Всего за 269 руб. Купить полную версию
Реформаторы индуизма
В брахманизме, как и во всякой древней религии, много реформаторов. Некоторым из них удалось провести новые идеи и утвердить верования в своей религии. Были и такие, как Будда и Махавира, ставшие основателями новых религий. Кроме того, они преуспели в реформировании и улучшении брахманизма.
Когда брамины увидели, сколько людей стали последователями Будды и Владыки Махавиры, они испугались, что все могут перейти из старой религии в новые. Чтобы удержать индусов от такого шага, священнослужители приняли некоторые учения из буддизма и джайнизма и включили их в старую религию.
Все эти изменения произошли внутри страны.
Но около восьмисот лет назад в Индию пришла огромная армия арабов, которые исповедовали совершенно новую религию – ислам. (Об этом мы расскажем далее.)
Арабы полагали, что их религия должна главенствовать, а все люди в мире принимать ее.
У них был очень странный способ убеждать в том, что надо принять ислам, с помощью меча. Всякого, кто не хотел принимать мусульманство, безжалостно лишали жизни.
Индусы попытались изгнать арабов вместе с их религией из своей страны, но потерпели неудачу. Тысячи арабов поселились в Индии и распространили свое учение по всей стране. Через некоторое время в ислам перешло большое количество верующих в Индии.
Реформаторы индуизма начали изучать религию арабов и обнаружили нечто очень им импонирующее. Речь идет о вере в Единого Бога. Они попытались внести веру в Единого Бога в свою религию.
Одним из таких реформаторов, который попытался объединить некоторые верования ислама с брахманизмом, был великий поэт Кабир.
Поэт-ткач из Бенареса
Почти пятьсот лет назад в Бенаресе (Индия) жила вдова брамина, у которой был маленький сын. Он был милым малышом, но она не знала, что с ним делать, и потому посадила его в корзину и пустила плыть по пруду с лотосами.
В тот день ткач-мусульманин по имени Ниру с женой Нимой пришли к пруду, увидели среди цветов корзину и услышали из нее плач младенца. Ниру очень любил детей, хотя у него и не было своих. Он вытащил корзину на берег.
Увидев ребенка, Нима спросила:
"Что нам с ним делать?"
"Отнесем его домой", – сказал Ниру.
"Мы не можем так поступить, – возразила Нима. – Когда мы придем домой, придут соседи и спросят нас: "Кто мать этого ребенка, такого красивого, что его глаза подобны лотосу?" И что мы им ответим?"
"Верно, – сказал Ниру. – Но что мы можем сделать? Если оставим ребенка, он умрет".
И Нима с мужем принесли младенца домой, назвали его Кабиром и воспитали как своего собственного сына.
Как только маленький Кабир подрос, Ниру и Нима отправили его учиться к самым лучшим учителям в Бенаресе. Кабиру нравилось учиться, и к шестнадцати годам он многое узнал и об исламе, и о брахманизме. Но больше всего его интересовало учение поэта по имени Рамананд.
Рамананд утверждал, что Бог един, а если жить просто, это путь к нирване.
Кабир изучал учение Рамананда и посвящал ему стихи.
Пока он изучал религию, приемный отец обучал его ремеслу ткача. А когда Кабир стал хорошим ткачом, он женился на девушке, которая влюбилась в него. У них родились двое детей – мальчик, которого они назвали Камаль, и девочка, которая получила имя Камали.
Кабир, говорят, был очень хорошим ткачом, учащимся и отцом. Когда он днем работал за ткацким станком, сочинял стихи, в которые он вкладывал свои мысли о том, во что людям следует верить и что они должны делать, чтобы жить праведно. Эти стихи стали известны всем жителям Бенареса.
Вскоре Кабир стал известным поэтом, но он по-прежнему трудился, зарабатывая себе на жизнь за ткацким станком.
Однажды Кабир пошел к Гангу, чтобы посмотреть, как очищаются грешники. Индусы верят, что некоторые реки священны и, купаясь в них, они могут смыть свои грехи. В Индии много священных рек, а самая священная – Ганг.
На берегу реки Кабир повстречал двух священнослужителей. Он заговорил с ними об учении Рамананда о Едином Боге.
"Мы и наши предки на протяжении многих поколений верили во многих богов, – сказали священнослужители. – Значит, правда, что богов много, а не один".
"Пока солнце не взошло, светят звезды", – ответил Кабир.
Он был поэтом и часто говорил красивыми словами.
"Что ты этим хочешь сказать?" – спросили священнослужители.
"Пока знание о Едином Боге неизвестно людям, они поклоняются многим малым богам. Но если, поклоняясь камню, вы сможете найти Бога, я стану поклоняться горе. Каменные жернова мельницы, перемалывающие зерно, лучше ваших каменных идолов".
Пока они говорили, один из священнослужителей захотел пить. Кабир окунул свою чашку в реку и предложил ему попить. Но тот не притронулся к ней, потому что Кабир принадлежал к более низкой касте, чем он, а брамины в Индии считают, что человек из более высокой касты не должен есть и пить из посуды, которой касался человек из более низкой касты.
"Если вода священного Ганга не может очистить мою чашку, как я могу верить, что она смывает ваши грехи? – спросил Кабир. – Вы, брамины, считаете, что прикосновения других людей делают вас нечистыми. Вы раздулись от спеси. Гордыня не сулит ничего хорошего".
И Кабир ушел от них. Он вернулся, чтобы работать за своим ткацким станком, писать стихи и проповедовать, что все люди – братья.
Вскоре у Кабира появилось много последователей. Он считал, что даже священнослужители и монахи должны работать, чтобы содержать себя, а не ждать, что за них это будут делать другие люди. И он подавал всем пример.
В своих стихах и проповедях он порицал спесь и тщеславие, выступал против кастовой системы и идолопоклонничества. Он призывал верить в Единого Бога.
Когда он умер в Магхаре в возрасте семидесяти девяти лет, брамины сказали, что он был одним из них, поскольку рожден брахманом. Мусульмане считали, что он один из них, ибо воспитан в исламе. Но когда они подняли саван, которым было покрыто его тело, как гласит легенда, они нашли под ним венок из цветов.
Кабир действительно оставил после себя венок из цветов – учение, образ жизни и стихи.
Его последователи собрали его высказывания и стихи в книгу под названием "Биджак" и стали называть себя Кабир-патхи, что означает "следующие по пути Кабира".
В настоящее время в Индии живут около миллиона его последователей, которые по-прежнему на своих богослужениях поют прекрасные песни и гимны Кабира-ткача.
Учение Кабира было исследовано более поздними реформаторами Индии, которые попытались объединить его с брахманизмом.
Одним из них был Нанак – гуру Нанак – прославленный Нанак!
Религия гуру Нанака
В городе Талванди в провинции Лахор у одного индуса и его набожной жены родился сын, которого назвали Нанак. Это произошло около четырехсот семидесяти лет назад, когда поэту-ткачу Кабиру было почти тридцать лет.
Отец Нанака был бедным человеком, но постарался дать своему сыну хорошее образование. В возрасте девяти лет Нанак изучал персидский, арабский и другие языки, которые преподавались в Индии в те времена.
Когда Нанак повзрослел, он, как и Кабир, стал интересоваться религией. Но, в отличие от Кабира, не любил трудиться. Что только ни делал его отец, но так и не смог заставить сына зарабатывать себе на жизнь.
"Если бы Нанак женился и должен был бы содержать семью, – сказала его мать, – ему пришлось бы работать".
"Ты права", – сказал его отец.
Они нашли для Нанака жену и сыграли свадьбу. Но он по-прежнему не хотел работать. Даже когда его отец нашел для него работу правительственного чиновника, Нанак пренебрегал своими обязанностями. Вместо того чтобы каждое утро идти на работу, он уходил из города в лес, мечтал и размышлял о религии своего народа. Больше всего ему нравилось проводить дни в лесу за чтением стихов Рамананда и Кабира.
Однажды, когда Нанаку исполнилось тридцать лет, он пришел домой и объявил, что он гуру.
"Что значит гуру?" – спросила его жена.
"Гуру – это учитель новой религии", – объяснил Нанак.
"И что же это за новая религия, которой ты учишь?" – спросил его отец.
"Нет ни индуистов, ни мусульман!" – ответил Нанак.
"Как ты можешь говорить такое? – спросила мать Нанака. – В нашей стране есть и те и другие".
"Я хочу сказать, – нетерпеливо ответил Нанак, – что учение браминов неправильное и учение мусульман неправильное".
"Чье же учение правильное?" – спросил у него отец.
И тогда Нанак объяснил свое собственное учение о вере в Единого Бога, отсутствии каст и греховности идолопоклонничества.
"Не вижу разницы между твоим учением и учением поэта Кабира!" – сказал отец Нанака.
"Кабир учит, что люди не должны есть мяса, – объяснил Нанак, – а я говорю, что люди могут есть мясо при условии, что животное, предназначенное на съедение, убито одним ударом меча. Я также учу служить Единому Истинному Богу с помощью вождя – гуру. Я первый гуру моей новой религии и отправляюсь по стране, чтобы проповедовать ее людям".
У Нанака был слуга по имени Мордана, который красиво пел. Вместе с ним Нанак и отправился в путь.
Когда они приходили на рыночную площадь или в другое многолюдное место, Мордана начинал петь. После того как он собирал толпу, вставал Нанак и начинал проповедовать свою религию.
Так Нанак путешествовал по Индии до Цейлона на юге, Кашмира на севере и далекой Аравии на западе.
Умер Нанак в возрасте семидесяти лет, а следующим гуру стал один из его последователей по имени Ангад.
После смерти гуру Ангада на его место Учителя последователей Нанака пришли другие люди.