Книга выдающегося французского мыслителя, знатока восточных культур, эзотерических и мистических учений Рене Генона посвящена проблемам религиозного символизма, эсхатологии, кризису современного мира и судьбам истинной духовной традиции.
Содержание:
Глава 1. КОЛИЧЕСТВО И КАЧЕСТВО 1
Глава 2. "MATERIA SIGNATA QUANTITATE" 2
Глава 3. МЕРА И ПРОЯВЛЕНИЕ 4
Глава 4. ПРОСТРАНСТВЕННОЕ КОЛИЧЕСТВО И КАЧЕСТВЕННОЕ ПРОСТРАНСТВО 7
Глава 5. КАЧЕСТВЕННЫЕ ОПРЕДЕЛЕНИЯ ВРЕМЕНИ 8
Глава 6. ПРИНЦИП ИНДИВИДУАЦИИ 10
Глава 7. ЕДИНООБРАЗИЕ ПРОТИВ ЕДИНСТВА 11
Глава 8. СТАРИННЫЕ РЕМЕСЛА И СОВРЕМЕННАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ 12
Глава 9. ДВОЙНОЙ СМЫСЛ АНОНИМНОСТИ 14
Глава 10. ИЛЛЮЗИИ СТАТИСТИКИ 15
Глава 11. ЕДИНСТВО И ПРОСТОТА 17
Глава 12. НЕНАВИСТЬ К ТАЙНЕ 19
Глава 13. ПОСТУЛАТЫ РАЦИОНАЛИЗМА 20
Глава 14. МЕХАНИЦИЗМ И МАТЕРИАЛИЗМ 22
Глава 15. ИЛЛЮЗИЯ ОБЫЧНОЙ ЖИЗНИ 23
Глава 16. ВЫРОЖДЕНИЕ ДЕНЕГ 24
Глава 17. ОТВЕРДЕНИЕ МИРА 26
Глава 18. НАУЧНАЯ МИФОЛОГИЯ И ПОПУЛЯРИЗАЦИЯ 28
Глава 19. ПРЕДЕЛЫ ИСТОРИИ И ГЕОГРАФИИ 30
Глава 20. ОТ СФЕРЫ К КУБУ 32
Глава 21. КАИН И АВЕЛЬ 34
Глава 22. ЗНАЧЕНИЕ МЕТАЛЛУРГИИ 36
Глава 23. ВРЕМЯ, ПРЕВРАЩАЮЩЕЕСЯ В ПРОСТРАНСТВО 37
Глава 24. К РАЗЛОЖЕНИЮ 39
Глава 25. ЩЕЛИ ВЕЛИКОЙ СТЕНЫ 41
Глава 26.ШАМАНИЗМ И КОЛДОВСТВО 42
Глава 27. ПСИХИЧЕСКИЕ ОСТАТКИ 44
Глава 28. ЭТАПЫ АНТИТРАДИЦИОННОГО ДЕЙСТВИЯ 46
Глава 29. ИЗВРАЩЕНИЕ И РАЗРУШЕНИЕ 47
Глава 30. ПЕРЕВОРАЧИВАНИЕ СИМВОЛОВ 48
Глава 31. ТРАДИЦИЯ И ТРАДИЦИОНАЛИЗМ 49
Глава 32. НЕОСПИРИТУАЛИЗМ 51
Глава 33. СОВРЕМЕННЫЙ ИНТУИЦИОНИЗМ 52
Глава 34. ЗЛО ПСИХОАНАЛИЗА 54
Глава 35. СМЕШЕНИЕ ПСИХИЧЕСКОГО И ДУХОВНОГО 56
Глава 36. ПСЕВДОИНИЦИАЦИЯ 58
Глава 37. ОБМАН "ПРОРОЧЕСТВ" 60
Глава 38. ОТ АНТИТРАДИЦИИ К КОНТРТРАДИЦИИ 62
Глава 39. ВЕЛИКАЯ ПАРОДИЯ ИЛИ ДУХОВНОСТЬ НАИЗНАНКУ 64
Глава 40. КОНЕЦ МИРА 66
Примечания 67
Рене Генон
Царство количества и знамения времени
Глава 1. КОЛИЧЕСТВО И КАЧЕСТВО
Обычно рассматривают количество и качество как два дополнительные термина, не понимая глубокого смысла этого отношения; этот смысл заключается в том соответствии, которое его предваряет. Исходить надо, таким образом, из первой космической дуальности, содержащейся в самом принципе существования или универсального проявления, без которой никакое проявление невозможно, какого бы рода оно ни было. Согласно индуистской доктрине эта дуальность Пуруши и Пракрити, или же, если использовать другую терминологию, это "сущность" и "субстанция". Будучи двумя полюсами всякого проявления, они должны рассматриваться как универсальные принципы; но и на другом уровне или, скорее, на других уровнях, представляющих собою более или менее частные области, которые можно наблюдать внутри всеобщего существования, также можно аналогичным образом употреблять эти же термины в относительном смысле, чтобы обозначить то, что соответствует или представляет эти принципы более непосредственно по отношению к определенному, более или менее ограниченному способу проявления. Так, можно говорить о сущности и субстанции либо по отношению к миру, то есть по отношению к состоянию существования, определенному некоторыми особыми условиями, либо по отношению к бытию, рассматриваемому как частное, или даже по отношению к его проявлению на каждой ступени существования; в этом последнем случае сущность и субстанция, естественно, представляют собою микрокосмическое соответствие тому, чем они являются с макрокосмической точки зрения для мира, в котором это проявление располагается, или, другими словами, они являются лишь конкретизациями тех же относительных принципов, которые являются определениями универсальных сущности и субстанции по отношению к миру, в котором они действуют.
Понимаемые в этом относительном смысле и, главным образом, по отношению к частному бытию, сущность и субстанция, в конце концов, суть то же самое, что философы схоласты называли "формой" и "материей"; но мы предпочитаем не употреблять эти термины, которые, несомненно из-за некоторого несовершенства латинского языка, довольно неточно передают идеи, которые они призваны выражать и которые стали еще более двусмысленными из-за совершенно отличного смысла, приобретенного этими словами в современном языке. Как бы то ни было, сказать, что все проявленное бытие состоит из "формы" и "материи", это все равно что сказать, что его существование с необходимостью проистекает сразу из сущности и из субстанции и что, следовательно, в нем есть нечто, соответствующее тому и другому принципу таким образом, как если бы это проистекало из их единства, или, выражаясь более точно, из действия, осуществляемого активным принципом или сущностью, на пассивный принцип или субстанцию; в более специальном применении в случае с индивидуальным бытием эти "форма" и "материя", конституирующие это бытие, тождественны соответственно тому, что в индуистской традиции обозначается как нама (nama) и рупа (rupa). Мы обозначили в общем соответствие между различными терминологиями, что позволит переводить наши объяснения в более привычный для них язык и, следовательно, легче понимать их; теперь мы еще добавим, что именуемое в аристотелевском смысле "действием" и "возможностью" тоже соответствует сущности и субстанции; впрочем, эти два термина имеют более широкое применение, чем "форма" и "материя"; но, по существу, сказать, что всякое бытие есть смесь действия и возможности, значит сказать то же самое, так как действие есть само по себе то, через что оно причастно субстанции. Чистое действие и чистая возможность никоим образом не могли бы оказаться в проявлении, поскольку они в конечном счете суть эквиваленты универсальных сущности и субстанции.
Если это понятно, то мы можем говорить о сущности и субстанции нашего мира, то есть мира индивидуального человеческого бытия. Добавим, что согласно с условиями, этот мир определяющими, эти два принципа возникают здесь соответственно под видом качества и количества. Это уже может быть очевидным относительно качества, потому что сущность, в конечном счете, есть принципиальный синтез всех атрибутов, принадлежащих некоторому бытию и делающих так, что это бытие есть то, что оно есть, а атрибуты или качества суть, на самом деле, синонимы; можно еще заметить, что качество, рассматриваемое как содержание сущности, если можно так сказать, не ограничено исключительно только нашим миром, но что возможно преобразование, обобщающее его значение, в чем, впрочем, нет ничего удивительного, так как оно здесь представляет высший принцип: но при такой универсализации качество перестает коррелировать с количеством, потому что последнее, напротив, строго связано со специальными условиями вашего мира; к тому же, с теологической точки зрения, не относят ли качество в некотором роде к самому Богу, говоря о Его атрибутах, в то время как было бы совершенно немыслимо стремиться переносить на него какие бы то ни было количественные определения? Можно было бы возражать против того, что Аристотель располагает качество, равно как и количество, среди "категорий", которые являются всего лишь особыми способами бытия, не обладающими одинаковой с ним экстенсивностью; но дело в том, что тогда перечислением категорий не осуществляется то преобразование, о котором мы только что говорили, и что оно, впрочем, и не должно этого делать, соотносясь лишь с нашим миром и его условиями, так что качество может и должно здесь рассматриваться только лишь в более непосредственном для нас в нашем, индивидуальном бытии смысле, или же, как мы только что говорили, оно представляет собою коррелятив количества.