Коуч: Сделайте это!.. Что происходит сейчас?
Клиент: Я не знаю, что сказать. Я хочу её успокоить, чтобы она перестала бояться, чтобы она мне доверилась. Как я могу это сделать?
Коуч: Попробуйте отзеркалить её. Скажите, что понимаете, что она чувствует сейчас. Что у Вас была точно такая же ситуация, и Вы тоже очень сильно боялись. И понаблюдайте за реакцией девочки.
Клиент: Она подняла глазки и смотрит на меня с такой надеждой! Она что-то говорит… Не разберу пока, что именно.
Коуч: Не спешите. Попросите её повторить, если надо.
Клиент: Она говорит, что ей очень страшно, и она не хочет, чтобы папа с мамой ругались. Она их очень любит.
Коуч: Спросите её, чего она боится больше всего?
Клиент: Она сказала, что боится за них, за себя. Они же семья! Они очень хорошие, и она их очень любит. Но ей не нравится, что они часто ругаются и дерутся.
Коуч: Что Вы хотите сказать девочке?
Клиент: Я хочу её просто крепко обнять и никогда не отпускать. Я хочу увести её оттуда. Я привожу её в дом, укладываю в кроватку, глажу её… Она засыпает.
Коуч: Эта девочка была свидетелем драки своих родителей, испытывая при этом эмоции страха. Как Вы думаете, какое убеждение сформировалось у неё насчет брака? Каким он должен быть?
Клиент: В браке может быть всё: и любовь, и драка.
Коуч: Вы сформировали это убеждение, наблюдая за своими родителями, и оно стало истиной для Вас. Поэтому Вы позволяли своим супругам избивать Вас и прощали им это, так как считали, что брака без любви и без драки не бывает.
Клиент: Боже мой. Какой Ужас!
Коуч: Но это в прошлом. Вы не осознавали этого. Вы верили в своё убеждение на автомате. Сейчас Вы вольны изменить его.
Клиент: Да, очень хочу этого! Я хочу таких отношений, где оба партнёра уважают друг друга. Любовь – это в первую очередь уважение к другой личности.
Как вы заметили, причина неудачных браков клиентки заключалась в её убеждении, которое сформировалось в детстве. В те минуты, когда девочка впервые испытала эмоции страха, никто не подошел к ней, не объяснил, что делать, не успокоил и не помог проявить негативные эмоции. Не выразив их, она не только оставила частичку своего эмоционального тела в ситуации, где была свидетелем драки родителей, но ещё и вынесла оттуда убеждение насчёт брачных отношений. Оно, словно магнит, привлекало к ней мужчин, которые избивали её. Моя клиентка прощала их, потому что верила – это неотъемлемая часть супружеских отношений.
Работа с субличностью "Я-ребёнок" особенно важна родителям. Проблемных или трудных детей нет, причина в их родителях, потому что дети – проекция родителей.
Осознанное родительство начинается с самого родителя, с проработки всех его детских эмоциональных травм. Если человек не освободится от них, он будет передавать эти травмы своим детям, как эстафету. Как только родитель начинает осознавать, что ребёнок всего лишь его проекция, он не пытается больше менять своё дитя, якобы "воспитывая" его, а заглядывает внутрь себя, интегрируя части своего эмоционального тела в целое. Ребёнок тут же меняется в лучшую сторону, так как он, повторюсь, есть проекция родителей. Дети, по сути, являются не только отражением родителей, они так же их духовные учителя, помощники. Они указывают родителям на то, что тем следует завершить, какие части себя мама или папа оставили в определённых ситуациях детства. Дети помогают родителям вернуться к целостности.
Клиент: С моим сыном случился инцидент в школе. Его избили одноклассники, порвали его тетрадки, разбросали книжки, а с новым рюкзаком играли в футбол. Я позвонила учительнице в ярости, она позвала всех родителей на родительское собрание, а я пришла к Вам.
Коуч: Как Вы себя чувствуете в этой ситуации?
Клиент: Мне очень обидно.
Коуч: То есть Вы испытываете сейчас сильную обиду?
Клиент: Да.
Коуч: А когда Вы в последний раз её ощущали?
Клиент: Я часто её чувствую.
Коуч: А когда в самый первый раз испытали обиду?
Клиент: Мне сейчас вспоминается случай. Это было в школе.
Коуч: Что тогда произошло?
Клиент: Меня вызвали к доске, а я не смогла ответить. Надо мной все стали смеяться, а после уроков начали дразнить. Я убежала от них и закрылась в туалете.
Коуч: Отправьте сейчас версию себя, взрослой, в эту ситуацию детства. Подойдите к этой девочке.
Клиент: Я подхожу к ней, и она мне сразу бросается на шею. Плачет.
Коуч: Это хорошо. Пусть она выразит всё, что она чувствует. Вы можете помочь ей в этом, отзеркальте её, скажите ей, что Вы знаете, что с ней происходит.
Клиент: Хорошо. Она говорит, что её очень обидели, что она не понимает, почему все смеялись над ней. Почему дети такие жестокие?
Коуч: И как Вы думаете, какое убеждение сформировалось у маленькой девочки в этот момент?
Клиент: Что дети – жестокие существа.
Коуч: И как это убеждение проявило себя в ситуации с Вашим сыном?
Клиент: Я всё поняла! Мой сын – это моя проекция. Он пострадал сегодня из-за меня. Это я ему передала своё убеждение, но я это сделала неосознанно. Ребёнок всего лишь указал мне на мою боль детства. Вы знаете, у меня нет никакого желания идти на родительское собрание сейчас.
Коуч: Этим заявлением Вы подтвердили, что мы проделали работу с внутренним ребёнком на "отлично".
Клиент: Да, это было потрясающе!
Когда ваш ребёнок расстроен чем-либо, значит ваш внутренний ребёнок также расстроен. Что вы можете сделать? Дам подсказку! В детстве вы действительно не хотели ничего, кроме безусловной любви. Вы не требовали, чтобы родители делали что-то сверхъестественное, а просто хотели, чтобы они были рядом, независимо оттого, как вы себя чувствовали. Когда вам было плохо, хотелось, чтобы они обняли, успокоили, просто любили.
Самое худшее для ребёнка – когда родитель игнорирует его чувства. Это очень печально, но именно так и происходит в жизни. Это обычное поведение родителей. Нам не нравится, когда дети плачут или испытывают различные негативные эмоции, и мы стараемся разными путями заставить их чувствовать себя лучше. Мы делаем это не для них, а для себя. Нам не нравится, когда у нашего ребёнка не то внутреннее состояние, которое мы хотим для него. Это мы их учим убегать от своих чувств, потому что сами убегаем от них. Мы стараемся избавиться от наших эмоций, рационализировать то, что следует чувствовать.
Каждая эмоция, которую ребёнок испытывает, имеет ценность. Может, его действия неправильные, некрасивые, но эмоция ценна. Она есть! И её не стоит игнорировать.
Клиент: Я где-то прочитала, что если у человека плохое зрение, значит он чего-то не хочет видеть. Я хочу понять причину моей близорукости. Что же я такое не хочу видеть?
Коуч: В конце нашей беседы что для Вас будет конечным результатом?
Клиент: Осознание причины близорукости. Наверняка, что-то произошло в моей жизни, после чего я у меня ухудшилось зрение.
Коуч: Когда у Вас стало ухудшаться зрение, сколько Вам было лет тогда?
Клиент: Пять лет.
Коуч: А Вы помните, что произошло, когда Вам было пять лет или, возможно, Ваши родители рассказывали о каком-то событии, произошедшем в это время?
Клиент: Да. Я сама помню. В пять лет у меня было сотрясения мозга. А через полгода стало падать зрение.
Коуч: Замечательно. А теперь давайте перенесёмся в тот момент детства, когда у Вас произошло сотрясение мозга… Что случилось перед этим? Можете что-то вспомнить?
Клиент: Да, за моим домом была старая асфальтовая дорожка, и часть её была разрушена. Я с подружкой поспорила, что легко смогу перепрыгнуть через яму в асфальте, хотя она была достаточно большой. Но я хотела доказать, что я могу, и несмотря на страх, я перепрыгнула! Но упала и сильно ударилась головой.
Коуч: И что произошло потом?
Клиент: Мне было очень плохо, кружилась и болела голова. Всё расплывалось перед глазами… Я чувствовала себя абсолютно беспомощной!
Коуч: Посмотрите на ту маленькую девочку, которая почувствовала себя беспомощной. Какое убеждение она вынесла из этой ситуации?
Клиент: Она поняла, что если будет доказывать кому-то что-то, она может пострадать…
Коуч: Как это убеждение связано с вашей близорукостью?
Клиент: О, Боже! Я поняла! Меня воспитывали таким образом, что я всегда должна была показывать себя с лучшей стороны. Меня сравнивали с другими. Всё мое окружение: родители, воспитатели, учителя – все хотели, чтобы я была лучше других. То есть всегда нужно было что-то доказывать, соревноваться. Но как только я упала, поняла, что если буду соревноваться, я могу снова упасть, и мне будет так же плохо. И правда, с тех пор я никогда не любила соревнования и старалась избегать их, хотя во многом превосходила своих сверстников. Но быть хуже других, отказаться от своих целей я тоже не могла. И тогда, видимо, я решила не видеть своих желаний, целей, как будто у меня их и нет. А если я не вижу того, что хочу, мне и незачем соревноваться с другими. Теперь я понимаю, откуда проблемы со зрением, я действительно не хочу видеть свои цели! Это правда! Все успехи, которых я достигла в жизни, получились как будто случайно.