлена первая большая диверсия. Руководящий центр выжидал выгодного момента для ее свершения.
В подземном зале, который назывался "цехом № 5 второго сектора", заканчивалась подготовка бетонных площадок для станков. Здесь проводила диверсию другая группа заключенных...
Страшное зрелище представляла собой эта гигантская пещера. В ярком свете прожекторов копошились люди. Они работали по пояс голые. Их невероятно худые тела с резко проступавшими костями лоснились от пота - вентиляция еще не была включена, и в пещере стояла жаркая влажная духота. Воздух был так насыщен влагой, что в скрещении прожекторов вспыхивали радуги. Лязгание металла, человеческие голоса - все звуки были здесь приглушенными и непривычными. Время от времени включался мощный динамик, через который руководитель работ отдавал распоряжения. Этот нечеловеческий голос звучал оглушительно, точно рев великана, командующего пигмеями.
Войдя в цех, Баранников сразу понял, что здесь происходит что-то тревожное. Большинство людей не работали, угрюмо наблюдая за группой немецких инженеров, стоявших возле бетонной площадки, еще схваченной деревянной опалубкой. В центре группы был сам главный инженер, доктор Гросс.
Один из инженеров тыкал палкой в мягкий бетон и возбужденно говорил что-то Гроссу. Потом все они перешли к следующей площадке, и там произошло то же самое - инженер тыкал палкой в бетон и говорил что-то главному инженеру.
Баранников догадался, что случилось, и сердце его тревожно забилось. Возле него точно из-под земли возник Демка.
- На нескольких площадках бетон не застывает,- прошептал Демка.- Главный приказал взять пробу бетона и отправить куда-то на анализ.
- Быстро к Степану Степановичу,- приказал Баранников.- Скажи ему, что анализ могут взять прямо из мешалки.
Степан Степанович работал на бетономешалке, он был там за старшего в бригаде.
Демка тоже числился в этой бригаде бетонщиков. Но, являясь теперь осведомителем главного гестаповца "Зеро" Вальтера Шеккера, Демка располагал полной свободой и мог бывать всюду. Этой возможностью он широко пользовался и был надежным связным между подпольщиками.
Еще месяц назад Степан Степанович сказал Баранникову, что есть возможность делать бетон, который будет застывать медленнее. Убедившись, что Степан Степанович диверсию эту рассчитал точно и она почти безопасна, Баранников одобрил его план. Вскоре немцы, конечно, заметили, что бетон застывает медленнее, но они объясняли это влиянием специфической атмосферы подземелья и большой влажностью грунта.
Теперь, судя по всему, немцы заподозрили неладное...
Непосредственным начальником Баранникова на монтаже станков был немецкий инженер Шарк, пожилой человек, очень страдавший от астмы. В подземелье он буквально задыхался и поминутно выбегал наружу. Может, поэтому Шарк не раз открыто говорил Баранникову, что он возмущен условиями, в какие поставлены здесь люди, и заявлял, что вообще все это не имеет никакого отношения к подлинной немецкой инженерии. Уже не раз Баранников узнавал от Шарка такое, что представляло для подпольщиков большую ценность.
Сейчас, увидев Шарка, торопливо шагавшего к выходу из пещеры, Баранников пошел вслед за ним. В так называемом приемном зале вентиляция уже работала, и здесь Шарк присел на ящик. Лицо его было в крупных каплях испарины, он сипло дышал, держась рукой за грудь. Баранников почтительно остановился в нескольких шагах и ждал, когда инженер придет в себя. Шарк задышал ровнее, вынул пестрый носовой платок, вытер им шею, лицо и, оглянувшись, увидел Баранникова.
- Что у вас? - спросил он хриплым голосом.
- Хотел узнать, господин Шарк, будут ли сегодня монтажные работы.
- Площадки не готовы,- вздохнул Шарк и тихо добавил: - Будь все это проклято!
- А в чем там дело?
Шарк раздраженно рванул галстук и расстегнул крахмальный воротничок рубашки:
- Не только люди - бетон задыхается в этом аду.
Баранников промолчал. Он всегда молчал, когда Шарк
начинал говорить что-либо подобное.
Мимо них прошел инженер, неся на фанерном листе несколько кучек бетона. Шарк кивнул ему вслед:
- Понесли на экспертизу. Доктор Гросс думает, что совершается вредительство. А ваше мнение?
- Я в бетоне совершенно не разбираюсь,- ответил Баранников.
Шарк внимательно посмотрел на него:
- Эсэсовцы сумеют найти вредительство и там, где его нет.- Он тяжело встал.- Черт бы побрал все это дело! В общем, работы сегодня не будет. До свиданья!
Инженер медленной, шаркающей походкой направился в цех.
До вечера новых событий не произошло. Заключенные вернулись в свои пещеры. Но вскоре выяснилось, что работавшие на бетономешалках остались на поверхности. Демка взволнованный, подошел к Баранникову.
- Я пойду туда, там батя Степа,- сказал он,
- Останешься здесь,- приказал Баранников.
В глазах Демки вспыхнул огонек упрямства, но, натолкнувшись на строгий взгляд Баранникова он опустил голову и присел рядом с ним на землю.
- Батю Степу жалко. Вчера он всю ночь кашлял,- сказал Демка.
У Баранникова подкатился комок к горлу. Он погладил Демкину жесткую, как щетка, голову, Паренек скосил на него удивленный взгляд и улыбнулся.
В пещеру вбежал капо, по прозвищу "Свечка". Он отыскал глазами Демку и сделал ему знак выйти...
Оберштурмфюрер Шеккер стоял в халате перед радиоприемником и слушал музыку. Показав Демке на стул, он продолжал с блаженно закрытыми глазами покачиваться перед радиоприемником. Когда в динамике загрохотали аплодисменты и бархатный женский голос заговорил на непонятном Демке языке, Шеккер выключил приемник и сказал:
- Это была передача из Парижа. Видишь? Мы находимся в Париже, и французы не делают из этого трагедии. Ходят на концерты, аплодируют.- Он сказал это, смотря на приемник и точно размышляя вслух. Потом резко повернулся к Демке: - Какие новости?
- Что-то случилось с бетоном,- мгновенно ответил Демка.
- Об этом знают все?
- Да нет,- усмехнулся Демка.- Откуда им знать? Это я все знаю.
- Ты молодец! - Шеккер взял со столика вазу с печеньем и протянул Демке: - Как ты думаешь, кто саботажники?
- Вот это я не знаю...
Шеккер поставил вазу на место, не обратив внимания на то, что Демка не успел взять печенье.
- А болтаешь, будто знаешь все,
- Я же в технике, господин начальник, ничего не соображаю.
- А тут никакой техники нет. Просто какие-то негодяи из ваших затеяли саботаж, рассчитывая, что их не‘поймают. Но это вопрос очень короткого времени. Поймаем и расстреляем. Ты знаешь всех работающих на бетономешалках?
- Знаю. Только одних лучше, а других хуже.
Зазвонил телефон. Шеккер взял трубку и некоторое время слушал, что ему говорили. Лицо его стало злым. Потом он сказал:
- То, что анализ засыпки ничего не дал не имеет значения. Саботаж налицо. Я не химик, но я отвечаю за порядок. Мы расстреляем одну бригаду, и это будет нашей пробой на анализ.- Шеккер бросил трубку.- До чего безрассудные люди! Что может быть бессмысленнее борьбы с нами здесь? Этот бетон им дорого обойдется!
- На одной из машин и я работаю,- тихо обронил Демка.
- Так, может, это ты и портил бетон? - с притворной строгостью спросил Шеккер.
- Мы ничего не портили, господин начальник. Мы работали, и все.
Шеккер подумал и сказал:
- Ты завтра из пещеры не выходи. Скажи, что болен. Я прикажу капо.
Демка испуганно посмотрел на Шеккера:
- Нет, я пойду. Я должен пойти. Они сразу догадаются, почему я остался.
- Не валяй дурака! Приказано остаться, и всё. А теперь иди!