Всего за 164 руб. Купить полную версию
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ признала данный вывод неправильным и не основанным на нормах действующего законодательства, поскольку согласно подп. 9 п. 1 ст. 14 Федерального закона "О ветеранах" предоставление инвалидам войны меры социальной поддержки в виде оплаты коммунальных услуг (водоснабжение, водоотведение, вывоз бытовых и других отходов, газ, электрическая и тепловая энергия) предусмотрено в пределах нормативов потребления указанных услуг, установленных органами местного самоуправления.
Судом не учтено, что ст. 10 Федерального закона "О ветеранах", действовавшая до внесения в него изменений Федеральным законом от 22 августа 2004 г. № 122-ФЗ устанавливала, что расходы на реализацию прав и льгот, предусмотренных данным Федеральным законом, по оплате коммунальных услуг возмещались за счет средств бюджета субъектов Российской Федерации. При этом постановлением главы местной администрации для населения города, где проживает истец, установлен норматив потребления электроэнергии в расчете на одного человека в месяц 38 кВт/ч.
В соответствии с Федеральным законом от 22 августа 2004 г. № 122-ФЗ в ст. 10 Федерального закона "О ветеранах" были внесены изменения, согласно которым меры социальной поддержки, установленные ст. 14-19 и 21 настоящего Федерального закона и принимаемыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами Правительства РФ, стали являться расходными обязательствами Российской Федерации.
Однако указанные изменения в законе не повлияли на определение размера мер социальной поддержки, установленной ранее.
Определением Конституционного Суда РФ от 7 декабря 2006 г. № 524-О выявлен конституционно-правовой смысл положений Федерального закона от 22 августа 2004 г. № 122-ФЗ, вносивших изменения в ст. 14 Федерального закона "О ветеранах", в соответствии с которым эти положения в системе действующего правового регулирования не могут рассматриваться как препятствующие пользованию членами семей, проживающими совместно с инвалидами Великой Отечественной войны и приравненными к ним лицами, льготами по оплате коммунальных услуг, право на которые на основании п. 17 Положения о льготах для инвалидов Великой Отечественной войны и семей погибших военнослужащих у них возникло и было реализовано до 1 января 2005 г.
Размер предоставляемой льготы законодателем ранее был определен в пределах нормативов потребления коммунальных услуг, поэтому предоставление мер социальной поддержки истцам без учета установленных норм потребления не основано на законе.
Ввиду того что суд кассационной инстанции согласился с ошибочным выводом суда первой инстанции, оставив решение суда без изменения, то Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ сочла необходимым отменить состоявшиеся по делу судебные постановления. [26]
Из приведенного примера судебной практики можно сделать следующие выводы.
Неправильное толкование норм материального права в сфере предоставления льгот инвалидам войны и членам их семей признано судом надзорной инстанции существенным нарушением в смысле ст. 387 ГПК РФ.
Неправильное толкование норм материального права имело место в предшествующих разбирательствах в суде первой и второй инстанций, которое повлияло на исход дела – вынесение незаконного решения и оставление без изменения.
Без отмены состоявшихся по делу судебных постановлений невозможны восстановление и защита охраняемых законом публичных интересов.
Меры социальной поддержки, установленные в законе о ветеранах, стали расходными обязательствами Российской Федерации, поэтому незаконное списание бюджетных средств без учета нормативов потребления на одного человека соответствующей льготной категории граждан в месяц нарушает публичные интересы.
Отмена состоявшихся по делу судебных постановлений преследовала цель устранения судебной ошибки и защиту нарушенных прав и охраняемых публичных интересов в сферах предоставления льгот по оплате коммунальных услуг для данной категории граждан и законного расходования бюджетных средств.
В следующем примере судебной практики неправильное толкование норм материального права повлекло вынесение незаконного решения, которым отказано истцу включить в специальный стаж, дающий право на назначение досрочной трудовой пенсии по старости, период прохождения службы в Вооруженных Силах СССР.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила постановление президиума Вологодского областного суда и решение суда первой инстанции по делу по иску П. к Управлению Пенсионного фонда РФ о назначении досрочной трудовой пенсии по старости, а определение суда кассационной инстанции оставила в силе, указав следующее.
Президиум Вологодского областного суда, отменяя определение кассационной инстанции и оставляя в силе решение суда первой инстанции, исходил из того, что в момент обращения П. за назначением досрочной трудовой пенсии постановление Совета Министров СССР от 17 декабря 1959 г. № 1397, действовавшее на момент прохождения службы, утратило силу, и, следовательно, условие о включении в специальный стаж периода службы в Вооруженных Силах СССР при наличии не менее 2/3 стажа работы на тех должностях, которые дают право на назначение такой пенсии, должно быть соблюдено не на момент обращения гражданина за пенсией, а на момент утраты силы названного постановления.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ не согласилась с таким выводом суда надзорной инстанции по следующим основаниям.
Положения ч. 2 ст. 6, ч. 4 ст. 15, ч. 1 ст. 17, ст. 18, 19 и ч. 1 ст. 55 Конституции РФ предполагают правовую определенность и связанную с ней предсказуемость законодательной политики в сфере пенсионного обеспечения, необходимых для того, чтобы участники соответствующих правоотношений могли в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в том, что приобретенное ими на основе действующего законодательства право будет уважаться властями и будет реализовано.
Конституционный Суд РФ в Постановлении от 29 января 2004 г. № 2-П со ссылкой на Постановление от 24 мая 2001 г. № 8-П и Определение от 5 ноября 2002 г. № 320-О указал на то, что в отношении граждан, приобретших пенсионные права до введения нового правового регулирования, сохраняются ранее приобретенные права на пенсию в соответствии с условиями и нормами законодательства Российской Федерации, действовавшего на момент приобретения права.
В указанный спорный период времени действовало утвержденное постановлением Совета Министров СССР от 17 декабря 1959 г. № 1397 Положение о порядке исчисления стажа для назначения пенсий за выслугу лет работникам просвещения и здравоохранения, подп. "г" п. 1 которого предусматривал, что учителям, врачам и другим работникам просвещения и здравоохранения в стаж работы по специальности, кроме работы в учреждениях, организациях и должностях, работа в которых дает право на пенсию за выслугу лет, засчитывается служба в составе Вооруженных Сил СССР.
Период службы истца в Вооруженных Силах СССР относится к периодам деятельности до 1 января 2002 г., т. е. до установления нового правового регулирования назначения досрочных трудовых пенсий педагогическим работникам. Таким образом, вышеназванный период службы П. подлежал включению в стаж работы по специальности при досрочном назначении трудовой пенсии по старости независимо от времени его обращения за назначением пенсии и времени возникновения у него на это права. Иное толкование и применение пенсионного законодательства повлекло бы ограничение конституционного права на социальное обеспечение, которое не может быть оправдано указанными в ч. 3 ст. 55 Конституции РФ целями, ради достижения которых допускается ограничение федеральным законом прав и свобод человека и гражданина.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отметила, что в соответствии с абз. 1 п. 3 ст. 10 Федерального закона "О статусе военнослужащих" время нахождения граждан на военной службе по контракту засчитывается в их общий трудовой стаж, включается в стаж государственной службы государственного служащего и в стаж работы по специальности из расчета один день военной службы за один день работы, а время нахождения граждан на военной службе по призыву (в том числе офицеров, призванных на военную службу в соответствии с указом Президента РФ) – один день военной службы за два дня работы.
В связи с этим вывод суда кассационной инстанции о том, что на момент осуществления истцом службы в Советской Армии действующее правовое регулирование предусматривало возможность зачета такой деятельности в специальный стаж как трудовой, а дальнейшее изменение законодательства не может служить основанием для ущемления прав П. в области пенсионного обеспечения, является правильным, а отмена решения суда в этой части – законной. [27]
Неправильное толкование закона в данном случае судом было признано существенным и повлиявшим на исход дела, нарушающим права истца в области пенсионного обеспечения из-за уменьшения размера законно ожидаемых денежных выплат.
Неправильное толкование норм материального права как основание для отмены судебных постановлений в порядке надзора является наиболее проблемным основанием для отмены (изменения) судебных постановлений в порядке надзора c точки зрения соответствия ст. 6 Конвенции. По целому ряду дел по жалобам против Российской Федерации Европейский Суд отмечал, что отмена состоявшихся судебных постановлений в порядке надзора ввиду неправильного применения либо неправильного толкования норм материального права нарушила принцип правовой определенности [28] . Данное нарушение не является обстоятельством, оправдывающим отход от названного принципа в свете прецедентной практики Европейского Суда.