Всего за 309.9 руб. Купить полную версию
* * *
Перевод С. С. Толстого, выполненный по первому изданию книги П. Паскаля, был положен в основу данного издания. Однако мы сочли необходимым внести в него – с оговорками – несколько добавлений содержательного характера, сделанных автором во втором издании книги: в частности, предисловие к новому изданию, два абзаца, добавленные к первому предисловию, заключительные абзацы второй главы и заключения (перевод выполнен В. В. Боченковым). Незначительные уточнения, сделанные П. Паскалем в ссылках на литературу и источники, внесены нами без оговорок.
Поскольку перевод книги П. Паскаля, взятый для настоящего издания, не готовился к печати, то оказалось необходимым провести большую работу по его научному редактированию. Прежде всего он был сверен с изданием, в ходе чего были устранены вкравшиеся в машинопись опечатки, как технические (в ссылках на литературу), так и смысловые (например, "соседние голуби" вместо "соседские голуби"; "успокоился в небесных селениях" вместо "упокоился в небесных селениях"). По первоисточникам, в том числе рукописным, были выверены цитаты, многие из которых, за неимением у переводчика необходимых книг и недоступностью рукописей, оказались в обратном переводе с французского. Это касалось и обширных фрагментов текста, и отдельных фраз, являющихся яркими приметами образного языка старообрядческих авторов XVII в. К примеру, фраза из письма дьякона Федора "Несть царь, братие, но рожок антихристов" была переведена: "Нет, братия мои, это не царь, это рог антихристов"; знаменитая "баба поселянка", к которой протопоп Аввакум отсылал дьякона Федора, стала просто "крестьянкой". В послании сыну Максиму дьякон Федор писал о том, что плоть Исуса Христа три дня лежала во гробе и не истлела без души: Бог "давал тлителю-тому, сиречь смерти-той, зубы вотневать, да оскомина на зубы пала, не могла згрысть"; в переводе оказалось: "Он позволил зубам смерти коснуться Себя, но зубы ее коснулись слишком зеленого плода, и она отступила".
В некоторых местах следовало приблизить к оригиналу не только прямую цитату, но и изложение источника. К примеру, пришлось исправить фразу, описывающую реакцию боголюбцев на "Память" патриарха Никона 1653 г.: "Поэтому-то сердца леденели и колени дрожали"; в Житии протопопа Аввакума она звучала иначе: "сердце озябло и ноги задрожали". В Житии Феодора Ртищева о Спиридоне Потемкине говорилось: "Вся дни живота своего над книгами просидел", что было переведено: "Он просто чах, сидя целые дни над книгами". Аввакум проповедовал, по его же собственным словам, "по улицам и по стогнам градским" (переведено: "на улицах и в слободах").
Таким образом, в результате этой обширной и трудоемкой сверки со страниц книги вновь зазвучали неповторимая, страстная речь протопопа Аввакума и подлинные слова его современников.
Пришлось исправить перевод слов, относящихся к специальной лексике и конкретным историческим реалиям, причем многое приходилось сверять также по первоисточникам, в том числе рукописным.
К первоначальному виду были приведены некоторые имена, которые в переводе С. С. Толстого вслед за Паскалем приняли западную огласовку: Антон – Антоний (Подольский), Денис – Дионисий (Зобниновский), Корней – Корнилий, Захар – Захарий, Бенедикт – Венедикт, Акундин – Акиндин, Гиацинт – Иоакинф.
Поскольку речь идет об издании научной монографии П. Паскаля, мы сочли необходимым в соответствии с источниками восстановить исходный вариант названий и понятий, которые были прекрасно известны автору – знатоку русской жизни XVII в. и лишь вследствие перевода на французский и обратного на русский оказались искаженными. Так, в переводе было: "Кружок (братство) друзей Божиих" – восстановлено: "кружок боголюбцев"; "подземная темница" – "земляная тюрьма", "сановник" – "боярин": "писарь" – "подъячий"; "капиталист" – "купец"; "цепи" – "вериги"; (зимой носил) "баранью шкуру" – "бараний тулуп"; "потушить свет" – "погасить свечу"; "окунать ребенка в купель" – "погружать ребенка в купель"; "Уезд Кудьмы" и "стан потусторонней Кудьмы" – "Закудемский стан"; "бритые морды" – "брадобритцы"; "игрецы на зурне" – "рожечники"; "школьная псалтырь" – "учебная Псалтырь"; "отцы Ветхого завета" – "праотцы" (о рядах иконостаса); "форт" – "острог"; "зеленщик" – "огородник" (ростовец Федор Голицын); "похищение Павла Коломенского" – "извержение из сана"; "старшие монахи" – "соборные старцы"; "общая комната" – "горница"; "Ковровая слобода" – "Барашевская слобода"; "привратник" – "сторож" (Благовещенского собора Андрей Самойлов); "пекарь" – "калачник" (Дмитрий Киприанов): "говорить слова церковной службы" – "говорить келейное правило" (об исцелении Епифания после второй казни, по Житию Аввакума); секли "пятихвостым кнутом" – "в пять плетей" (Житие боярыни Морозовой).
Были приведены в соответствие с общепринятыми названия ряда произведений: "О просветительном огне" Антония Подольского (было: "О просвещающем огне"), "Об образех" (было: "О чести св. икон"); "На иконоборцы и на вся злыя ереси" (было: "Против врагов святых икон и всяких зловредных ересей, появившихся в наше время"); "Беседы св. Иоанна Златоуста на послания св. апостола Павла и Деяния апостолов" (было: "Проповеди св. Иоанна Златоуста о посланиях св. апостола Павла и Деяниях апостолов"), "Перло многоценное" (было: "Жемчужина духовная"), "Поучение архиереям, священноинокам и мирским иереям и всему священному чину" (было: "Поучение епископам, инокам и священникам белого духовенства и всему духовному чину") патриарха Иосифа, Проскинитарий Арсения Суханова (было: "Путешествие"), "Прение Панагиота с Азимитом" (было: "Спор"), "Христианоопасный щит веры" старца Авраамия (было: "Щит веры против нападок еретиков"), "Книга на крестоборную ересь" протопопа Аввакума (было: "Книга об иконоборческой ереси").
По мере необходимости в специальных примечаниях (через *) нами были сделаны отсылки к литературе последних десятилетий (даны с указанием Прим. ред.). Выверен и приведен в соответствие с современными требованиями список литературы и источников (сохранен авторский принцип отсылок); составлен новый указатель имен.
Искренне благодарю сотрудников Митрополии Русской Православной Старообрядческой Церкви В. В. Боченкова и В. В. Волкова, сотрудников Российского государственного архива древних актов Е. Е. Лыкову и А. И. Гамаюнова, сотрудника Государственного музея Л. Н. Толстого Ю. Д. Ядовкер, оказавших помощь в ходе работы над этим изданием, а также Жака Катто и О. С. Данилову, благодаря которым удалось разыскать фотографии П. Паскаля и получить любезное разрешение на их публикацию у владелицы – Мишлен Паскаль, вдовы племянника П. Паскаля Рока Паскаля.
Е. М. Юхименко
Предисловие ко второму изданию
Предлагаемый труд – точное воспроизведение книги, изданной в 1938 году стараниями Центра изучения России "Истина" и Института славистики Парижского университета.
Он был подготовлен автором главным образом на основании сочинений протопопа Аввакума, увидевших свет в академической издании 1927 года, оригинальных сочинений, собранных Субботиным в "Материалах…", и Барсковым в "Памятниках первых лет старообрядчества", уже опубликованных документов или обнаруженных в архивах.
Иными словами, труд не переделывался, даже спустя двадцать пять лет. Он смог только обогатиться, благодаря работам, опубликованным после 1938 года, об Аввакуме или начале раскола, или новым текстам, оказавшимся в распоряжении автора.
Аввакум сегодня расценивается в СССР как классик, величайший писатель древнерусской литературы. Под этим определением он стал объектом многочисленных исследований в журнале, издающемся с 1932 года – "Труды отдела древнерусской литературы" Института русской литературы Академии наук, а также в некоторых других журналах. Затрагивая такие темы, как стиль и словоупотребление в "Житии", литературные принципы автобиографии в "Житии" протопопа Аввакума и Епифания, "Житие" как образец демократической литературы, древнерусская литература в творчестве Аввакума, творчество Аввакума и общественные движения конца XVII века, идея равенства у Аввакума, социальные условия первых раскольников, Аввакум и Епифаний, эти исследования не могли добавить что-либо новое к настоящему труду. Их стоило лишь упомянуть.
Второй том академического издания, который должен был содержать неполные или сомнительные тексты Аввакума, до сих пор не издан. Напротив, в Москве в июне 1960 года под редакцией Н. К. Гудзия издали книгу в 480 страниц, тиражом 30 000 экземпляров, озаглавленную "Житие протопопа Аввакума, написанное им самим, и другие его сочинения". Заслуга ее, в частности, в том, что в книгу вошло полдюжины текстов, до сей поры неизвестных.
Большая часть этих текстов была выявлена и подготовлена к печати сначала Вл. Малышевым, который с 1934 года посвятил себя поискам древних рукописей и в особенности – тех, где содержатся сведения об Аввакуме. Благодаря ему количество рукописей, в которых упоминается "Житие", выросло до сорока четырех; в сборнике конца XVIII или начала XIX века он выявил позднюю переработку "Жития", в которой в сокращении используются три подлинных списка, содержатся также сведения, предоставленные из других сочинений Аввакума, и которая содержит новые данные, происходящие, согласно Малышеву, из четвертого подлинного списка. Эта "рукопись Прянишникова" была издана в приложении к изданию Гудзия 1960 года, стр. 305–343.