– От этой компании отдыхающих я и не ожидал более разумного разговора, – сказал директор. – Все они толковые люди, но, когда приезжают сюда, у них словно крыша едет. Наверное, здесь такой воздух.
– Полагаю, капитан Флогг никогда не ходит на такие вечеринки.
– Он настоящий хмырь. У него есть большая собака, которая рыскает по дюнам, словно собака Баскервилей, и я всегда держу ружье наготове. Если когда-нибудь я увижу эту собаку на моей части побережья, она получит пулю! Прямо между глаз!
– Я открыл ящик Пандоры, сказав, что собираюсь делать пристройку, – произнёс Квиллер.
– В самом деле ты же не хочешь этого делать?
– Мне необходимо больше места. Дом хорош для того, чтобы проводить в нём выходные дни или короткий отпуск, но недостаточно просторен, чтобы жить здесь всё лето. А ты когда-нибудь нанимал халтурщика?
– Около двух месяцев назад, – ответил Комптон. – Он отлил железные листы для гаража на две машины, начал устанавливать их и… смылся. Я делал всё, чтобы найти его, разве только не нанимал частного детектива. Этот халтурщик – один из тех бродяг, которые появляются здесь в тёплое время года. Пришлось оставить ему записку в таверне "Кораблекрушение". Но там его не видели уже около пяти недель. В итоге мы остались с недостроенным гаражом и не можем найти никого, кто согласился бы закончить это проклятое строительство.
– Твои слова не очень-то обнадеживают, – сказал Квиллер.
– Чтобы поверить, нужно испытать это на собственной шкуре.
– Кто-то упомянул имя Большого Лу…
– Не связывайся с ним! Возможно, тебе приходилось видеть, как он с важным видом расхаживает по городу, – силач, который считает себя строителем. Ему достались в наследство хорошие инструменты, но он даже не знает, с какой стороны ударить по гвоздю.
– А чем он зарабатывает на жизнь?
– Ему нет необходимости делать это. Все песчаные карьеры в округе принадлежат этой семье.
Закат был великолепен: огненный шар, казалось, постепенно тонул в озере, окрашивая его в кроваво-красный цвет. Начали доставать комары, и гости направились в дом, чтобы поиграть в карты. Квиллер предложил Милдред уйти.
– Пойдём ко мне и сделаем мороженое, – в свою очередь предложила она. – Я всё ещё не наелась. Ты заметил, что на этой вечеринке было тринадцать человек? Это не к добру.
– Мы все отравимся картофельным салатом, – смеясь, предсказал Квиллер. – Ты случайно не разговаривала с девушкой в белом платье? Её зовут Расселл. Она похожа на лунатика.
– Я ничего о ней не знаю, – сказала Милдред. – Ты видел её глаза, когда она сняла солнечные очки? В них кроется какая-то тайна.
– Наверное, она прилетела на одном из этих НЛО. – Ты не веришь в существование пришельцев, – упрекнула его Милдред. – Но погоди, ты ещё увидишь всё собственными глазами.
Когда они пришли к Милдред, она подала домашнее ванильное мороженое с клубникой и с какими-то хрустящими зёрнышками.
– Как ты думаешь, что это за зёрнышки?
– Похоже на сухой корм для кошек, – сказал Квиллер, – но всё равно вкусно.
– Это моя каша, я ем её по утрам с молоком и бананами. А что ты ешь на завтрак, Квилл?
– Я не ем каш с двенадцати лет.
– Тогда я дам тебе с собой немного. – Милдред всегда угощала друзей собственными кулинарными изделиями. – А теперь расскажи мне, что ты там собрался пристраивать?
– Ничего особенного, только комнату, где можно будет сидеть и работать, а также помещение для котов. Ты можешь в общих чертах нарисовать план, чтобы я мог показать его строителю?
– Конечно, это очень просто, – сказала Милдред. – Я могу также нарисовать план в разрезе. Дом ты не сможешь перекрасить, поэтому тебе придется делать пристройку из досок и потом покрасить их под цвет брёвен.
Пока они обсуждали всякие детали и Милдред делала наброски, прошло больше времени, чем предполагал Квиллер. Когда он наконец собрался домой, Милдред дала ему упаковку со своей кашей и одолжила фонарик.
– Не ударься о скалу, когда будешь проходить мимо мыса Чаек, – предупредила она и брызнула на него из флакона какое-то средство от комаров. – И смотри не пропусти пришельцев! – озорно добавила Милдред.
Возвращаясь к себе, Квиллер твердо верил, что ему удастся найти строителя с хорошей репутацией, не обращаясь ко всякому сброду. У него имелись связи в Пикаксе, в его распоряжении были деньги Клингеншоенов. Кроме того, в своё время он оказал немало услуг и отдельным людям, и различным фирмам. У него не должно возникнуть никаких проблем.
Квиллер взобрался по песку на холм, обошёл вокруг своего дома, решив войти через заднюю дверь.
– Вот и я! – громко сказал он. – А где же встречающая делегация? Черт возьми! – Он споткнулся о тот самый коврик, который прикрывал люк. Он лежал ужасно измятый.
Включив свет, Квиллер поискал глазами котов. Юм-Юм сидела на диване, боязливо сжавшись, и он сразу понял, что что-то неладно, и тут же на каминном коврике увидел нечто напоминающее конфетти. Оказалось, это разорванная на мелкие кусочки газетная страница! На одной стороне был рассказ об утонувшем Бадди Ярроу, а на другой – его, Квиллера, колонка, посвященная Суитч, собаке электрика. Теперь, конечно, ничего нельзя было разобрать.
– Где ты прячешься? – крикнул Квиллер.
Что-то зашевелилось у него над головой, и он внимательно посмотрел на камин, потом перевёл взгляд на каминную доску: большой брус, вытесанный из двадцатифутовой сосны. Коко не оказалось ни на каминной доске, ни на стропилах. Он сидел на лосиной голове, между рогов, гордо изогнувшись, и жмурился от удовольствия.
– Ну и что ты хотел мне этим сказать? – укоризненно спросил Квиллер. – Я ничего не понял. Зачем ты притащил коврик к задней двери? Я споткнулся о него и мог бы сломать себе шею.
Коко зажмурился и принял ангельский вид.
– И всё-таки интересно, – бормотал Квиллер, убирая бумажки. – Почему вдруг Коко устроил такой беспорядок?
ТРИ
Если бы в понедельник утром Квиллер прочитал свой гороскоп, он вполне мог бы никуда не звонить. Большинство отдыхающих читали гороскоп в газете "Утренняя зыбь", которая ежедневно поступала в Мусвилл из Центра. В понедельник этот гороскоп давал своим читателям-Близнецам следующие рекомендации:"Прислушайтесь к советам друзей и коллег. Не пытайтесь ничего делать сами".
К сожалению, Квиллер никогда не читал гороскопов. Сначала он позвонил в Пикакс, в строительную фирму "XYZ", и Дон Эксбридж сказал: "Я бы с радостью оказал тебе эту услугу, Квилл, но у нас не хватает рабочих, и если мы уложимся в сроки контракта, это можно считать чудом. Мы, того и гляди, потеряем большую сумму денег".
Потом Квиллер позвонил в "Мускаунти Констракшн", вторую по величине строительную фирму округа, и его уверили, что с удовольствием поработают для него, но только следующим летом. И в довершение ко всему директор фирмы "Кеннебек Билдинг Индастриз" объявил, что Квиллер оказывает им честь, предлагая сделать пристройку к дому Клингеншоенов, и они рады взяться за эту работу, но не раньше сентября.
Квиллер же хотел иметь пристройку в июле, а не в сентябре. Его настроение ухудшилось ещё по двум, казалось бы незначительным, причинам. Во-первых, ужасно чесались укусы насекомых на левой ягодице – даже дорогая мазь, рекомендованная мусвиллским аптекарем, не помогала. Это бы ещё ничего, но в кухне снова стала протекать раковина!
Квиллер позвонил Глинко и вылетел из дома злой и раздраженный, надеясь, что прогулка по побережью успокоит его.
Гуляя, он вдруг осознал, что большую часть своей жизни он довольствовался скромными средствами, а теперь, получив в своё распоряжение огромные суммы, ведёт себя словно избалованный ребенок. Пытаясь не причинить себе боль, Квиллер осторожно сел на бревно, которое вынесло на берег штормом. По озеру пробегала легкая рябь, и волны успокаивающе плескались о берег. По песку бегали перевозчики. Пронзительно кричали чайки.
Их было необычно много, особенно у мыса. Видимо, там что-то происходило. Квиллер медленно пошёл в ту сторону, стараясь не спугнуть птиц, и в ивовых зарослях увидел невзрачную женскую фигурку в коричневых спортивных штанах и свитере. Женщина стояла у края воды и бросала корм истерически кричавшим чайкам. По чёрным коротким волосам и замедленным движениям он узнал в ней Расселл. Чайки, как сумасшедшие, отбирали друг у друга на лету лучшие куски или камнем падали вниз и выхватывали пищу у неё из рук. Расселл разговаривала с ними на каком-то непонятном языке.
Квиллер наблюдал за происходящим, пока Расселл не скормила птицам всё, что у неё было с собой, после чего она медленно побрела в сторону коттеджей.
Глядя на спокойное побережье и чаек, Квиллер успокоился и тоже пошёл домой. Было довольно трудно карабкаться по песку к дому. Ноги вязли, и он, чуть приблизившись к вершине, снова съезжал вниз. На берег осыпались груды песка. Большинство местных жителей сделали ступеньки, чтобы предотвратить эрозию почвы. Но ведь для этого надо найти плотника…
На лужайке появился знакомый фургон, и вот Джоанна уже в кухне.
– Ты ведь недавно сделала ремонт, так почему раковина опять протекает? – спросил Квиллер с оттенком упрёка, пока Джоанна копалась под раковиной.
– Вам нужно поставить новую трубу. Старая никуда не годится.
– Тогда почему ты раньше не сказала об этом? Почему ты не поставила новую трубу?
– Именно этим я сейчас и занимаюсь, – просто сказала Джоанна. Присев, она что-то рассматривала под раковиной.
Увидев счёт, Квиллер спросил:
– А за какую это трубу я плачу? За золотую, что ли?