Веденеев Василий Владимирович - Дикое поле стр 19.

- В Порте есть определенные силы; живущие войной и всегда готовые к захвату новых земель и рабов. Но есть и другие, и их немало: они предпочитают наверняка удержать то, что уже есть. Эти всегда за мир. Придется 6алансировать между ними, как плясунам на канате. А турки не любят шутить, любезный синьор! В случае неудачи заговора наши головы украсят пики каких-нибудь янычар. Да и возможно ли нам, двум европейцам, устроить заговор в столице султана? - Он достал маленький кружевной платочек и вытер покрывшийся испариной лоб. Помолчал немного и тихо добавил: - Но я сделаю все, что в моих силах.

- Я и не ожидал иного, - кивнул Джакомо. - Отец Паоло высоко ценит ваш опыт и знания. Давайте не будем торопиться и хорошенько все обдумаем. Вдруг, султан и без нас решится на войну? Можем мы об этом узнать?

- Конечно, но только когда объявят его фирман, то есть указ, - усмехнулся Рибейра. - В гарем, как вы понимаете, даже нечего думать проникнуть - это неминуемая смерть. А слуги у султана глухонемые.

- Что, действительно?

- Да.

Белометти задумчиво побарабанил пальцами по подлокотнику кресла: похоже, отец Паоло взвалил на его плечи непосильную ношу. Ничего не скажешь, пустяковое порученьице! В Риме все выглядело иначе, чем в Константинополе, и султан действительно не дурак. И не пешка на шахматной доске иезуита.

- Почему вы упомянули о заговоре? - Он поднял глаза на хозяина.

- Потому что султан Мурад не пойдет войной на московитов. Он предпочитает откусывать те куски, которые ближе к его рту, и присоединяет к империи земли, которые с ней граничат, - объяснил Рибейра. - Для "нашей" войны нужен новый султан. А для смены власти всегда устраивают заговор.

Надоедливо жужжала желтая оса, делая круг за кругом над вазой с фруктами, в приоткрытое окно залетал легкий ветерок; слабо поскрипывало кресло под тучным телом португальца. Он искренне сожалел, что появление молодого, красивого синьора Белометти привнесло в его спокойную и размеренную жизнь новые заботы и трудности. Он никогда не любил рисковать и потихоньку торговал всем понемногу: сбывал кожу, перекупал юных рабов, поставлял на верфи блоки и канаты для оснастки кораблей султана. И раз в неделю отправлял в Рим донесения. Самые свежие сплетни негоциант получал от купцов на базаре, лошадиных барышников и работорговцев. А теперь приезжий хочет заставить его лезть прямо в пасть льва! Поэтому Вейга старался побыстрее придумать, как бы ему изловчиться, что6ы предоставить сомнительную честь рисковать головой одному синьору Белометти.

- В Риме полагают, что трон Мурада шатается, - нарушил затянувшееся молчание Джакомо.

- Наверное, им оттуда виднее, - саркастически усмехнулся португалец.

- Ну, зачем вы так? - мягко укорил его венецианец. - Неужели мы не сумеем ничего придумать?

- Здесь все непредсказуемо, - развел руками Рибейра - Сегодня так, а проснувшись поутру, находишь совершенно иное. Да, многие недовольны войной Мурада с Багдадом. Особенно недовольны отстраненные им от власти сановники и старая султанша-мать, валиде Кезем. А она имеет достаточно сторонников и способна многого добиться. Обычно, взойдя на престол, султан предает смерти всех родственников мужского пола, чтобы обезопасить себя, но когда падишахом стал Мурад, его брат Ибрагим не был казнен.

- О, это интересно, - оживился Белометти. - А где он сейчас?

- Заточен, - вздохнул хозяин. - Конечно, турки предпримут какие-то меры, чтобы вернуть Азов. Но какие? Скорее всего, они натравят на московитов Крымского хана.

- Уже немало, - улыбнулся венецианец - Ни нам, ни туркам не нужно, чтобы русские вышли к теплым морям. Крым всегда будет у них костью в горле. Может быть, мы найдем человека, через которого сумеем повлиять на события, направив их в нужную сторону? Благодаря отцу Паоло я располагаю достаточными средствами.

Португалец поднял лохматые брови и довольно причмокнул: деньги никогда не бывают лишними! "Думай, думай, Рибейра, - мысленно приказал он себе, - Думай, как и голову под топор не подставить, и выгоду соблюсти. Безвыходных положений не бывает, ищи лазейку, через которую ты улизнешь из скользкого дельца да еще прихватишь хоть немного золота".

- Как вы намерены сноситься с Римом? - поинтересовался он.

- Через вас, уважаемый сеньор Вейга. Надеюсь, между нами не возникнет разногласий?

- Конечно, конечно! Кстати, вы можете остановиться у меня, если это не нарушает ваших планов.

- С удовольствием принимаю ваше любезное предложение, - согласился Белометти.

Рибейра отогнал осу и неожиданно рассмеялся, глупец, как он раньше не додумался? Вскочив, он возбужденно заметался по комнате, мысленно прикидывая все за и против счастливо найденного решения. Пожалуй, он укажет синьору Белометти путь в пасть льва, а сам останется в стороне, наблюдать, как он туда полезет и сумеет ли выбраться.

- В чем дело? - Джакомо недоуменно поглядел на него.

Рибейра быстро обернулся:

- Я нашел! Нам нужен Фасих-бей!

- Фасих-бей? Кто это?

- Бывший кизлярагасси, евнух, начальствующий над покоями султана.

- Это высокая должность?

- О, весьма! - Вейга уселся в кресло напротив гостя и закинул ногу на ногу. На душе у него пели райские птицы, и жизнь вновь казалась прекрасной. - У султана огромный штат слуг и приближенных: постельничий, хранитель белья, хранитель верхней одежды, главный брадобрей, держатель полотенца, держатель тазика для бритья, капуагасси - евнух, распоряжающийся внешним двором при гареме, евнухи гарема и многие, многие другие. Но кизлярагасси - одна из самых высоких должностей.

- Однако ваш Фасих-бей уже не у дел?

- Верно. Но он готов на все ради власти! И близок к партии старой султанши. У него широкие связи при дворе. Правда, старик очень хитер, вероломен и жесток. Нам будет нелегко завоевать его доверие.

- Он богат? - уточнил Джакомо.

- Фантастически! Но скуп, как последний ростовщик. Сами понимаете, женщины его не интересуют, но и он имеет слабости.

- Они вам известны?

- Естественно! Я не зря провел здесь столько лет, - самодовольно усмехнулся португалец. - Фасих-бей обожает хороших лошадей и всегда ездит на кобылах масти Магомета.

Венецианец озадаченно поглядел на хозяина дома: о такой масти ему слышать не доводилось, он даже не подозревал, что лошади могут быть как-то связаны с именем пророка мусульман.

- Да, да! Согласно легенде, пророк ездил на рыжей кобыле с белым чулком на левой задней ноге и звездочкой во лбу, - объяснил Рибейра. - Фасих-бей искренне верит, что с тем, кто сидит на кобыле такой масти, никогда не случится дурного.

- И вы хотите?..

- Придется немного потратиться. - Португалец придал лицу озабоченное выражение. - У меня есть связи среди барышников на конном рынке. Они подберут нужную лошадь. А после мы придумаем, как сделать, чтобы Фасих-бей попался на нашу удочку.

- Не стойте за ценой. - Белометти бросил на столик шелковый кошелек. - Евнух не должен сорваться с крючка!

Звон золота всегда ласкал слух Рибейры лучше всякой музыки. Но он сдержался и не схватил кошелек: зачем открыто проявлять алчность? Посланцу отца Паоло наверняка придется надолго задержаться в Константинополе, и за это время нужно выкачать из него как можно больше монет…

- Со мной еще один человек, - равнодушно сообщил Джакомо. - Он прожорлив и много пьет. Будьте добры, распорядитесь приготовить для него отдельную комнату.

- Хорошо.

Рибейра прикрыл глаза набрякшими веками: уж не прислал ли отец Паоло вместе с венецианцем своего соглядатая? Но отказывать в приюте посланцам генерала иезуитов теперь поздно.

- Надеюсь, он недолго будет обременять нас своим присутствием, - с ехидной улыбкой заметил Белометти.

И Рибейра понял: гость сделает все, чтобы полностью развязать себе руки. Ну что ж, тем лучше…